Психолог объяснила, почему молодые люди перестали понимать анекдоты
Молодые люди испытывают сложности с пониманием многозначных юмористических текстов. К такому выводу пришла доцент кафедры общей психологии СПбГУ Ольга Щербакова, исследовав реакцию на смешные тексты более чем у трех сотен респондентов.
Результаты исследования были обнародованы в научном журнале «Вопросы психолингвистики». Оказалось, что испытуемые в возрасте от 18 до 29 лет, услышав, например, анекдот, не могли понять переносные смыслы, игру слов, не сопереживали.
По сути, мемы становятся новым видом юмора и исследователям еще предстоит ответить на вопрос, какую эмоциональную вовлеченность проявляют молодые люди, когда постят эти мемы. Но уже очевидно одно: мемы значительно упрощают жизнь.
Если тот же анекдот остряк держит в памяти и пересказывает при удобном случае, то мемы не требуют от человека никакой деятельности, достаточно посмеяться и переслать картинку другу. Более того, анекдоты уже воспринимаются как анахронизм.
А популярность мемов исследовательница объясняет просто: сейчас среднестатистический человек за день потребляет столько же информации, сколько раньше сваливалось на гражданина за неделю. Большая часть из этой информации является откровенным мусором, поэтому люди все чаще воспринимают информацию поверхностно, а для развлечения «постят мемчики» и искренне при этом веселятся.
Это не шутки! Как отличить юмор от насмешек и дать достойный ответ
История 1: Зависть
Марина прилично похудела, сменила имидж и начала пропагандировать здоровый образ жизни. Знакомые мужчины воодушевились волшебными метаморфозами: Марину чаще теперь можно было увидеть в красивых платьях и туфлях на каблуках. А вот приятельницы приуныли. И начали вышучивать изменения подруги. Чашу терпения переполнила капля масла из тыквенных семечек. На вечеринке Марина отказалась от пирожных в пользу овощей, заправленных этой ярко-зеленой субстанцией. «Ты что, теперь и масло подбираешь под цвет платья?» – съехидничала ее подруга. Все засмеялись, потому что оттенки и правда практически совпадали.
Что происходит?
В описанной ситуации приводится пример так называемой шутки-перевертыша. В отличие от других, которые высмеивают недостатки, мишень «перевертыша» меняется на прямо противоположную – наши достижения и достоинства. Такой юмор принять довольно сложно, ведь он обесценивает наши результаты. «С помощью подобных шуток юморист помогает себе справиться с чувством зависти», – объясняет психолог Рина Моисеева. Здесь работает такой психологический механизм: «Если я буду объективна, придется признаться себе в том, что я завидую чужому успеху, и это чувство окажется настолько сильным, что разрушит мое самоуважение и уверенность в себе». Шутка помогает снизить значимость происходящего и обезопасить себя за счет унижения другого.
Что делать?
Война с шутками-перевертышами строится по принципу «подобное подобным». Сначала проговорим про себя: «Мои достижения хороши, я ценю их и никому не позволю принизить». Затем определим, что конкретно является предметом высмеивания: внешность, успехи на работе или отношения? И после этого следует сформулировать сообщение обидчика: «Я завидую, потому что ты стройная (красивая, стильная)». Это и будет мишенью удара. Например, можно ответить так: «Лучше уж платье под цвет масла, чем джинсы оттенка пирожных». Отличный выпад, если обидчица предпочитает розовые обтягивающие брюки и избегает спортзал. Но, согласись, грубоватый. Гораздо лучше воспользоваться советом Вадима Петровского из его книги «Энкоды: как договориться с кем угодно о чем угодно». Выбирай любой из приведенных там энкодов, но стопроцентно сработает – «это сближает». Он обезоружит нападающую своей нелогичностью.
История 2: Агрессия
Мужчины считали Катю «своим парнем» – за любовь к циничным анекдотам, смелым шуткам на грани фола, бескомпромиссность и резкость. Катя с удовольствием оттачивала свое чувство юмора на тех, кто не мог ей противостоять. Все закончилось, когда новая в компании девушка пошутила над Катей: «У нее не только ум мужской, она и лицом тоже в папу пошла». К удивлению окружающих, остроумная и веселая Катя шутки не оценила.
