«Кремлёвский централ» Изолятор 99/1 — федеральная тюрьма № 1
СИЗО 99/1. Тюрьма эта небольшая, рассчитана всего на 120 человек. Это следственный изолятор особой категории — как и СИЗО «Лефортово», он находится в федеральном подчинении, и уведомление на его посещение ОНК Москвы направляет во ФСИН России, на имя директора А.А. Реймера.
СИЗО-99/1 находится на той же территории, что и СИЗО «Матросская тишина», а именно на 5 и 6 этажах главного административного корпуса «Матросски».
Здесь всего 20 камер (по 10 камер на каждом этаже). В камерах чисто, как и во всех камерах этого СИЗО, туалеты отгорожены более-менее высокой полустенкой, там не «Чаша Генуи» и не параша, а нормальный унитаз, раковина, холодная и горячая вода. В душ водят без проблем.
В 2009 году, в издательстве «Вагриус» вышла книга «Замурованные».
Ее написал в тюрьме аспирант-историк Иван Миронов, один из обвиняемых в покушении на Анатолия Чубайса. За два года заключения судьба свела писателя с уникальными людьми: VIP-преступниками или VIP-подозреваемыми. Впрочем, и сама тюрьма, где разворачивались события, описанные в этой документальной книге, тоже была рассчитана не на простых, а на особых людей.
«ЧЕМ КРУЧЕ СТАТЬЯ — ТЕМ ИНТЕРЕСНЕЕ КОМПАНИЯ»
Иван Миронов не похож на матерого террориста-подрывника. Он не похож даже на аспиранта-историка. Самый близкий образ, подходящий к моему собеседнику, — модный студент престижного московского вуза. Вот только такого острого и цепкого взгляда у студентов не бывает. Такой взгляд вырабатывается годами в замкнутом пространстве камеры, в изматывающих бесконечных беседах со следователями, когда каждое лишнее слово может стоить нескольких лет заключения.
— Иван, почему централ, где ты просидел два года, называется «кремлевским»?
— Изолятор 99/1 — федеральная тюрьма № 1 — на сегодняшний день самая жесткая, замороженная тюрьма России. В ней сидят миллиардеры, миллионеры, лидеры преступных группировок. Самая главная тюрьма в России. Ее еще называют «Фабрикой звезд», «Бастилией». Еще в ней сидят люди, которых прячут или от подельников, или от собственных возможностей. Стены «девятки» для них неприступны. Кроме того, если в общих тюрьмах можно за деньги устроить себе дольче виту в виде телефона, икры, коньяка, кокаина, то здесь слаще морковки и крепче кефира тебе ничего не предложат. За любые деньги здесь ничего не решишь.
— Как смогли организовать такой режим?
— Персонала в «девятке» в три раза больше, чем сидельцев. Все следят друг за другом, все друг на друга стучат. Камеры, аудиозапись… Вертухай даже дверь открыть в одиночку не может — должен позвать напарника.
— В конце книги у тебя целый список «громких» имен тех, с кем тебе довелось сидеть вместе. Люди с первых газетных полос последних лет — это и банкир Френкель, и юкосовец Пичугин, и «ночной губернатор» Петербурга Барсуков (Кумарин), и легендарный киллер Леша Солдат … Как так получилось?
— Во-первых, это специфика «Кремлевского централа», где практически все арестанты — фигуранты громких дел. Во-вторых, и посидеть пришлось немало — два года. В-третьих, есть такая форма оперативного пресса, называется «посадить на трамвай». Когда тебя регулярно перекидывают из хаты в хату, не давая привыкнуть к сокамерникам, прийти в себя, успокоиться, обжиться. Первые полгода в тюрьме я только так и катался.
«Тюрьма — это те же казаки-разбойники, тот же пейнтбол или экстремальный туризм. Но здесь острота ощущений достигается подлинной реальностью и непредсказуемостью происходящего с тобой. Здесь хороший коллектив дорогого стоит. Чем круче статья — тем интереснее компания… Заехав по третьим-четвертым частям особо тяжких статей, предусматривающих от червонца до старости, можно быть уверенным в новых, как говаривал банкир Френкель, качественных приключениях».
Знаменитые «клиенты» «Кремлевского централа»:
Алексей Владимирович Пичугин — бывший глава отдела внутренней экономической безопасности в нефтяной компании «ЮКОС».
Алексей Френкель — бывший банкир, осужденный за убийство первого заместителя председателя ЦБ России Андрея Козлова
Григорий Петрович Грабовой — создатель нового религиозного движения «Учения о всеобщем спасении и гармоничном развитии», основатель «партии ДРУГГ»
Василий Бойко — глава компании «ВашЪ финансовый попечитель»;
Бадри Шенгелия — предприниматель, обвинялся в рейдерских захватах предприятий в Санкт-Петербурге;
Алексей Шерстобитов — бывший офицер, обвинялся в убийстве Отари Квантришвили.
