Справедливости не существует! И я готов это доказать
«Справедливости не существует». Эта мысль настолько же простая, насколько тяжелая для переваривания.
Хрен с ней, с юридической справедливостью (которая тоже встречается редко), но как часто мы говорим о несправедливости в обычной жизни? Бессмысленные страдания близких или, наоборот, успехи тех, кто обманывает и манипулирует, – разве справедливость не должна восторжествовать?
Если вы думаете иначе, то вы уже испытали на себе это когнитивное искажение с причудливым названием вера в справедливый мир.
Вера в справедливый мир – это вера в то, что мир устроен справедливо, и люди в жизни получают то, что заслуживают в соответствии со своими личными качествами и поступками: хорошие люди вознаграждаются, а плохие — наказываются.
Не торопитесь, давайте разбираться на примерах.
Первый эксперимент по доказательству этого искажения провёл в 1966 году психолог Мелвин Лернер.
Всё началось с наблюдения, которое сделал Лернер в одной психиатрической больнице. Он заметил, что работники заведения намеренно оскорбляют пациентов, шутят и отпускают язвительные комментарии об их личности. Лернер выдвинул гипотезу, что такое поведение – защитная реакция мозга на то, чтобы не думать о бессмысленности страданий пациентов.
То есть работники унижали больных, чтобы создать (!) подтверждение мысли, что «они такие, потому что заслужили свои страдания».
Сначала наблюдатели сочувствовали ученице. Но когда удары тока стали учащаться, женщины начинали негативно отзываться о внешнем виде и характере женщины.
Лернер подтвердил, что внутренняя «логика» наблюдательницы была такой же, как у работников больницы. Они не могли уменьшить страдание тех, за кем наблюдают, и чтобы успокоить совесть, мозг создавал подтверждения типа «раз она такая тупая, значит, заслуживает, чтобы её били током».
Общий вывод Лернера следующий:
«Мы готовы лгать себе, лишь бы мир вокруг нас казался справедливым».
Думаете это не имеет отношения к нашей жизни? Ошибаетесь.
Популярные идеи вроде «бездомные ленивы» живёт за счёт веры в справедливый мир. Человек не может принять, что у кого-то нет близких, социальной поддержки, что чья-то жизнь полна боли и страданий. Мозгу проще сделать этого человека «плохим», чтобы оправдать его «никчемную жизнь».
Кто-то подумает: «Это не про меня». И снова попадёт в ловушку мышления (вспомните о слепом пятне). Понимать, что в мире полно несправедливости, некомфортно для мозга. Мы не хотим испытывать стыд за то, что ничего не можем изменить. И тогда мозг говорит, что «они этого заслужили» или «на это есть причина».
Хочется верить, что предательство будет наказываться, поддержка вознаграждаться, плохие люди страдать, а хорошие побеждать. Но мир несправедлив, и в нём хватает зла, с которым мы ничего не сделаем. Наш мозг сопротивляется этой мысли, но её стоит принять.
Хотите ослабить это искажение?
Для начала успокойтесь.
Страдания мира, конечно, ужасны, но лучше приглядеться к тому, что происходит рядом с вами. Приглядеться и выбрать сторону. Можно с помощью клеветы получить выгодный контракт или ложью расположить к себе человека. А можно честно работать, строить отношения на доверии (и поменьше материться). Тут, как писал Левитанский, «каждый выбирает по себе».
Только не обманывайте себя, что все остальные сделают такой же выбор или что есть «правильный» вариант, который убережёт вас от страданий. Это откровенно паршивая мысль, но мир одинаково равнодушен ко всем.
К кому проявить чуткость, и проявлять ли её вообще – остаётся только вашим решением.
Не забывайте об этом.
Психология | Psychology
7.9K поста 43.5K подписчиков
Правила сообщества
Обратите особое внимание!
1) При заимствовании статей указывайте источник.
— непроверенную и/или антинаучную информацию;
— информацию без доказательств.
Не соглашусь. Справедливости не существует как некоего объективного закона бытия, равно как и неких мерок по которым можно было судить, это верно. Но как явление она существует. В той степени в которой люди её осуществляют.
какие-то очень детские рассуждения..
справедливый мир – это вера в то, что мир устроен справедливо, и люди в жизни получают то, что заслуживают в соответствии со своими личными качествами и поступками: хорошие люди вознаграждаются, а плохие — наказываются.
Как же не существует. Если вы сами написали, так сложились обстоятельства >
Причина по которой так сложились обстоятельства. То что наш мозг не видит причинно следственно связи, не значит что её нет.
p.s. справедливость всего лишь понятие которое придумал человек, чтобы создавать оправдывать свое отношение к тому что происходит. Типа одобряю ход вещей
Мы готовы лгать не только себе но и даже самым лучшим друзьям, ради простоты и «справедливости мира» ( непогрешимости Бога), вернее ради того как мы сами это себе представляем и как нам проще и продолжать думать, не меняясь и ничему не учась!