Что происходит?
Любые подколы – всегда выражение агрессии. Ее причиной может быть что угодно: борьба за мужское внимание или конкуренция за звание «Королева юмора». А в этом деле оппонент не всегда искренен и может виртуозно манипулировать объектом шуток. «У нас не принято выражать свою агрессию прямо и конструктивно, вот она и прячется за иронией, – объясняет психолог Елена Мжельская. – При этом очень удобно ответственность переложить на адресата: мол, это он не понял шутки, переоценил значение и вообще – слишком серьезный». Атакующего довольно сложно вывести на чистую воду: он просто скажет, что у жертвы шутки нет чувства юмора.
Что делать?
Рина Моисеева рекомендует изучить оттенки своей реакции на подкол. Что чувствуешь: гнев, разочарование, обиду, злость, раздражение? Может, именно эти чувства сейчас испытывает твой обидчик. Попробуй без ответной агрессии и нажима спросить: «У тебя все в порядке? Почему ты такая колючая?» Но если нет ни сил, ни желания упражняться в принятии или такое высказывание тебя сильно ранило, можно попытаться открыто выяснить отношения. Сказать: «Твои слова меня очень обидели, будь добра, не шути больше так». Если обидчица не будет готова искренне признать свою вину и принести извинения, всегда можно свести отношения с ней к минимуму, особенно если вы не очень близки.
История 3: Соперничество
Алина выложила в соцсеть свое фото в микрокупальнике и снабдила его подписью: «Наконец-то идеальный плоский животик». За первые пятнадцать минут запись получила 30 лайков от мужчин и один комментарий от лучшей подруги Светы: «У тебя не только животик исчез, кажется, грудь тоже пропала». Френды возмутились такой наглости, а Алина лишь поставила смайлик. Ведь такие ситуации нормальны для отношений между подругами.
Что происходит?
Отношения между близкими людьми часто строятся на соперничестве. «Оно может быть развивающим и полезным, потому что позволяет проиграть ситуацию конкуренции в безопасных условиях, – объясняет роджерианский психолог Татьяна Капитова. – Друзья обычно знают, что, проиграв в остроумии сегодня, смогут отыграться завтра. Благодаря таким отношениям мы учимся бессознательно переживать болезненность потери контроля и триумф его обретения». Если участники игры знают правила, даже самый черный и саркастический юмор допустим. Но важно сообщить подруге, если ее слова тебя обидели по-настоящему.
Что делать?
Если такие дружеские пикировки – ваш случай, стоит поискать в шутках долю истины. Неплохо сработает такой прием: переформулировать подкол так, чтобы он звучал как позитивное пожелание любящего человека. Например сказать в ответ: «Спасибо за заботу, дорогая, может, и свой push-up мне одолжишь?»
История 4: Иерархия
С первого курса хрупкую и невысокую Ксюшу прозвали Крошичем. К насмешкам про рост и телосложение девушка привыкла, но за ними потянулись более обидные шутки про умственные способности. «Глупенькая мелочь», «Сегодня у Ксюши нет встреч, да и работы у нее в принципе нет» – друзья всерьез считали, что шутят над девушкой ласково и по-доброму. Она обижалась, но вскоре смирилась с навязанным образом неудачницы.
Что происходит?
Юмор часто становится способом установить иерархию. Он помогает понять, кто среди друзей «звезда», а кто – на подпевках. Такие подколы необходимы, чтобы выявить и границы допустимого. Если бы малышка Крошич стала большим боссом, вряд ли кто-то осмелился бы высказаться вслух о ее комплекции и тем более – умственных способностях. «Если подруга начала иронизировать по поводу достижений, эрудиции и ума, значит, в ваших отношениях появилась тема, связанная со статусом и ролью каждой из вас», – объясняет Рина Моисеева.
Что делать?