Тюрьма для «звёзд». Что известно о спецблоке «Матросской Тишины», где сидит Навальный
Фото © ТАСС / Ведомости / Евгений Разумный
В понедельник Химкинский районный суд Московской области по ходатайству ФСИН арестовал Алексея Навального на 30 суток. Как и предполагал Лайф, блогера доставили в спецблок столичного СИЗО № 1 «Матросская Тишина». Если 2 февраля суд изменит для него условия приговора на реальный срок, то не исключено, что отбывать наказание он будет именно здесь.
Особая тюрьма для «берлинского пациента»
— В спецблоке содержатся в том числе фигуранты особо резонансных дел. Но это не значит, что условия там хуже. В большинстве изоляторов камеры в спецблоках отличаются от общих в лучшую сторону. Меры направлены на обеспечение безопасности самого подозреваемого, обвиняемого или осуждённого.
Фото © ТАСС / Александр Щербак
«Фабрика звёзд», «Бастилия», «Кремлёвский централ» — это небольшая (всего на 120 мест) тюрьма, расположенная на пятом и шестом этажах Матросски. Здесь 20 камер — по десять на каждом этаже. Возводился спецблок 99/1 ещё наркомом Лаврентием Берией специально для ареста Николая Ежова, поскольку в то время «Лефортово» контролировали нелояльные к нему люди.
Официально учреждение называется следственный изолятор особой категории. У него такой же статус, как и у «Лефортово», поэтому перевод туда считается признаком большого интереса со стороны силовиков. У спецблока и «Матросской Тишины» разные руководители и собственный персонал. Доступ туда имеет лишь ограниченный контингент даже из Центрального аппарата ФСИН.
Лайф вспоминает дело «Ив Роше», за которое Алексею Навальному заменили срок на реальный
Известные сидельцы «кремлёвского централа»
В этом СИЗО сидят федеральные чиновники, главари банд, лидеры криминального мира, экстремисты и бизнесмены. Один из следователей по особо важным делам Следственного комитета рассказал Лайфу, почему силовики любят эту тюрьму.
— Если я хочу быть уверенным в том, что обвиняемый не получит мобильный телефон и не сможет связаться с подельниками на воле — ничего лучше этого спецблока нет. Там жёсткий контроль, купить телефон или передать сообщение невозможно, — рассказал следователь.
Адвокаты подтверждают его слова.
— Спецблок славится жёсткими и даже странными порядками. Сначала ты проходишь один кордон досмотра при входе в «Матросскую Тишину», затем поднимаешься по лестнице, где попадаешь на ещё один кордон. Там тебя заново тщательно проверяют, и только затем попадаешь в адвокатскую комнату. Охрана сразу говорит, что, если ты передашь подзащитному хоть какой-то предмет — ручку, бумагу, скрепку, — свидание сразу же прекращается, обоих отправляют на новый досмотр. Документами обмениваются по такой схеме: через окно отдаёшь охране, бумаги проверяют, затем передают арестанту. Обратно документы от него тоже идут через полный досмотр у охраны, — рассказал Лайфу один из столичных адвокатов.
Фото © ТАСС / Антон Новодережкин
В разное время там сидели бывший министр экономического развития Алексей Улюкаев, экс-губернатор Сахалинской области Александр Хорошавин, глава ЮКОСа Михаил Ходорковский, криминальный авторитет Владимир Барсуков (Кумарин), киллер «ореховских» Алексей Шерстобитов по кличке Лёша Солдат, главарь этой ОПГ Сергей Буторин (Ося). Следует отметить, что, пока Лёша Солдат был на свободе, Ося даже в спецблоке боялся подходить к окну камеры. Когда-то здесь сидел и Максим Марцинкевич (Тесак), которого в 2007 году посадили как раз по доносу Навального.
Вот как описывал тюрьму один из её насельников Сергей Мавроди:
— Там Ходорковского содержали. А вот Лебедева — нет, не дорос. Там ещё, правда, держат маньяков и киллеров. Спецблок — это особая тюрьма. В обычной тюрьме нет изоляции. Всё, что ты хочешь, ты достанешь за деньги. Тебе менты даже наркотики притащат. А в спецблоке — полная изоляция. Там достаточно комфортно, но через год там люди сходят с ума.
Бывший зэк раскрыл устройство тюремных «колл-центров»
«Симки проносят во рту»
По данным полиции, ущерб от мошеннических звонков, которые совершили заключенные СИЗО и колоний, в 2020 году составил 1,8 миллиарда рублей. ФСИН заявила, что намерена бороться с колл-центрами и даже попросила выделить на это из бюджета 3 миллиарда. Но о «начинке» таких колл-центров, сотрудниках и покровителях известно крайне мало. Мы нашли бывшего заключенного, который рассказал об устройстве тюремных разводов на деньги.