Этот эффект описан ещё в библейской книге Иов
Вы описываете ошибки в суждениях и когнитивные искажения. Справедливость в них не виновата 🙂
«- И что было бы, если б я его не спасла?
— СОЛНЦЕ НЕ ВЗОШЛО БЫ.
— Правда? И дальше что?
— МИР ОСВЕЩАЛ БЫ ПРОСТОЙ ШАР ГОРЯЩЕГО ГАЗА.
— Ты намекаешь, что люди без фантазий просто не могут? Что они просто не выживут?
— ТО ЕСТЬ ФАНТАЗИИ — ЭТО СВОЕГО РОДА РОЗОВЫЕ ПИЛЮЛИ? НЕТ. ЛЮДЯМ НУЖНЫ ФАНТАЗИИ, ЧТОБЫ ОСТАВАТЬСЯ ЛЮДЬМИ. ЧТОБЫ БЫЛО МЕСТО, ГДЕ ПАДШИЙ АНГЕЛ МОЖЕТ ВСТРЕТИТЬСЯ С ПОДНИМАЮЩИМСЯ НА НОГИ ПРИМАТОМ.
— Зубные феи? Санта-Хрякусы? Маленькие..
— ДА. ИСКЛЮЧИТЕЛЬНО В КАЧЕСТВЕ ПРАКТИКИ. ДЛЯ НАЧАЛА СЛЕДУЕТ НАУЧИТЬСЯ ВЕРИТЬ В МАЛЕНЬКУЮ ЛОЖЬ.
— Чтобы потом поверить в большую?
— ДА. В ПРАВОСУДИЕ, ЖАЛОСТЬ И ВСЕ ОСТАЛЬНОЕ.
— Но это же не одно и то же!
— Да, но люди должны в это верить, иначе, зачем все..
— ИМЕННО ЭТО Я И ХОТЕЛ СКАЗАТЬ…. ВЫ СЧИТАЕТЕ, ЧТО ВСЯ ВСЕЛЕННАЯ НАХОДИТСЯ У ВАС В ГОЛОВАХ.. ВАМ ПРОСТО НУЖНО НАУЧИТЬСЯ ВЕРИТЬ В ТО, ЧЕГО НЕ СУЩЕСТВУЕТ, ИНАЧЕ ОТКУДА ВСЕ ВОЗЬМЕТСЯ?»
Терри Пратчет «Санта-Хрякус»
Аксиома не нуждается в доказательствах.
Справедливости не существует
Справедливости не существует. Эту мысль легко озвучить, но тяжело переварить.
Забудем на секунду о юридической справедливости (которая тоже встречается не всегда), но как часто мы говорим о несправедливости в обычной жизни? Бессмысленные страдания близких или, наоборот, успехи тех, кто обманывает и манипулирует, – разве справедливость не должна восторжествовать?
Если вы думаете иначе, то вы уже испытали на себе это когнитивное искажение с причудливым названием вера в справедливый мир. Вера в справедливый мир – это вера в то, что люди всегда получают то, что заслуживают в соответствии со своими личными качествами и поступками: хорошие люди вознаграждаются, плохие – наказываются.
Кажется разумным? Не торопитесь, давайте разбираться на примерах.
Первый эксперимент по доказательству этого искажения провёл в 1966 году психолог Мелвин Лернер.
Всё началось с наблюдения, которое сделал Лернер в одной психиатрической больнице. Он заметил, что работники заведения намеренно оскорбляют пациентов, шутят и отпускают язвительные комментарии об их личности. Лернер выдвинул гипотезу, что такое поведение – защитная реакция мозга на то, чтобы не думать о бессмысленности страданий пациентов. То есть работники унижали больных, чтобы создать подтверждение (!) мысли, что «они больные, потому что заслужили свои страдания».
Сначала приглашённые наблюдательницы сочувствовали ученице. Но когда удары тока стали учащаться, женщины начинали негативно отзываться о внешнем виде и характере женщины.
Лернер подтвердил, что внутренняя «логика» наблюдательниц была такой же, как у работников больницы. Они не могли уменьшить страдание тех, за кем наблюдают, и чтобы успокоить совесть, мозг создавал подтверждения типа «раз она такая тупая, значит, заслуживает, чтобы её били током».
Общий вывод Лернера следующий:
– Мы готовы лгать себе, лишь бы мир вокруг нас казался справедливым.
Думаете это не имеет отношения к нашей жизни? Ошибаетесь. Популярные идеи вроде «все бездомные ленивы, иначе они бы уже давно нашли работу» живёт за счёт веры в справедливый мир. Человек не может принять, что у кого-то нет близких, социальной поддержки, что чья-то жизнь полна боли и страданий. Мозгу проще сделать этого человека «плохим», чтобы оправдать его «никчемную жизнь».