Сначала стоит выяснить, что скрывается за такими шутками. Если подруга высмеивает твою неудавшуюся карьеру, можно поинтересоваться, почему она выбрала именно эту тему. Может быть, ей грустно, что она вынуждена ходить в офис с девяти до шести, а ты можешь позволить себе отдых. Или она полюбила молодого человека на голову ниже ее и теперь испытывает неудобства от невозможности надеть туфли на каблуке? В любом случае важно вербализировать эти скрытые мотивы, спросив: «Мне кажется, ты пытаешься играть со мной в игру «Кто здесь главный»? И затем переключить внимание «язвы» на ее собственную жизнь. А можно облечь все в шутливую форму: «Зато я никогда не постарею: маленькая собачка до старости щенок». Или: «Мал золотник, да дорог».
Герои, которые знают толк в сарказме:
«Симпатичным девушкам чувство юмора иметь не обязательно».
Перри Кокс, «Клиника»
«Я думал, в этой фирме все знают, что нельзя высмеивать ошибки других. Если кто-то из сослуживцев некомпетентен, – это не повод постоянно напоминать этому идиоту, что он тупой кретин».
Луис Литт, «Форс-мажоры»
«Когда я кого-то опускаю, я поднимаю их из невежества!»
Шелдон Купер, «Теория большого взрыва»
«Ты не будешь слышать, как мир смеется над тобой, если ты смеешься громче».
Джулс Кобб, «Город хищниц»
«Я над вам издевался за то, что вы – медбрат?» – «Можно считать, что уже – да».
Грегори Хаус, «Доктор Хаус»
Что делает шутки смешными и почему не все их понимают?
Наверняка каждый из вас хотя бы раз в жизни замечал, что шутка, которая кажется вам невероятно смешной, не вызывает такой реакции у некоторых знакомых. И наоборот. Это особенно заметно в коллективе, собранном по случайному принципу — например, в школе, университете или на работе. Особенно серьезной ситуация становится когда речь заходит о черном юморе — как известно, его понимают далеко не все. Но как вышло так, что мы находим смешными абсолютно разные вещи и от чего это зависит? Помимо совокупности самых разных факторов, исследователи предполагают, что стимуляция определенных участков мозга способна сделать шутки смешными.
Над чем смеялись наши предки?
Как вам нравится шумерская шутка, которая появилась примерно в 1900 году до нашей эры: «Знаете чего никогда в истории не происходило? Ни одна молодая женщина не пукала, сидя на коленях у мужа». Или эта классика из Египта, 1600 г. до н.э.: «Как развлечь скучающего фараона? Надо плыть на лодке по реке Нил с молодыми женщинами, одетыми в рыболовные сети и пригласить фараона на рыбалку».
Если вас не рассмешили эти древние шутки, то, возможно, вам понравится более современная, она появилась в Британии в 1000 году: «Что висит на бедре человека и хочет попасть в дыру, которую раньше часто тыкали? Ответ: ключ». Не осмелюсь предположить, какую именно реакцию вызвали у вас эти шутки и насколько они вообще смешные, но в независимости от того, древние шутки или нет, давайте попробуем разобраться как вообще работает юмор и чем он отличается от смеха.
Социальный контекст шуток
Однако, несмотря на схожесть структуры шуток, со временем и в любом месте ни одна шутка не сможет заставить смеяться всех. Отчасти это происходит потому, что время и расстояние лишают шутки их культурного значения. Точно так же недавние результаты исследования анекдотов, рассказанных французскими врачами, показало, что доктора часто основываются на довольно широких (или прямо оскорбительных) стереотипах — например, о том что хирурги это тираны с манией величия, все анестезиологи лентяи, а психиатры психически больны.
На рабочем месте, особенно на стрессовой работе, юмор часто используется для поощрения сплоченности в коллективе, чтобы справляться со стрессом. Однако юмор также используется, чтобы исключить посторонних, которым такие шутки могут показаться неприличными или слишком черными. Последний пункт важен — исключение других способно помочь повысить сплоченность коллектива. Мы все являемся частью разных социальных групп, и это влияет на наш подход к юмору. Дело в том, что комедия отражает не только культурные ценности, но и то, что мы хотели бы, чтобы было смешным. Чарли Чаплин по-прежнему чрезвычайно популярен в Китае, тогда как на западе его ценят в основном художественно, а вот его шутки кажутся многим старомодными. В этом контексте для пожилых людей нет ничего необычного в том, чтобы находить вещи, которые молодые люди считают смешными, совершенно необъяснимыми.