Фото: Елизавета Клушина
Справка «МК»: Схема тюремного «колл-центра» такова: уголовник из колонии или СИЗО звонит гражданину и под разным предлогом выманивает у него деньги. Самые распространенные способы. Ваш сын (дочь) сбил человека, срочно нужны деньги, чтобы откупиться. Вашего родственника задержала полиция с наркотиками, необходимы «отступные». С вашей карты в банке попытались снять деньги, сообщите три цифры на обратной стороне, чтобы засечь мошенника».
Для начала расскажу, как отреагировали сотрудники одного московского СИЗО, где в этом году прикрыли колл-центр, на вопрос о нем.
«Ну, было там два десятка мобильных телефонов, сотня сим-карт, да еще подзарядки. И все».
Да, на полноценный колл-центр это не тянет. Никакого специального помещения с серверами и мощными компьютерами там не нашли. Обычная камера, где держали много мобильников. Но, может, в колониях все по другому, посерьёзнее?
Владимир Васильевич на днях освободился после почти двадцатилетней отсидки, и похоже, очень скоро снова отправится за решетку (расплатился с таксистом фальшивой пятитысячной купюрой, тот уже написал заявление в полицию). Так что можно сказать – мы «поймали» его в короткий промежуток между сроками.
— Расскажите про колл-центры, которые, как уверяют, есть чуть не в каждой колонии.
— Да ну, никаких колл-центров я не видел никогда. А я всю жизнь в тюрьме, прошел много лагерей и пересылок.
— Как же нет, когда следствие уверяет, что есть и что такие колл-центры наносят людям огромный ущерб. К слову, мне самой как-то звонили «из службы безопасности банка», я с ними пошутила на счет того, что надо прийти к ним за решетку и проверить их права (как член ОНК).
— Так это ж просто звонят отдельные зэки, и все. Я сам так делал.
Я вам толкую про то, что никаких помещений с серверами и компьютерами нет. У зэка есть телефон. Вот скажем, такой (называем марку) – он по мощности и по памяти не хуже компьютера. Дальше скачиваются разные приложения банковские, базы и так далее. И все, зэк «работает». Нет ничего, что зэк не может сделать с телефона на зоне, что вы сделаете с компьютера на воле.
— Однако на воле, где больше возможностей, мало кто может получить все эти нужные базы данных, чтобы потом обзванивать людей, списывать деньги с их счетов.
— Им еще надо научиться пользоваться.
— А что те, кто шарят в компьютерах и интернете, на зону не заезжают? Еще как. А один такой может обучить всех желающих. Знания на зоне накапливаются и накапливаются. Люди сидят годами и все время совершенствуются. Так сказать, грызут гранит науки и постигают прелести технического прогресса. Ну а если еще есть учитель – так это вообще отлично.
— Знаю про кого вы, но это профессиональный хакер, таких на зоне единицы. А какие технологии, методы используют все остальные?
— Симки проносят на зону во рту. И есть еще понятие «воровские симки» (когда скинут по 20-40 симок на зону для общего пользования).
— Какой же актуальный?
— Берешь фоточки девушки красивой, из журнала, штук пять. Создаешь аккаунт в соцсетях и регистрируешься на сайте знакомств. Начинаешь переписываться с мужчинами. «Какая девочка!». Потом просишь у кого 200 рублей, у кого 500. А если сексом займешься виртуальным – 5 тысяч дают.
-Только под девочек «косите»?
-А тюремная «служба безопасности банка» как работает?
-Да все элементарно там. Вообще проблем нет получить базу телефонов и дальше убедить их хозяев дать тебе номера банковских карт.
— У вас голос и манера говорить даже отдаленно не напоминает то, как общаются сотрудники банков.
Собеседник тут же меняет голос до неузнаваемости.
— Здравствуйте, Ева Михайловна. Я сотрудник банка. У вас счет арестовали.
— Как вы так голос поменяли?
— Ха-ха. Я и не так могу. Когда данные какие-то надо, звоню и представляюсь сотрудником органов. «Здравствуйте, это прокуратура. Где вы сейчас постоянно проживаете?»
— Снимаю шляпу. Но где вы прячете телефоны, и как вам их проносят?
— Ты что, опер? Я не буду на эти вопросы отвечать. Ладно-ладно. Проносят в заднице. А прячем в бараке. Снимаешь батарею чугунную, за ней делаешь отверстие, замазываешь зубной пастой и ставишь обратно батарею.
— Но ведь сотрудники могут зайти в любой момент.
— Некоторые сотрудники в курсе вашей «банковской деятельности»?
— Думаю, без их покровительства не обошлось.
— По-разному бывает. Иногда не в курсе. Иногда делают вид, что не в курсе. А иногда сами процент получают.