Кто-то подумает: «Это не про меня». И снова попадёт в ловушку мышления – эффект слепого пятна, при котором мы указываем на чужие ошибки и недостатки, но не хотим признавать, что и сами подвергаемся их влиянию. Понимать, что в мире полно несправедливости, некомфортно для мозга. Мы не хотим испытывать стыд за то, что не можем ничего изменить. И тогда мозг говорит, что «они этого заслужили» или «на это есть причина».
Хочется верить, что предательство будет наказываться, поддержка вознаграждаться, плохие люди страдать, а хорошие побеждать. Но у вселенной нет этического компаса, в ней хватает зла, с которым мы ничего не сделаем. Наш мозг сопротивляется этой мысли, но её стоит принять.
Хотите ослабить это искажение? Сделайте выбор.
Страдания мира, конечно, ужасны, но лучше приглядеться к тому, что происходит рядом с вами. Приглядеться и выбрать сторону. Можно с помощью клеветы получить выгодный контракт или ложью расположить к себе человека. А можно честно работать и строить отношения на доверии. Тут, как писал Левитанский, «каждый выбирает по себе».
Только не обманывайте себя, что все остальные сделают такой же выбор или что есть «правильный» вариант, который убережёт вас от страданий. Это откровенно паршивая мысль, но мир одинаково равнодушен ко всем. К кому проявить чуткость и проявлять ли её вообще – остаётся только вашим решением. Не забывайте об этом.
Время 19:35
Я вышел из подъезда на улицу. Весеннее солнце пригревало, снег стаивал, журчали ручьи. Но я не буду утомлять вас описанием весны, погоды, неба и ветра. Фигня все это и набивка текста.
Вдохнул поглубже и пошел на автобусную остановку. Вторую неделю мотаюсь по собеседованиям. Сегодня целых три штуки. Первое на УКМе в 10:30. Немного опаздываю уже, поэтому надо поторопиться.
Автобус продемонстрировал мне свою филейную часть, фыркнул дымом и уехал, пока я лавировал среди машин, перебегая дорогу в запрещенном месте. Да и хрен с ним. Бегом на трамвай, остановка метров за двести.
Сбрякал вотсап. Я на ходу достал мобильник.
— Ваше собеседование назначено на 10:30. Адрес. Не опаздывайте.
Стараюсь. Прилагаю максимум усилий, блин.
Трамвая не было. Я на смартфоне развернул Яндекс транспорт. Мой трамвай плелся где-то в пятнадцати минутах от меня, зато маршрутка была на подходе. Я кинулся обратно к автобусной остановке, на ходу залипая в телефон. И конечно произошло то, что должно было произойти.
Лужа ухватила мою правую ногу и втянула в себя по самую лодыжку. Полуботинок радостно чавкнул и выпил до дна свою долю.
— Дура – буркнул я в её сторону.
— Извини, твоя пляска была так заразительна, что мне захотелось даже присоединиться – похоже она пропустила мою оценку мимо ушей.
— Так вот лужа. Вот твоя нога. Не сдерживай себя, проверь глубину – предложил я ей.
— Не не не. Танцы это не моё, но могу подпевать и задать тебе ритм. Светлана – представилась она. Симпатичная и ямочки на щеках.
— Андрей, я только учусь танцам – представился я в ответ. Посмотрел на время и понял, что на первое собеседование точно не успеваю. По быстрому набил в вотсапе извиняшки по неявке и запрос на перенос на позже. Ответ отрицательный. Померла так померла. Ладно, в запасе на сегодня еще две попытки.
Света терпеливо ждала.
-Пойдем погуляем? – одновременно сказали мы и взглянули друг другу в глаза. Её карий бездонный взгляд проглотил все мои мысли и планы. Она улыбнулась:
— Ну если случайно одновременно говоришь что-то, то кто первый скажет «Выиграл» тот и загадывает желание.
— Загадывай – сказал я.
— Мне нужен принц на коне. Пусть не белом, можно черном. Главное принц. Ты – это он? Я тебя всю жизнь ждала.
— Да. Я принц, но об этом пока никто не знает. Идем пройдемся? – симпатичная девчонка, с чувством юмора, да плевать на собеседования. В кармане рублей 700. На пару бигмаков хватит.
Мы пошли по Белореченской. Опыт моих 25 лет подсказывал, что всё не зря. Ей со мной интересно, мы молоды, веселы и свободны.
Я тонул в её глазах. Все планы на сегодня были забыты. «Нам столько нужно друг другу сказать, пускай дела чуть-чуть подождут».
— Давай обменяемся телефонами? – предложила она.