Как работа мозга влияет на чувство юмора
Итак, мы выяснили, что юмор связан с социальными связями и сплоченностью в коллективе и это подтверждается исследованиями. Реагируя на шутки, мозг задействует те области, которые тесно связаны с распознаванием речи — это передние височные доли, височно-теменная область и верхние лобные доли, которые часто активны, когда нам нужно подумать о значении слов и их соотношении друг с другом. В одном из исследований утверждается, что верхняя лобная извилина имеет решающее значение для оценки юмора в шутке, а стимулирование этой области постоянными электрическими токами делает шутки более смешными. Однако эти области мозга активны и при решении других задач. Поэтому может быть трудно отделить наше чувство юмора от нашей способности обрабатывать как лингвистическое значение слов, так и социальное значение той или иной ситуации. И нетрудно понять, почему эволюция способствовала этому — люди, которые успешно сотрудничают друг с другом, используя понимание мира, имеют больше шансов на выживание.
Так что же делает шутки смешными? Ученые добились больших успехов в понимании того, какие участки мозга отвечают за обработку шуток, однако если не учитывать социальные и культурные особенности юмора, мы рискуем остаться озадаченными тем, как кто-то наслаждается комедией, которая кажется нам совершенно не смешной.
Картинки баяны дабы разбавить текст.
Сидим с братом за столом и по очереди рассказываем друг другу анекдот. Один и тот же. Раз за разом. Неимоверно тупой. От смеха уже болит голова и не хватает дыхания. Жена смотрит на нас, как на идиотов. Но опасается встревать.
А мне нравится теория о том, что юмор сформировался как средство демонстрации интеллекта при половом отборе.
Напомнило «Мистер Смех» Беляева
Умный мозг не только большой, но и жаждущий крови
Мозгу нужно много крови, чтобы быть умным.
Нынешняя парадигма состоит в том, что человеческий интеллект становился все более сложным, когда наш мозг становился больше. Однако австралийские и южноафриканские исследователи утверждают, что это только одна сторона медали. Их исследование показало, что увеличение притока крови к мозгу может быть связано с улучшением когнитивных функций.
Используя размеры двух отверстий в основании черепа, которые позволяют артериям проходить к мозгу, исследователи смогли подсчитать, сколько крови использовалось для прохождения через мозг у 11 видов предков гоминида, от австралопитеков до архаичных Homo sapiens. Это охватывает последние 3,5 миллиона лет.
Они обнаружили, что приток крови к мозгу непропорционально увеличивается с объемом мозга. Они выяснили, что показатель притока крови к объему мозга составляет 1.4, как сообщается в исследовании, опубликованном в Royal Society Open Science.
«Размер мозга увеличился примерно на 350% на протяжении эволюции человека, но мы обнаружили, что приток крови к мозгу увеличился на удивительные 600%», – говорит руководитель исследования, профессор Роджер Сеймур из Университета Аделаиды. «Мы полагаем, что это, возможно, связано с потребностью мозга удовлетворять все более энергичные связи между нервными клетками, которые способствовали эволюции сложного мышления и обучения. Чтобы наш мозг был таким умным, он должен постоянно получать кислород и питательные вещества из крови».
Конечно, чем более метаболически активен мозг, тем больше крови требуется, но новое исследование показывает, что кровоток и объем мозга не увеличиваются согласованно. Опять же, человеческий мозг несколько особенный в том смысле, что он также очень хорошо упакован. А именно, мозг складывается в привычной морщинистой форме ореха, что позволяет формировать больше нервных связей в меньшем объеме. Это может объяснить, почему артерии, направляющие кровь в мозг, увеличиваются в размерах непропорционально размеру мозга.
Используя отверстия в черепе, исследователи определили интенсивность мозговой активности у предков, которые жили миллионы лет назад.
«На протяжении всей эволюции развитие функции нашего мозга, по-видимому, связано с тем, что нам требуется больше времени, чтобы вырасти из детства. Это также связано с семейным сотрудничеством в охоте, защите территории и уходе за молодыми», – сказал соавтор Ваня Бозиочич. «Появление этих признаков, похоже, хорошо следует за увеличением потребности мозга в крови и энергии».