Как распознать «тюремное мошенничество»
В ответ на предложение оператора «банка» назвать свои паспортные данные, сообщите, что вы сейчас стоите как раз рядом с отделением и готовы там все показать. Смотрите на реакцию.
В ответ на просьбу «прокурора» или «следователя» сообщить адрес или номер паспорта, запишите его ФИО, должность, место работы и скажите, что перезвоните ему на служебный телефон.
Меняйте периодически пароли в он-лайн кабинетах банковских приложений.
Пошутите в духе «вечер в хату», посмотрите на реакцию.
«Это не люди, а машины для пыток» Автор крупнейшего слива видео насилия в российских тюрьмах — о том, кто за этим стоит
Материалы по теме
«Там сидят генералы, замешанные в грязных делах»
В российской тюремной больнице массово пытали заключенных.
При этом заключенные связаны в неестественных позах на больничных койках или их удерживают другие, «привилегированные» зэки. Акты насилия сопровождаются истошными криками, но несмотря на то что издевательства происходят в больнице, никто из медперсонала не приходит на помощь к жертвам.
«Привилегированных» зэков, которые пытали других осужденных, правозащитники из «Гулагу.нет» называют «капо-разработчиками» по аналогии с kazetpolizei, добровольными помощниками вспомогательной полиции в нацистских концлагерях. Чтобы понять их мотивы, нужно сказать о самом устройстве пыточного «конвейера» на зонах.
По словам Владимира Осечкина, попасть в тюремную больницу есть шанс у любого зэка: в каждой колонии России после медосмотра заключенному могут сказать, что у него, к примеру, есть пятно на снимке легких. И вот его уже везут в больницу — подлечиться. Заключенный права голоса в этом вопросе не имеет. А в самой больнице перед ним открываются несколько вариантов.
Мотивы могут быть разные, но объединяет их одно — разработчики используют видеорегистраторы, закупленные государством для нужд колоний. А после пыток и насилия «разработчики» несут эти видеофайлы своим кураторам. Но внезапно из этой закрытой системы произошла крупнейшая в мире утечка записей с тюремными пытками.
Качество видео в регистраторах на уровне среднего смартфона, так что длительность записей в архиве — колоссальная. Как объясняет Осечкин, сотрудники ФСИН собирали эти видео по нескольким причинам, но основные из них — шантаж или доказательства «проделанной работы» в случаях с заказами с воли.
Но однажды, улучив момент, он скопировал файлы. В настоящий момент этот осведомитель находится за пределами России и оформляет политическое убежище. А правозащитный проект «Гулагу.нет» начал публикацию полученных записей, которые уже привели к отставке руководства ОТБ-1 и возбуждению целого ряда уголовных дел.
«Лента.ру»: В чем вы видите конечную цель публикаций видео из секретного архива?
Он самый эффективный с точки зрения получения от человека показаний и с точки зрения раскрываемости преступлений
Очень просто все. Кипятильник засунул, включил в розетку и через три секунды человек орет: «Давай все скажу, пока он не нагрелся!» Еще бы — его ведь сейчас инвалидом сделают. Такое в XXI веке — это бесчеловечно и позорно.
На данный момент все выглядит так, будто началось серьезное расследование этих фактов.
Сейчас очевидно, что следователи собираются наказать и сотрудников ОТБ-1, и зэков, которые насиловали других осужденных. В Саратов уже приехали московские оперативники и заперли всех этих «разработчиков» в отдельное помещение. Теперь настал их черед бояться.
Понятно, что в течение пары недель какое-то количество и сотрудников ФСИН, и этих «разработчиков» окажется в СИЗО. Но проблема в том, что локальное расследование на уровне саратовского управления СКР не может нас устроить в принципе. Потому что такие прецеденты раньше были в других регионах России.
Я хочу, чтобы на скамье подсудимых оказались те, кому везли флешки с записями пыток. Пускай это будут не те генералы определенных силовых структур, которые отдавали приказы из Москвы: до них не добраться. Но важно, чтобы в итоге судили хотя бы тех, кто эти флешки получал на местах.
Был ли хоть раз в мире подобный «слив» видео с пытками?
Такого никогда и нигде не было. Сейчас CNN, BBC и другая зарубежная пресса находится в ожидании, когда наш осведомитель пройдет все первичные процедуры по оформлению политического убежища, чтобы записать с ним интервью.
Запад уже понял, что это «русский Сноуден». Много запросов и из России — выстроилась очередь
А он сам еще не понимает, что превратился в такого героя. Он пока просто человек, который сидит у отеля на берегу моря. Мы стараемся максимально помочь ему отдохнуть и оградить его от стрессов. Потому что он реально чуть умом не тронулся, пока бежал из России с секретными записями.
Подобные пыточные «конвейеры» — это чисто российская история? Или они есть где-то еще?