— Хорошо – сказал я. И тут мне пришла неожиданная мысль:
— Давай обменяемся. Я предлагаю на самом деле обменяться именно телефонами. На три дня или пять. Твой выбор – я ждал, что она начнет отнекиваться.
Светлана задумалась, взглянула на меня пристально.
— Хорошо, но нужны правила. Ведь не просто так же всё это.
— Правила таковы – придумывал я на ходу – мы меняемся телефонами, можно отвечать на звонки, переписываться в мессенджерах от имени владельца. Кто первый наберет свой номер (ты же помнишь свой номер?) и сообщит любую информацию – тот проиграл. Победитель сам решает, что ему нужно от побежденного. Устраивает?
— Ха, а мой приз придуман. Ты мне будешь готовить всю жизнь завтраки и ужины. Встречать меня с работы вечером улыбаясь, и гладить, когда засыпаю – я отдал свой телефон.
— Встречаемся через три дня там же где встретились. В то же время. Пока – сказала моя будущая жена и махнув рукой на прощание, побежала на трамвай.
— Алло, Свет, здравствуй солнышко – на экране высветилось «Мама».
— мммм – мычу в ответ, держа трубку подальше.
— Тебя слышно плохо, но я быстро. Твой Костик заходил, тебя искал. Говорит поругались вы? Просил прощения и хочет встретиться поговорить с тобой. А та девка, что вчера тебе открыла дверь его квартиры, говорит родственница какая-то дальняя. В общем будет тебе сегодня названивать и ныть. Надеюсь, ты ему не поверишь. Ну всё, пока.
— Угу – говорю я и сбрасываю вызов.
Вот так начало, что ж, похоже идея обменяться телефонами с практически незнакомым человеком не такая и плохая. Главное мычать убедительно.
Пару часов никто не звонил, пришла смска с напоминанием пополнить баланс, но я не собирался никуда звонить, так что игнор.
Следующий звонок застал меня на кухне. На экране светилось «Костя». Я сбросил звонок и отправил смску «Говорить не могу, пиши». Сбрякал WhatsApp:
Телефон засветился и погас. В журнале звонков «Костя» отклонен. Надеюсь, он поймет, что ему тут не рады.
В 6:45 следующего дня я подпрыгнул от неожиданности, спросонья не понял, что к чему. Это надрывался Светкин телефон. Номер не знакомый.
— Алло, Светлана Михайловна, здравствуйте. Коллекторское агентство «Батыр» специалист Игорь. Ваша мама, Семенова Антонина Ивановна просрочила выплату кредита. Вы сможете закрыть её задолженность? Не хотелось бы решать вопрос иными средствами.
— Мой голос похож на Светлану Михайловну? – спросил я.
— Нет, но раз вы ответили на мой звонок, то надеюсь информация о необходимости погасить задолженность как можно скорее, дойдет до Светланы Михайловны. Я обязательно перезвоню в ближайшее время. Всего хорошего.
— И вам там не хворать – сказал я, но из трубки уже шли гудки.
Будет мне урок – на ночь ставить телефон на беззвучку.
Следующим через пару часов ожил WhatsApp:
— Привет, как дела? Ты четырнадцатого работаешь?
— Знакомые ребята зовут на базу в Сысерть на шашлыки. Поехали с нами? Будет человек семь-восемь, Алиска и Катька едут. Домик уже забронирован. Будет весело.
— отпишусь – прошептал я – не могу сейчас говорить.
— ок, жду – сказала Наталья и сбросила звонок.
Пришла домой и взяла в руки телефон Андрея.
Заблокирован графическим ключом. Вот это поменялись. Может позвонить ему с другого телефона и узнать про ключ? Нет, попробую подобрать. Есть три попытки, надо подумать.
Буква Г – не подошла.
На экране всплыла смска:
В галерее пусто, зато установлен СберДиск, куда он видимо фото и скидывает. Пин-код я не знаю, а подбирать не хочется.
Минут через двадцать очередное сообщение в WhatsApp:
Поздно вечером телефон завибрировал и экран засветился. «Мама»:
— Угу – промычала я, держа трубку подальше.
— Что-то тебя плохо слышно. Папа приболел, жалуется голова болит. Пришел вечером с работы лег и лежит… Ты бы заехал завтра, попроведал его.
— Угу – сбросила звонок. К такому я оказалась не готова. Надеюсь, всё обойдется.
В 9 утра следующего дня телефон Андрея зазвонил. «Сестра»:
— Дюш, выручи а? Забери завтра мелкого из садика и посиди с ним до моего прихода с работы? Я очень на тебя надеюсь. Миша в ночь, так что мелкий завтра на тебе.
— Спасибо, бро. Выручил.
Так, мне нужно будет забрать из садика племянника Андрея. Но где садик? И кто племянник? Как его хотя бы зовут? И куда его потом девать? – у меня начиналась паника. Хорошо, у меня выходные, буду выяснять.