Больше околонаучного у нас на канале t.me/everScience.
Ответ на пост «Один из самых необычных феноменов животного мира: куриный гипноз»
Один из самых необычных феноменов животного мира: куриный гипноз
Если прижать птицу к земле и перед ней провести прямую линию, она впадет в транс. Курица сосредоточится на линии и станет загипнотизированной, оставаясь полностью неподвижной, даже когда её конечности будут освобождены. Курица будет оставаться в подобном трансе пока не отвлечётся на что-то или не будет перемещена. В некоторых случаях это лучший вариант для того, чтобы заставить курицу замереть, когда попытки удержать её на месте силой могут привести к тому, что она будет стараться высвободиться и может поранить себя.
p.s. Не знал в какое сообщество опубликовать
Периферический нерв
Состоит из нескольких пучков нервных волокон. Нервное волокно представляет собой длинный отросток нейрона — аксон, передающий нервные импульсы, покрытый оболочкой из шванновских клеток.
Мякотные (миелинизированные) волокна окружены миелиновой оболочкой.
В состав миелиновых оболочек входят миелин и шванновские клетки нейроглии. Оболочки очень важны для передачи и увеличения скорости нервного импульса.
Эмбрион в игольном ушке
Эмбрион человека через несколько суток после оплодотворения
Фиолетовым показано острие тончайшей иглы.
Еще один снимок эмбриона человека в возрасте нескольких часов.
Сперматозоиды человека в семенных каналах
Офигеть, как их там много 0_о
Непристойные старинные традиции
На деле все обстояло иначе: в разных культурах существовало множество сексуальных практик, повторить которые сейчас постеснялись бы даже самые раскованные миллениалы.
Публичная проверка потенции
В средневековой Европе развод был процедурой чуть более сложной, чем поход в загс, оплата госпошлины и заявление о «непримиримых противоречиях». Пожалуй, единственной причиной для аннулирования брака католическая церковь считала несостоятельность супруга в постели и, как следствие, невозможность рождения наследников.
Первые публичные процессы по делу об импотенции начались в XIV веке. Желающая развода жена обязана была представить не исполняющего супружеский долг мужа перед особой комиссией, в которую входили судьи, доктора и просто чересчур любопытные обыватели.
После проведения всех необходимых замеров и ответов на щекотливые вопросы супружеская пара без тени смущения отправлялась в специальное ложе и пыталась заняться сексом в присутствии все той же комиссии. Если за отведенные два часа мужчина, вымотанный предшествующими процедурами, не мог показать в постели ошеломительные результаты, он во всеуслышание признавался импотентом.
Со временем публичная проверка потенции стала привычным развлечением: французские аристократы становились участниками судебных комиссий ради развлечения (напомним, что до изобретения первого порнофильма оставалось еще полтысячелетия), а в Англии результаты проверок даже широко освещались в прессе.
В то время как европейцы спокойно соглашались на демонстрацию полового акта всему честному народу, японцы вовсю практиковали свободные половые связи. Традиция ночных посещений (которая, кстати, на японском языке носит возвышенное название «ёбаи») получила широкое распространение в конце XVI века. Заключалась она в следующем: любой желающий мог пробраться ночью в покои понравившейся незамужней девушки и предложить ей вступить в половую связь.
О потенциальных визитерах, как правило, были осведомлены все члены семьи, и двери дома на ночь они оставляли приоткрытыми (это служило особым сигналом). Родители девушек горячо поддерживали подобную практику, рассматривая ее как возможность выдать дочь замуж.
Традиция ночных посещений просуществовала до начала ХХ века. Новая государственная политика Японии строилась на пуританских ценностях, и от женщин стали требовать целомудрия и сдержанности.
Чопорные англичане неожиданно оказались великими затейниками по части секса — ничем другим нельзя объяснить появление такой практики, как выпечка «особого» хлеба.