А в России, как на одном из видео, которые были в архиве: вчера ты «бродяга» по жизни, блатуешь, кого-то крышуешь, контролируешь две-три зоны. А завтра на тебя помочились, изнасиловали — и ты опускаешься в самый низ иерархии и становишься «обиженным».
То есть в существовании пыточного «конвейера» отчасти виновата сама российская криминальная субкультура?
Вообще с этими тюремными «понятиями» надо что-то делать: они уже не работают так, как раньше. Зато все эти понятия униженных и «обиженных» успешно освоили и эксплуатируют спецслужбы. Для того чтобы сейчас опуститься в тюремной иерархии, не нужно нарушать никакие воровские законы.
Что толкает заключенных становиться «разработчиками» и пытать других зэков?
А самое страшное, что маньяков из них сделало государство. Но судить их нужно в строгом соответствии с законом
«К нему прямо в камеру приводили несчастных»
Как долго свой пост занимал начальник ОТБ-1 Павел Гаценко?
Он являлся начальником более десяти лет. И лишь 6 октября директор ФСИН приказом по дискредитирующим обстоятельствам уволил с позором его вместе с заместителем по безопасности и оперативной работе Дмитрием Саловым, начальником отдела безопасности Сергеем Мальцевым и начальником оперативного отдела Бочковым.
Какая география у пыточного «конвейера» в российских колониях?
«Мы признаемся, но вместе с нами сядете вы»
Но если все «пыточные» колонии известны, почему в отношении них не принимаются меры?
Их еще нужно «разминировать», понимаете? Помимо того что причастных к пыткам там нужно наказать, необходимы еще очень серьезные психологические воспитательные работы с «разработчиками»: это люди, представляющие повышенную опасность.
Они не только знают, как работают оперативники, — у них самих есть компромат на половину сотрудников местных силовых структур
Потому что именно эти «разработчики» лучше всех знают, скольких людей они заставили оговорить себя. Это очень опасные персонажи, не люди, а машины для убийств и пыток. А потом многие из них будут выходить на свободу и совершать страшные преступления.
Получается, любой «разработчик» — это настоящий кладезь компромата?
Да, ведь каждый «разработчик» точно знает, сколько людей взяли на себя вину из-за кипятильника или швабры в заднице. Вы поймите: садистов из саратовской ОТБ-1 мы вычислили еще в начале года. Были возбуждены четыре уголовных дела по изнасилованиям и два — по вымогательствам. Вот только обвиняемых за это время так и не появилось.
Но почему так происходит, если фамилии всех причастных известны? А причина проста. Просто «капо-разработчики» — как дружная команда с круговой порукой — заявили своим кураторам примерно следующее: «Если в нашу сторону следователи сделают шаг и предъявят обвинения, мы не будем все брать на себя. Мы признаемся, но вместе с нами сядете вы».
И тогда кураторы побежали к следователям и сказали, чтобы историю с пытками «притормозили». И все!
Дела возбуждены, потерпевшие есть, денежные переводы по вымогательствам прошли, но тут вдруг расследование споткнулось о круговую поруку. Тогда мы пошли на публикации видео из секретного архива: это сработало. Но главное еще впереди. Дело в том, что видео, которые мы выложили в сеть, ужасны. Но в материалах, которые еще ждут своей публикации, все намного, намного хуже.
Интервью Алексея Улюкаева после первой ночи в СИЗО «Кремлевский централ»
Краткая справка: СИЗО 99/1 «Кремлевский централ». Тюрьма эта небольшая, рассчитана всего на 120 человек. Это следственный изолятор особой категории — как и СИЗО «Лефортово», он находится в федеральном подчинении.
СИЗО-99/1 находится на той же территории, что и СИЗО «Матросская тишина», а именно на 5 и 6 этажах главного административного корпуса «Матросски».
Здесь всего 20 камер (по 10 камер на каждом этаже). В камерах чисто, как и во всех камерах этого СИЗО, туалеты отгорожены более-менее высокой полустенкой, там не «Чаша Генуи» и не параша, а нормальный унитаз, раковина, холодная и горячая вода. В душ водят без проблем.
Обозреватель «МК» проверила условия содержания экс-министра в «Кремлевском централе».
Арестанты «кремлевского централа» об аресте экс-министра прочитали в утренних газетах, которые они получают. Практически в каждой камере просили, чтобы Улюкаева поселили именно к ним.
Однако сам Улюкаев выразил желание содержаться в полном одиночестве.
— А на домашнем аресте вы тоже были в одиночестве?
— Нет, дома со мной была семья. Но это ведь другое. Совсем другое. А если сейчас кто-то будет громко смотреть телевизор, пытаться вести беседы со мной — мне это не нужно. Надо подумать обо всем.
Вот сотрудники дали ручку немного бумаги. Будут писать.
— Дневники или стихи?