— Андрюш, папа не пошел сегодня на работу. Что-то он совсем раскис, говорит онемело всё слева. Я на работу, а ты заедь к нему, навести.
Я сбросила звонок. Проблемы валились на Андрея как снежный ком, а он не в курсе.
Нужно было что-то делать, но в голову ничего не шло. Жду, нервничаю, телефон в руках.
«Тоха»: Ты это, если уже спортом назанимался, есть тема. 14 марта погнали на базу в Сысерть? Шашлы пожарим, потанцуем, бухнем? Будут прикольные девы. Ты с нами?
«Андрей»: я завтра-послезавтра скажу. Норм?
«Тоха»: Оки. Наташка с подружкой будет, Светка зовут, вроде симпатичная. Познакомим вас) Она твоя)
— Андрюш, ты не приезжал сегодня…? Папе совсем плохо, вызвала скорую. Увезли его в 14 больницу. Я собираю ему вещи и еду сейчас туда.
— Андрей подъедет в больницу – я не выдержала – Он забыл свой телефон у меня и не получал ваши сообщения. Но я найду его и он приедет.
— Спасибо – проронила мама Андрея и закончила вызов.
14 августа 1971 года. Стэнфордский тюремный эксперимент
Ровно 50 лет назад, 14 августа 1971 года в Стэнфордском университете (США) начался знаменитый тюремный эксперимент, который принес всемирную известность его организатору – Филипу Зимбардо. Он исследовал природу насилия и жестокости, возникающих как реакция человека на ограничение свободы в условиях навязанной ему социальной роли.
Чтобы изучать социальную психологию в тюремных условиях, ученые пригласили студентов последнего курса разыгрывать роли охранников или осужденных. На объявление откликнулось более 70 претендентов, которые хотели заработать 15 долларов в день. Все добровольцы прошли тестирование и диагностические интервью, дабы устранить кандидатов с психологическими проблемами, инвалидностью, судимостями или злоупотребляющих наркотиками. Было отобрано 24 студента из США и Канады. Половина из них была случайным образом (бросанием монетки) определена как заключенные, а другая половина как охранники в двухнедельном эксперименте.
«Преступники» были «арестованы» полицией одного спокойного утра и заключены в тюрьму, где их раздели, обыскали и надели униформу. Охранники получили палки, наручники, свистки и ключи от камер. Их заботой было соблюдение «права и порядка». Для заключенных существовали определенные правила: они должны были молчать, есть и отдыхать только в определенное время, обращаться друг к другу по номеру, а к охраннику — «мистер офицер» и т.п. Нарушение правил каралось.
Отношения между охраной и заключенными быстро приобрели классический характер: охранники начали считать заключенных существами низшего сорта, к тому же опасными. Заключенные же видели в охранниках хулиганов и садистов. Один из охранников заметил: «Я был удивлен самим собой. Я называл их оскорбительными именами, заставлял чистить туалеты голыми руками. Я расценивал их как скот и должен был следить за ними на всякий случай, если они захотят что-то совершить».
Через несколько дней заключенные устроили настоящие восстание. Они забаррикадировались внутри своих камер, приставив койки к двери. Охрана поливала их водой из противопожарных шлангов. После этого кровати вообще были вынесены из камер. Охрана установила дополнительное правило: «выгуливать» заключенных только ночью. Все более подавляемые узники проникались навязчивой идеей глобальной несправедливости. Некоторые из них уже на пятый день эксперимента требовали освобождения.
Однако, через 47 лет, были найдены документы, которые показывали, что все было совсем не так.
Обаружил их французский экономист, социолог и режиссер Тибо ле Тексье, который собирался снимать документальный фильм об этом эксперименте. О Стэнфордском тюремном эксперименте уже написано много книг и снято много фильмов, но во всех них центральной фигурой являлся Зимбардо. Ле Тексье решил найти новый угол зрения и сделать главными героями фильма «подопытных». Для этого он обратился в архив Стэнфордского университета, где сохранились детальные рабочие записи, описывающие все аспекты подготовки и проведения эксперимента.
Из этих записей, а также из разговоров с участниками эксперимента, ле Тексье выяснил поразительные вещи:
Во-первых, как минимум некоторые заключенные не впадали в отчаяние, а имитировали его. Самый известный из них, Дуглас Корпи, у которого якобы был полноценный нервный срыв, на самом деле намеренно разыгрывал припадки паники, получая при этом массу удовольствия.
Во-вторых, Зимбардо не позволял желающим выйти из эксперимента досрочно, хотя в своих статьях и интервью об эксперименте он утверждал обратное. Именно поэтому Корпи симулировал нервный срыв — ему надо было готовиться к экзамену, но надсмотрщики запретили ему иметь в камере учебники. Тогда Корпи заявил, что выходит из эксперимента, чтобы не провалить экзамен, но Зимбардо не выпустил его из тюрьмы, и поэтому Корпи решил вынудить Зимбардо его отпустить таким необычным образом.