В середине XVI века по всей стране началась повальная мода на cockle-bread (хлеб-моллюск). Руководствуясь правилом «путь к сердцу мужчины лежит через его желудок», девушки пекли возлюбленным хлеб, тесто для которого взбивали при помощи собственных ягодиц.
Изделию придавалась форма раковины моллюска (или женских половых органов — это с какой стороны посмотреть), отсюда и появилось странное название. Считалось, что хлеб является официальным приглашением в постель, а также действует на мужчин как мощнейший афродизиак.
Во время выпекания буханки юная кулинарка должна была исполнять танец, отдаленно напоминающий современный тверк, и напевать незамысловатую песенку. Упоминания о традиции вошли в произведения популярных драматургов Джорджа Пила и Ричарда Брума, а к началу ХХ века видоизмененные танец и песня стали элементами детской считалочки Cockle-bread.
Визитки для свиданий и секса
Мода на зазывающий хлеб к середине XIX века уже прошла, и молодежи требовались более современные способы, чтобы намекнуть на желание сблизиться с объектом страсти. На помощь пришли типографии и иллюстраторы, занимавшиеся массовым производством недвусмысленных визитных карточек. Родоначальниками традиции опять стали англичане, но вскоре такие визитки распространились по всей Европе.
Нововведением пользовались представители обоих полов. Как правило, юноши при помощи карточек спрашивали у девушек разрешения сопровождать их домой после балов и прочих общественных мероприятий. Девичьи визитки были куда более раскрепощенными. Одной из самых популярных была, например, карточка с надписью «Приходите посмотреть на мою новую лампу. Вы даже можете ее выключить».
В англоязычных странах традиция вручать подобные визитки просуществовала до 1920-х годов.
Мы теряем мозг: почему выживает глупейший
Происхождение человеческого мозга относится к главным загадкам эволюции и к одной из наиболее дискуссионных тем в биологической науке. Почему в какой-то момент времени эволюция поддержала развитие мозга у одной из ветвей приматов? Почему мозг так стремительно вырос за столь короткий период? И почему в течение 30 000 лет мозг homo sapiens постоянно теряет в весе?
Чтобы ответить на эти вопросы, придется обратиться к интересным метаморфозам, происходившим с древнейшими предками человечества миллионы лет назад. До появления человека эволюция совершалась традиционным способом. «Топливо» эволюции — полиморфизм, вариабельность, изменчивость внутри одного вида. Если внешние условия обитания не изменялись, признаки вида сохранялись более-менее консервативно, если же условия претерпевали изменения, то полиморфизм позволял выжить тем существам, у которых оказывались более пригодные для изменившихся условий качества. А вот когда изменчивость признаков не перекрывала изменившихся условий, популяция вымирала. Естественный отбор — это вечное противостояние множественности признаков и давления среды. Сумели животные отыскать себе еду — хорошо, не сумели — вымерли. Есть возможность размножаться — хорошо, нет — все опять же вымерли.
Лобная доля, ставшая морфологической основой человеческого интеллекта, изначально имела задачу торможения животных инстинктов.
Только благодаря любной доле человек способен отказаться от еды, поделившись ею с ближним и поддержав тем самым отношения внутри социума. И этому есть одно простое доказательство.
Все знают, что некоторые дамы, слишком сильно озабоченные похудением, стараются есть как можно меньше, и при достижении веса около 40 кг у них нередко начинается болезнь под названием анорексия. Больных анорексией заставить есть практически невозможно, и современная медицина бессильна помочь этим несчастным. В итоге эти женщины безвременно уходят из жизни. Зато лет 60 назад, когда медицина была не столь гуманной, больным анорексией вводили острый скальпель в нижнюю часть височной области и отсекали лобную долю. Через некоторое время у пациенток восстанавливался аппетит и менструальный цикл и они возвращались к нормальной жизни. Ну или почти нормальной. Та часть мозга, которая вопреки животным инстинктам давала нам возможность отказаться от еды, переставала работать и мысль о неприятии еды человека больше не посещала.
Лобная доля поддерживала общественные связи у древних гоминид. Кто оказывался не способен делиться едой, того съедали самого или изгоняли. Поэтому всего за несколько миллионов лет лобные области мозга очень быстро выросли и однажды стали основой разума.