— И то, и другое. Стихов у меня вышло три книги.
— На свободе в последнее время писал грустные. Но, может быть, тут будут другие? Тут не так плохо. Я ожидал, что будет хуже.
— А вы никогда не были ни в одном СИЗО, ни в одной тюрьме? Я имею в виду, на экскурсии, на проверке или в качестве гостя.
— Нет, не приходилось. Хотя, когда был замминистра финансов, то отвечал за вопросы финансирования тюремной системы, тогда еще ГУИС. Но вот так, чтобы самому посмотреть — не приходилось.
— Вы надеялись, что вас не арестуют в пятницу?
— У меня не было иллюзий по поводу несправедливого приговора. Но я полагал, что до апелляции менять меру пресечения не будут. Приговор ведь не вступает в законную силу до апелляции. Зачем помещать в СИЗО? Я мог бы остаться на домашнем аресте, ведь за все время я ни разу не нарушил условия. Был уверен, что меня не арестуют, поскольку это совсем не обязательно.
— Зачем же взяли на суд с собой вещи?
— Адвокат сказал: «Возьмите, хуже не будет». Да я бросил в сумку только носки и трусы, засунул, пока жена не видела, чтобы она не переживала. Даже зубную щетку не взял.
— Тут вам ее должны выдать. Вас вчера вечером в СИЗО покормили?
— Нет, было уже поздно же. Но это ничего. Я вообще не привередливый. Завтрак был. Каша-сечка. Я все съел. И без передач и посылок смогут прожить сколько угодно. Здесь все хорошо, чисто, светло. Все в порядке. Быть в одиночестве сейчас для меня большая ценность, чем все остальное.
. Камера у Улюкаева просторная, в ней есть холодильник (пока совершенно пустой), маленький телевизор, изолированный санузел и три железных кровати. Улюкаев просит и.о. начальника СИЗО, стоящего в дверях, присесть, иначе говорит, ему будет неудобно при нем сидеть.
Алексей Валентинович производит впечатление человека интеллигентного, деликатного, воспитанного, спокойного. Лишнего не спросит, не попросит. Но внимательно слушает и старается запоминать правила, что действуют в «кремлевском централе». Даже в джинсах и черной футболке он почему-то не производит впечатление не простого арестанта. Но стены этого изолятора видели не одного губернатора, мэра и прочих федеральных руководителей.
Улюкаев приятно удивляется, узнав про услугу «электронное письмо» и про то, что в СИЗО есть спортзал.
— А можно сюда коврик, на котором заниматься? Я гимнастику делаю по утрам.
— Да, все в порядке. Вчера вечером я переволновался и давление подскочило. А сейчас уже все хорошо. Передайте моим близким, чтобы они не волновались. Не нужно лить по мне слезы. Это просто такой эпизод моей жизни. Я его переживу.
— Да. Как говорится, не дождутся (улыбается).
— Что в неволе труднее всего переносится?
— Все терпимо. Не понимаю только, зачем надевать наручники, зачем это «руки за спину, лицом к стене»? Люди же разные, надо к ним дифференцированно подходить. Вряд ли можно подумать, что я бы набросился на кого-то. А эти требования умаляют человеческое достоинство. Я вот по привычке сверяю время, смотрю на часы, которых нет. Почему запрещены в СИЗО часы? Ведь жизнь тут идет по распорядку, а как его можно соблюдать, если нет времени?
— Об этом нам недавно говорил арестованный экс-замдиректора ФСИН Олег Коршунов. Но вот когда он еще занимал свой пост, он нас не слышал — мы ему тогда и о часах, и о многом другом.
— Да, нужно увидеть все изнутри, чтобы понять.
— Вам нужен психолог или какой-то доктор?
— Психолог я сам неплохой. Нужен стоматолог, но сегодня он меня уже примет. Судья ведь не разрешала мне сходить к стоматологу, когда я просил, будучи на домашнем аресте.
— Но почему отказала?
— Зато здесь очень хорошая женщина-стоматолог, даже избалованные сидельцы-олигархи говорят, что у нее золотые руки.
— Вы меня порадовали этой новостью.
— Как вам спалось, все-таки первая ночь в непривычных для вас условиях?
— В принципе неплохо, хотя в последние время я сплю тревожно. Спасибо вам за то, что волнуетесь. Передайте всем слова благодарности. Меня как-то спросили журналисты на суде — какой смысл во всей этой истории? Я ответил: «Может быть, она принесет пользу стране».
— Вы имели в виду, что люди, наблюдая за процессом над вами, многое поймут-осознают?
Сейчас еще и блог вести будет.
хочу к их стоматологу
иногда тюремные законы более разумны и понятны, чем государственные 🙂
Наверняка просидел 2 часа и выпустили, как анального высера.
Бедняжка! Вы ему туда хоть золотую парашу организуйте, а то человеку с другой планеты очень сложно оклиматизироваться будет.