В-третьих, и это самое главное, надсмотрщики стали садистами не сами по себе. Зимбардо и его ассистенты прямо приказывали им вести себя как садисты. Мало того — надзирателям давали детальные инструкции, описывающие, как причинить заключенным наибольшие психические страдания — при том, что в своих статьях об эксперименте Зимбардо писал, что указаний о том, как им себя вести, надсмотрщики не получали.
Наконец, настоящие научные эксперименты проводятся, чтобы установить истину. Но у Зимбардо и его ассистентов, как показывают документы, с самого начала была политическая цель — они уже «знали», что американская тюремная система бесчеловечна, и с помощью своего эксперимента хотели добиться её реформирования.
Столкнувшись со всем этим, ле Тексье вместо съемок фильма написал книгу «История одной лжи». Те, кто не владеет французским, но читает по-английски, могут узнать подробности в статье американца Бена Блама, который, натолкнувшись на книгу ле Тексье, тоже проштудировал архивные документы (теперь они находятся в открытом доступе) и поговорил как с участниками эксперимента, так и с самим Зимбардо.
Самое поразительно в этой истории то, что Корпи и другие участники эксперимента уже пытались рассказать обо всем этом журналистам, но никто не хотел их слушать. Их признания вырезались из статей и фильмов об эксперименте, поскольку не соответствовали «официальной» версии событий.
Материал проекта «50 лет назад», в котором я рассказываю о событиях, произошедших в этот день, ровно 50 лет назад.
Практика — критерий истинности
Там были такие строчки:
7-й принцип. Pono. Практика — критерий истинности.
Я потом расскажу, как учился понимать этот принцип, наблюдая за крысами.
Как в компьютерной игре с квестом. Выход есть. Надо искать. Как в ситуации на дороге. Проезд закрыт. Что будете делать? Когда веришь, что у тебя получится, легче осуществить задуманное. Не завидуйте. Ищите другие пути.
За неимением средств к существованию — главное, даже душевных — я восстанавливался, гуляя по парку. У меня был с собой батон самого простого хлеба, которым я охотно делился с окружающей фауной. Гулял в разное время, в том числе и в ночное, когда выходят на добычу пищи грызуны. Я наблюдал за разными животными. Меня иногда удивило их поведение, а их — это было очевидно — удивил мой интерес. Через какое-то время, благодаря терпению и еде, мне удалось сделать так, чтобы животных уже не столь напрягало моё присутствие и моё внимание, и я мог посмотреть, как они взаимодействуют друг с другом и окружающим миром.
Но я не стану рассказывать всякие забавные ситуации, которые удалось подсмотреть.
Вместо этого я лучше скажу о показательном эксперименте Люка Рейнхарта, который — был на самом деле или нет — тем не менее был описан в книге «Трансформация». Я опишу его так как помню.
Сажаем крысу в лабиринт. В одно из ответвлений кладём сыр. Крыса находит его. Съедает. Идёт дальше бродить по лабиринту. Завтра опять кладём сыр на то же самое место. Крыса находит его. Съедает. Дальше уходит бродить.
Потом, почуяв запах сыра, крыса бежит на привычное место.
Это «правильное» место для сыра.
Захотела сыр — и на привычное место.
Опять захотела — снова на привычное место.
Опять нужен сыр — снова на то же самое место.
Через некоторое время сыр кладут в другой тоннель!
Крыса прибегает на обычное место, а сыра нет. Крыса перепроверяет, принюхивается, приходит к выводу, что сыр где-то в лабиринте — он пахнет. Но здесь его нет. Он в другом месте! И крыса не остаётся на привычном месте, идёт искать сыр где-то ещё.
Даже если до этого сыр «всегда» был на «правильном» месте. Теперь его там нет. И крыса уходит. Это главная разница в поведении крысы и большинства современных людей. Они так и будут сидеть в той точке, где должен быть сыр. Потому что он там должен быть. Потому что иначе и быть не может. Человек уже верит этому месту. Он верит некому непреложному закону по которому на этом месте всегда есть сыр. Так должно быть.
А крыса ни во что не верит.
Крыса уйдёт дальше. А человек будет так и сидеть на «правильном» месте.
Даже если оно уже давно неправильное, и никакого сыра там уже давно нет.
Потому что крысе всё равно, права она или нет. Ей важен сыр. Для неё практика — критерий истинности. Если тут есть сыр — значит место правильное. Если сыра нет — место неправильное. Для человека важно быть правым. А для крысы важнее сыр.
Вот чему я учусь у крыс. Вот почему я так часто не прав.