Человек — естественная часть природы, и долгое время эволюция человеческого мозга шла по тем же биологическим законам. Шла она не то чтобы очень быстро, да и само появление приматов (около 65 млн лет назад) нельзя считать какой-то вершиной эволюции — это не что иное, как приспособление млекопитающих к жизни на деревьях. Настоящая человеческая история в обезьяньем мире началась в тот момент, когда возникли необычные условия, то есть та самая переходная среда, которая в корне изменила характер эволюции человеческого мозга. Понятно, что ни с того ни с сего столь серьезные перемены, приведшие в конечном итоге к появлению homo sapiens, произойти не могли. Чтобы объяснить причину этих революционных преобразований, масса теоретиков склоняется к разным формам так называемой речесоциально-трудовой теории. Дескать, человек стал общаться, стал трудиться, и тогда мозг начал радикальным образом меняться. Однако эта теория не выдерживает даже поверхностной критики. Сейчас известно много видов животных, использующих орудия, системы сложных коммуникаций и развитую структуру сообществ, но это так и не привело к появлению крупного мозга. Так что же произошло?
РАЙ НАХОДИЛСЯ В АФРИКЕ.
Судя по всему, архетип человеческого мозга сформировался в определенной уникальной среде в результате длительного биологического процесса. В какой-то момент времени, примерно 15 млн лет назад, на востоке Африки сложились очень благоприятные условия для жизни любых млекопитающих. Тогда в субтропиках или в тропиках, в полузатопленных местах, в неглубоких проточных водоемах в огромных количествах размножались какие-то вкусные и питательные животные — беспозвоночные или рыбы. На этих существах паразитировало огромное количество птиц и других животных. Среди последних и оказались наши далекие предки — тогда они были чуть поменьше современных шимпанзе. И в наши дни в Норвегии можно увидеть, как во время нереста сельди медведи заходят на задних лапах вводу и, стоя там по грудь, черпают лапами икру и едят ее, пока не насытятся. Вот и нашим предкам достаточно было войти в воду и слегка почерпать лапками, чтобы наесться.
Такой полуводный образ жизни, кстати, хорошо объясняет происхождение двуногости. Понятно, что чем дальше животное может зайти в воду, тем больше оно сможет собрать там пищи. Но заходить на глубину на четвереньках неудобно, поэтому и норвежские медведи, и многие современные приматы вступают в воду, стоя на двух ногах. При этом передвижение на двух ногах освободило передние конечности, которые тоже пригодились. Поскольку, как уже говорилось, водные животные стали обильной пищей птицам, последние активно размножались, а значит, несли яйца. Чтобы доставать яйца из гнезд и употреблять в пищу, предкам человека нужны были руки.
Если фрукты для лазящих животных легкодоступны, то получение белковой пищи дается приматам с большим трудом. В погоне за мясом современные обезьяны охотятся даже на других обезьян. А вот в «африканском раю», сложившемся 15 млн лет назад, с высококачественной белковой пищей у тогдашних приматов не было никаких проблем: икра и птичьи яйца находились почти на расстоянии вытянутой руки. Все это привело к формированию группы животных, практически выпавших из системы отбора: зачем меняться, если условия среды близки к райским? Однако, как известно, при избытке пищи животных вообще ничего не интересует, кроме размножения. Обилие еды, таким образом, усилило конкуренцию при размножении и, как следствие, стало причиной гонки за доминантность.
МЫСЛЬ ИЗРЕЧЁННАЯ ЕСТЬ ЛОЖЬ
Одним из последствий сложившейся ситуации стала речь, которая, по-видимому, зародилась как раз в «райский» период. Речь могла возникнуть как способ организации совместных действий, а начиналась, возможно, с простых звуков или, например, пения, как у современных гиббонов. Кстати, у гиббонов в мозге есть такие же поля, как и в мозге человека, и именно там у нас локализуется речь. Далее на этой базе уже возникла речь, используемая не как средство общения, а как средство имитации. Можно было впечатлить самку реальными успехами на охоте и обильной добычей, что добавляло самцу привлекательности, увеличивая шансы на передачу своего генома будущим поколениям. А можно было ей об этом просто рассказать и заполучить в ее глазах те же лавры победителя, не прилагая реальных усилий. В биологическом мире все поддерживается именно в такой пропорции: чем меньше действий и больше биологического результата — тем эффективней событие. Поэтому имитация действия с помощью речи стала бесценным качеством у архаичных антропоидов. Речь стала выгодным продуктом, и на нее начал действовать интенсивный отбор, поскольку она позволяла достигать результата в размножении. По сути дела, речь возникла как форма обмана, а обман был эффективен и тогда, и в наши дни.