По предсказанию одной известной ясновидящей он и год не просидит. Его выпустят по состоянию здоровья.
до выборов по сидит, потом амнистируют
Штраф за дачу взятки
Для тех, кто помнит историю про парня, заподозренного в систематическом получении взяток от представителей коммерсантов, будет интересно узнать о других преступлениях, связанных с полковником таможенной службы.
Как стало известно, вынесен приговор одному из взяткодателей. Один миллион рублей нужно будет заплатить коммерсанту, который когда-то носил зелёные кителёчки и являлся подполковником таможенной службы. Личное знакомство по службе стало залогом доверия между участниками незаконного процесса.
Следствием и судом установлено, что в период с декабря 2014 года по февраль 2018 года гражданин по заранее достигнутой договоренности с должностным лицом Саратовской таможни, систематически передавал последнему деньги, путем безналичного перевода на банковскую карту, за неприменение мер контроля таможенной стоимости товаров, импортируемых ООО «Далюс», которые могли бы повлечь увеличение подлежащих уплате таможенных платежей и иные дополнительные издержки для данной организации. Общая сумма переводов составила более 550 тысяч рублей
Данный эпизод может явно подсластить жизнь находящемуся в СИЗО полковнику, которому, скорее всего, и так очень весело. Взяткодатель рассказал как всё было, поэтому отделался штрафом вместо реального срока. А вот у взяткополучателя, дело которого в суд ещё не ушло, шансов остаться на свободе не так уж и много.
Забавляет, что полковник являлся участником специальной олимпиады по получению взяток на банковскую карту (!), чем существенно облегчил задачу правоохранительным органам. Сколько их таких ходит по стране, неизвестно. Но мы будем пристально следить за статистикой.
© Telegram-канал Злой таможенник
Хочу все знать #170. Happy birthday, Mr. Ulyukaev! *С днем рождения, господин Улюкаев!*
Как поживает наш экс-министр в ИК-1.
Для начала было/стало:
Повествование от новостного интернет-проекта MASH.
Все, что кажется прочным, может прекратиться внезапно.
Правая рука главного реформатора страны Егора Гайдара, заместитель министра финансов Кудрина, министр экономического развития России.
Карьера Алексея Улюкаева оборвалась в один момент: невинная корзинка с подарочной колбасой, взятка два миллиона евро, ночное задержание, обыски, тюрьма, колония строгого режима — где колбасу из передач, прежде чем вручить арестанту, режут на мелкие куски — проверить, нет ли чего внутри.
В день его рождения 24 марта мы навестили колонию ИК-1, чтобы спустя четыре дня беспрерывного наблюдения наконец своими глазами увидеть человека, который вместо министерского портфеля теперь носит целлофановый пакет, а внешне уже почти не отличим от обычного арестанта.
ИК-1 находится в деревне Большие Перемерки, в ней отбывают наказание 1307 заключенных, 16 отрядов по 80 человек в каждом.
Заключенный Улюкаев — во втором отряде, живет в обычном бараке.
Примерно в 5 часов вечера Улюкаев возвращается из библиотеки, где он работает. Он носит темные очки, в руке у него пакет с вещами. Рядом с ним — другой заключенный, они ведут разговор на равных. Вместе они подходят к турникам.
Улюкаев здоровается с зеками, потом достает из своего пакета вторую шапку (для занятий спортом), переодевается, занимается на турнике.
На свободе Алексей Валентинович увлекался пешим туризмом, греблей, плаванием. Он опубликовал несколько сборников стихов, владеет английским и французским языками. В колонии все эти умения ему вряд ли когда-нибудь понадобятся.
Впрочем, знание поэзии не повредит библиотекарю.
Бывшему министру исполнилось 63 года, с начала своего заключения он много времени проводил в больнице. Сейчас он снова бодр, и, очевидно, следит за здоровьем, хотя обеды в столовой часто пропускает — аппетита нет.
Пока он занимается растяжкой, другие заключенные оставляют его одного — Улюкаева явно уважают.
Закончив прогулку, Алексей Валентинович снова переодевается и возвращается к другим заключенным.
Другой известный вип-сиделец однажды писал в своих мемуарах, что он — единственный в России, кто может увидеть сходство и «провести параллель между дизайном стальных раковин в исправительной колонии и гостиничными нью-йоркскими раковинами от Филиппа Старка».
Теперь не он один. Алексей Улюкаев, титан и долгожитель российской политики, джентльмен, пишущий стихи, и уж конечно, бывавший в Нью-Йорке, мог бы похвастаться тем же умением. Он и другие — кто прежде никогда бы не подумал, в каком месте им доведется вспоминать о дорогих дизайнерских объектах.