Я наблюдал за собой, и я действительно могу с упорством, достойным лучшего применения, ожидать в «правильном месте». Фактически неправильном. Но правильным потому, что я так решил. Может потому что там был сыр. Может моё решение имеет верные предпосылки. Но сейчас — сыра нет. А я продолжаю ждать, что там должен появиться кусок сыра. Негодовать, что его нет. Обижаться, на себя, на судьбу, на лабиринт.
Но выяснилось, что для того, чтобы продолжить поиски в другом месте, нужно не больше упорства. И не меньше. Нужно ровно столько же. Но нужно и ещё кое-что.
Нужно помнить о том, что критерий истинности — практика.
И о том, что часто приходится делать выбор — искать подтверждения своей правоты или искать сыр.
Не знаю, понятно ли объяснил идею. Понятно, что всегда можно сказать, что крыса не выращивает картошку, не делает сложных многоходовок, когда еду наоборот надо закопать.
Может у кого-то найдутся примеры по-лучше. Но мне запомнился именно этот.
Свобода здоровой психики
Контроль – неоднозначная функция. Когда внешнего контроля нет совсем, возникает риск анархии. Слишком много контроля может обернуться выученной беспомощностью. С точки зрения отдельно взятого человека, чем меньше решений он принимает самостоятельно, тем вероятнее он поверит, что вообще не способен их принимать.
Напомню, что выученная беспомощность – это психологический феномен, при котором ограничение свободы объекта приводит к тому, что он не будет способен воспользоваться этой свободой, даже когда такая возможность наконец появится. Выученную беспомощность открыл психолог Мартин Селигман в серии известных экспериментов с собаками, но я приведу пример попроще.
Представим, что мы взяли стеклянную банку, в которую посадили блоху, которая может легко оттуда выпрыгнуть. Теперь мы накрываем банку крышкой. Блоха сначала несколько раз ударится об крышку, но со временем начнёт прыгать чуть ниже. Теперь мы открываем крышку, и блоха уже не выпрыгнет из банки. Её рефлексы приняли ограничение свободы. Она научилась беспомощности.
Как вы поняли, беспомощность формируется в условиях тотального внешнего контроля. Чем больше ограничивают нашу свободу, тем менее вероятно, что мы сможем воспользоваться этой свободой, когда всё же её получим.
С точки зрения психологии, от выученной беспомощности особенно страдают люди с контролирующими родителями, которые в детстве следили за каждым шагом своего ребёнка, запрещали выходить в соседний двор и заставляли регулярно докладывать свои координаты. Также от выученной беспомощности часто страдают жертвы насилия. Если ребёнка в детстве били, он может зажиматься, уже будучи взрослым, когда способен постоять за себя.
Но это крайние случаи. Я думаю, что гораздо опаснее, когда к беспомощности приучают в мягкой форме. Так бывает в учреждениях, где люди не могут быть достаточно самостоятельными. Например, в домах престарелых, военных училищах, школах или тюрьмах. Вот наглядный пример.
В 1976 году психологи Джудит Родин и Эллен Лангер объяснили обитателям одного из домов престарелых, что они по-прежнему могут принимать решения относительно себя, и даже подарили по цветку, за которым ухаживали исключительно сами старички.
Следующие 1,5 года (столько длилось наблюдение) эти бабушки и дедушки были здоровее и чувствовали себя намного более счастливыми, чем те, за кого все решал персонал. Более того, за 18 месяцев эксперимента умерло 30% старичков из контрольной, несамостоятельной группы. Среди тех, кому дали возможность сами принимать пусть небольшие решения о свой жизни, этот мир покинули только 15%.
Первый масштабный – нам нужна свобода. Нам нужно самостоятельно принимать решения и делать выбор. Чем чаще мы отдаём право выбора кому-то другому, родителю, партнёру, начальнику, тем хуже нам будет однажды снова научиться быть свободными.
Тут вы можете возразить:
– Но что делать, если я не могу быть полностью свободным? Работник ведь не может освободиться от приказов начальника, а ребёнок – от внимания родителей?
На самом деле, в редких случаях может. Главное двигаться в этом направлении. Важно другое – если абсолютной свободы нет, нужно создавать для себя свободу локальную. Старички из эксперимента не могли полностью контролировать свою жизнь, но им сделали важный подарок – растения, за которыми ухаживали только они. Так ребёнок может заниматься творчеством, где его не ограничивают рамки контроля, а сотрудник может предлагать идеи, которые не совпадают с общепринятыми, или развивать независимый проект.
Свобода – обязательное условие здоровой психики. И я думаю, что даже под прессом контроля мы все тянемся к ней. Мы все хотим отвечать за свою жизнь, потому что в противном случае жизнь становится программой. Программой, которой управляем не мы.