АЛЬТРУИСТИЧЕСКИЙ ИНТЕЛЛЕКТ
Получается, что в стабильной социальной группе любых ранних и поздних гоминид действовал непреложный закон искусственного отбора. И именно в этом заключена квинтэссенция эволюции мозга человека.
Никакой эволюции и естественного отбора не хватило бы, чтобы всего за 4,5 млн лет наш мозг проделал путь от мозга шимпанзе к мозгу homo sapiens. Но если происходит селекция по социальному принципу, эволюция невероятно ускоряется. Благодаря жесточайшему внутреннему искусственному отбору.
Вот вопрос: что трудно отнять даже у любимой собаки? Конечно, вкусную еду — кусок колбасы или косточку. В животном мире пищей не принято делиться — наоборот, животные стараются отнять еду друг у друга любым способом. Украл — значит, наелся, наелся — значит, получил преимущество в размножении. В человеческом же социуме едой принято делиться. И вот, как выяснилось, нижняя часть лобной области человеческого мозга потребовалась нам для того, чтобы мы могли отказаться от пищи. Иными словами, лобная область, считающаяся морфологической основой интеллекта, исторически развивалась не для того, чтобы думать о высоком или играть в шахматы. Не было в те далекие времена ни «высокого», ни шахмат. Главной задачей этой части мозга стало торможение животных инстинктов. Ибо только делясь едой, можно было поддержать взаимодействие и общение в группе.
ПЛОД ПИРРОВОЙ ПОБЕДЫ
Человечество расселялось по планете, наращивая объем мозга, и наконец на историческую сцену вышли две крупные группы — неандертальцы и кроманьонцы. У представителей обеих групп мозг достиг огромного размера — 1560−1600 г. Однако при том что мозг по массе был одинаков, стратегия поведения и результаты отбора оказались разные. Неандертальцы были мощными, сильными, умными существами, которые селились очень маленькими семьями. Они придумывали орудия и вообще, возможно, были более интеллектуальными, чем homo sapiens sapiens. Но отбор, связанный с поддержанием бесконфликтных ситуаций в группах, на них не действовал. А кроманьонцы, похоже, были туповатыми, ограниченными, но их мозг прошел больший путь социализации. Жестокий отбор приспособил их к общественному образу жизни. Каков же оказался результат конкуренции? Когда на трех жуков нападает банда муравьев, она их уничтожает. Примерно так же кроманьонцы расправились с неандертальцами. И дальше мы, сапиенсы, пожали печальные плоды своей победы. 30 000 лет назад социальный отбор, который тогда, в условиях конкуренции, требовал колоссальных усилий со стороны сапиенсов, прекратился. И ситуация вернулась в каком-то смысле к началу пути: ускорился отбор людей по социальной адаптированности, только теперь отдельные слишком умные «изгои» не могли повлиять на ситуацию — общество стало слишком большим. А безынициативные особи с посредственными данными, способные к плодотворному общению и коллективным действиям, получали преимущество. Кто мог выполнять правила игры в группе, какими бы они ни были идиотскими, получал возможность размножиться и перенести геном в следующее поколение. Кто нарушал правила — тот не размножался. Так мозг постепенно и уменьшился с 1600 до 1300 г, и надо сказать, что подобный регресс не наблюдался ни у одного вида за всю историю гоминид.
Есть ли у мозга шансы на биологический прогресс? Скорее всего нет, по крайней мере до тех пор, пока действие биологического отбора будет подменяться искусственным социальным отбором. Преференции получают наиболее общественно адаптированные люди, а наличие маленького мозга в большинстве случаев им не мешает.