В разное время, при схожих обстоятельствах: Михаил Ходорковский, Алексей Улюкаев
Суд снял арест с имущества Улюкаева
Замоскворецкий суд Москвы снял арест с имущества бывшего министра экономического развития РФ Алексея Улюкаева, осужденного на восемь лет колонии за взятку, в связи с оплатой им штрафа в размере 130 млн рублей. Об этом корреспондент ТАСС передает из зала суда.
Индифферентность
— Как вы относитесь к тому, что Улюкаеву дали 8 лет?
Водитель Улюкаева: 2 миллиона долларов пересчитывали 7 часов
Водитель экс-главы Минэкономразвития Алексея Улюкаева Илья Макаров дал показания в суде. По словам мужчины, он работал на экс-министра со 2 июля 2014 года до 14 ноября 2016 года, когда глава МЭР был задержан. Макаров вспомнил, что Улюкаев и председатель правления «Роснефти» Игорь Сечин проговорили 10-15 минут, после чего Улюкаев положил в багажник автомобиля портфель весом около 15 килограммов.
В связи с инцидентом глава «Роснефти» заявил, что Улюкаев совершил преступление, потребовав и лично забрав взятку. Улюкаев, в свою очередь, ответил на это измененной цитатой из «Энеиды»: «Бойтесь данайцев, приносящих колбайцев».
Ранее из расшифровки разговора Сечина и Улюкаева стало известно, что они обсуждали корзинку с колбасой. Судя по записи, глава компании предлагал экс-министру «тихонечко приехать в «Роснефть» и забрать корзинку». Взятка напрямую в разговоре не обсуждалась.
Вскоре в СМИ появились фотографии этой корзины. Выяснилось, что корзинка с колбасой «От Иваныча» является традиционным подарком президента «Роснефти».
Похудел малость.
Бывший глава Марий Эл пожаловался на условия содержания в СИЗО: передайте депутатам, пусть изменят законы
– Везли меня сначала на машине, потом на самолете. Как ни смешно, но билет пришлось самому себе покупать. У меня было в кармане 6 310 рублей при себе, вот 6 000 отдал на билет, осталось 310. Но я готов был им всем все оплатить, целый автобус сам заказать, только бы довезли нормально.
– В вашей камере мы видели из еды только кусок черного хлеба. Вам не приносят передачки?!
– А как же адвокаты? Неужели за восемь дней они так и не пришли к вам?
– Нет. Никого из них здесь я ни разу еще не видел. Я не знаю с чем это связано. Я в полной изоляции.
. Только в «Лефортово» существует совершенно дикая система: из-за нехватки адвокатских кабинетов адвокаты раз в неделю, по пятницам, тянут жребий – кто в какой день день пойдет к своему подопечному. Видимо, защитники Маркелова не успели поучаствовать в «розыгрыше».
Во время нашего визита экс-глава Марий Эл с удивлением узнал, что ему полагается бумага и ручка. Их ему дали только при нас, чтобы он мог писать заявления и обращения. И еще – после долгих препирательств с надзирателями и общений с медиками «Лефортово» разрешили иметь при себе по паре жизненно важных таблеток. А также обещали – о чудо – второй матрас (вся спина у Маркелова в синяках от железных нар, а лечащий врач запретил ему спать на жестких поверхностях) и второе одеяло (из-за болезни он очень сильно мерзнет).
– Точно дадут? – не верит своему счастью Маркелов и рассказывает историю про то, как он прикрыл днем мерзнущие ноги одеялом, а сотрудник «Лефортово» сделал выговор, мол, кровать в светлое время суток должна быть ровно заправлена и одеялом укрываться нельзя.
– Я 16 лет отдал государственной службе, до этого был депутатом Госдумы, был в Совете Федерации. Неужели я заслужил такое отношение? Расскажите моим друзьям, среди которых есть депутаты, о моем нынешнем положении. Пусть они внесут изменения в законы, чтобы людям за решеткой жилось легче. Мне нечем бриться, нечем ногти подрезать. Я скоро превращусь в дикаря. А еще закончилась выданная на месяц туалетная бумага. 25 метров – а больше не положено. Могу я купить ее за те 310 рублей, что остались?
– Ларек СИЗО заказы принимает раз в месяц, – говорит один из сотрудников.
– Представляете? – Маркелов обращается к нам. – Это нужно изменить. Скажите депутатам, обязательно! И пусть обяжут на законодательном уровне книги давать с самого первого дня.
– Ни читать, ни телевизор смотреть вы не можете. Так как проходят в заключении ваши дни?
– Разрешают думать и молиться. Но иконку отобрали, сказали, что она в металле, а это запрещено. Я знаю, что скоро тут охренею, простите за выражение, и меня увезут в реанимацию. Тюрьма – это ад для России. Не бросайте меня тут! Приходите, пожалуйста, почаще. Из-за того, что я тут вам наговорил, меня могут еще наказать.