Детская психология
Наше сходство с собаками
а официально называется:
Правда ли, что Стэнфордский тюремный эксперимент был опровергнут?
Летом 2018 года многие российские СМИ сообщили, что один из самых известных экспериментов в истории психологии оказался постановкой. Мы проверили, так ли это на самом деле.
В 2018 году крупнейшие русскоязычные СМИ выпустили материалы о том, что проведённый ещё в начале 1970-х годов Стэнфордский тюремный эксперимент удалось разоблачить. Публикации с подобными заголовками и ссылкой на американских коллег появились, в частности, на сайтах Gazeta.ru, РИА Новости и «Коммерсантъ». При этом авторы разных изданий по-разному оценили важность новых данных об эксперименте: одни назвали оригинальное исследование «фейком», другие — «инсценировкой», третьи сообщили лишь об обвинении в подтасовке.
О результатах Стэнфордского эксперимента стали писать не только в научных журналах, но и в крупнейших мировых изданиях. Организовавший исследование Зимбардо пришёл к выводу, что настоящей причиной насилия служит не личная предрасположенность человека, а окружающая его среда. Надзиратели стали оскорблять и унижать заключённых просто потому, что они получили такую возможность, хотя прямо от них этого никто не требовал. Впоследствии Зимбардо с этих позиций защищал одного из охранников американской тюрьмы Абу-Грейб в Ираке, где были зафиксированы случаи пыток и издевательств.
В конце 2018 года возобновившаяся дискуссия заинтересовала американского популяризатора науки Майкла Стивенса. В своём документальном фильме из серии YouTube Originals он поговорил с Блумом, участвовавшим в эксперименте в качестве надзирателя Дэйвом Эшельменом, психологом Джередом Бартелсом и самим Зимбардо. Эшельмен подтвердил, что от надзирателей скрывали, что они входят в число подопытных: «Нас уверяли, что наша работа — получить результаты от заключённых, ведь именно они интересовали исследователей. Мы знали, что исследователи сидят за стенкой и снимают нас, мы даже могли слышать их разговоры». «Если они [инициаторы эксперимента] хотят показать, что в тюрьме плохо, то я решил быть самым ужасным надзирателем,» — добавил Эшельмен.
Одна из основных претензий к Стэнфордскому эксперименту заключалась в том, что в объявлении о наборе участников прямо говорилось, что исследователи проводят «психологическое исследование тюремной жизни». Проведённое в 2007 году исследование показало, что на такие приглашения склонны откликаться более агрессивные, авторитарные и менее склонные к эмпатии люди. Стивенс и Бартелс решили провести новый эксперимент, в дизайне которого будут нивелированы недостатки исследования Зимбардо. Объявление, по которому набирали участников, было написано нейтрально, а перед началом эксперимента их попросили пройти психологическое тестирование, в результате которого отобрали только наиболее «хороших» людей. Тюремная составляющая также была исключена. Участников эксперимента сажали в абсолютно тёмной комнате и предлагали собрать пазл, при этом сообщая, что в соседней комнате происходит такой же процесс с другой группой людей, хотя на самом деле второго помещения не существовало. Участникам разрешили мешать своим «соперникам», включая в их комнате сирену, при этом позволив регулировать уровень громкости. Роль этих «соперников», имевших аналогичные возможности, исполнили Стивенс и Бартелс. В ходе эксперимента они не заметили проявлений садистского поведения со стороны испытуемых.
Стивенс решил обсудить полученные им результаты с автором Стэнфордского тюремного эксперимента. Предположение о том, что исследование 1971 года говорит не о склонности к применению насилия, а о силе подобного требования или даже намёка со стороны того, кто имеет власть, не впечатлило Зимбардо. Он настаивал, что участники оригинального исследования не были каким-либо образом настроены на демонстрацию поведения, которое наблюдал он сам и его коллеги. Исследование, проведённое Стивенсом и Бартелсом, Зимбардо назвал «демонстрацией того, что в определённых случаях личные свойства человека могут доминировать над ситуацией и окружением», но не отказался от собственных выводов.
Дискуссия о Стэнфордском тюремном эксперименте продолжается уже полвека. Нет никаких сомнений, что такое исследование действительно было — до сих пор живы многие его участники, которым нет смысла врать о событиях 1971 года. Предметом спора, как это часто бывает в науке, стала методология эксперимента и обоснованность далеко идущих выводов, которые представил общественности Зимбардо. Текст Блума и последующие публикации в российских и зарубежных СМИ в 2018 году просто познакомили массовую аудиторию с теми сомнениями, которые в научной среде высказываются относительно Стэнфордского эксперимента уже давно.
Наш вердикт: полуправда (проверяемый факт или утверждение представляет собой смесь правды и лжи примерно в равных пропорциях. В таком случае, пока целиком не прочитаешь разбор, не узнаешь, где что)
