Перевод песни Arabian nights (Aladdin)
Arabian nights
Арабские ночи
Oh I come from a land, from a faraway place
Where the caravan camels roam
Where they cut off your ear
If they don’t like your face
It’s barbaric, but hey, it’s home
When the wind’s from the east
And the sun’s from the west
And the sand in the glass is right
Come on down, stop on by
Hop a carpet and fly
To another Arabian night
Arabian nights
Like Arabian days
More often than not
Are hotter than hot
In a lot of good ways
Arabian nights
‘Neath Arabian moons
A fool off his guard
Could fall and fall hard
Out there on the dunes
О, я из страны, из далеких мест,
Где бродят верблюды караваном,
Там вам отрезают уши,
Если кому-то не нравится ваше лицо, 1
Это дико, но эй, это ж дом.
Когда ветер с востока
И солнце с запада,
И песочные часы показывают правильно,
Спустись, остановись,
Запрыгни на ковер и лети
В еще одну арабскую ночь.
Арабские ночи,
Как арабские дни,
Скорее чаще, чем нет,
Жарче жаркого
В хорошем смысле.
Арабские ночи
Под арабской луной,
Неосторожный дурак
Может упасть и больно удариться
В дюнах.
Исполняет Bruce Adler
1) В мультфильме существует еще такой вариант 3-ей и 4-ой строчек:
Where it’s flat and immense
And the heat is intense
Где необъятные просторы
И невероятно жарко
Что такое арабская ночь скажи прям вслух
Халил стоял на террасе, вдали от праздничного шума бала, и печально смотрел на раскинувшееся перед ним до горизонта море. Его не радовал даже точеный серебряный серп луны в окружении звезд.
Музыка, смех, обрывки разговоров долетали до него через распахнутые двери, и тем не менее Халил чувствовал себя беспредельно одиноким.
Он приехал в Аль-Анкар по делам, а вовсе не в поисках удовольствий. Прошел уже целый день, а ничего так и не сделано. Никто не счел нужным объяснить ему, зачем его вызвали.
Халил знал здесь все как свои пять пальцев: и огромный дворец, и пляж с белым песком, и, конечно, море. Он родился в этой стране, в этом дворце. Если верить местным легендам, их династия возникла в ту далекую пору, когда в этот дивный край пришли первые люди. Долгое время их страна была совершенно дикой и находилась за пределами цивилизации, но сейчас она старалась найти свое место в новом мире.
И хотя-Халил по праву считал себя патриотом, он не меньше любил и Нью-Йорк, где прожил долгие годы отрочества и возмужания.
Бросить все дела и срочно вернуться домой его попросил отец. Из уважения к нему он выполнил его волю и, оставив в постели горячую любовницу, на частном самолете немедленно вылетел сюда.
И теперь чувствовал себя так, будто его обманули.
Никто ничего ему не сказал ни в аэропорту, ни во дворце, и встретили так, будто его приезд на родину — обычное дело. А ведь в последнее время Халил прилетал домой только по самым важным делам, связанным с политикой и дипломатией.
Наследный принц. Халил аль-Кадар вздохнул и засунул руки в карманы брюк.
Когда он примчался во дворец, его отец, окруженный министрами и советниками, тепло приветствовал сына.
— Прекрасно, мой сын, — сказал он. — Вижу, ты прилетел так быстро, как смог. Спасибо.
— Конечно, отец, — с вежливым поклоном отозвался Халил. — Ты же сказал, что дело не терпит отлагательства.
— Так оно и есть. — (Один из министров приблизился к султану и прошептал ему что-то на ухо.) — Но сейчас извини, мне нужно уйти, меня ждут на одном мероприятии.
— А как же неотложное дело?
— Подождет, — коротко ответил султан и удалился.
Халил ждал уже весь день. Через пару часов после приезда любопытство переросло в недовольство. И, конечно, настроение не улучшилось, когда секретарь сообщил ему, что султан желает видеть сына на ужине.
Одна лишь мысль о необходимости в течение нескольких часов улыбаться и вести бессмысленные светские разговоры разозлила Халила. Ради чего, спрашивается, он спешил сюда? И что за «срочное» дело, которое постоянно откладывают на потом? Или отец собирается обсуждать его в присутствии нескольких сотен гостей?
Халил изо всех сил старался быть вежливым во время ужина, но в конце концов его нервы не выдержали, и он, извинившись, вышел на террасу, чтобы успокоиться.
Но что это? — внезапно напрягся Халил.
Кто-то выбежал из дворца и быстро направился к морю. Интересно, что это значит? Час уже поздний, и здесь не могло быть никого постороннего. Значит, это кто-то из слуг султана или охраны. А может, один из гостей? Вряд ли. На человеке был мужской национальный костюм, а все гости как один пришли в европейских костюмах.
Заинтригованный Халил подошел к перилам.
Какая странная фигура! Для мужчины слишком худая и изящная. Наверное, мальчик. Слуга. Но ему следовало бы знать, что султан не любит, когда прислуга расхаживает по его владениям в присутствии гостей.
Тем временем «мальчишка» подошел к морю и начал медленно в него входить.
Какого черта он делает? — чуть ли не вслух воскликнул Халил. Он что, с ума сошел? Решил немного освежиться после работы? Неужели ему не сказали, что в бухте водятся акулы?
Халил выругался и перепрыгнул через перила.
Сердце Лейлы билось так громко, когда она выбегала из гарема, что ей казалось, будто его стук разносится по всей округе и сейчас все бросятся за ней в погоню.
Она с облегчением вздохнула, когда без происшествий добралась до моря.
Ни одна из охранниц, похоже, не заметила ее ухода. Хотя они, конечно, официально так не назывались. Обе женщины, которые не спускали с нее глаз, как много раз объяснял ей отец, являлись ее служанками. А огромный мужчина без нескольких зубов был всего-навсего ее защитником.
— Эта страна лишь на первый взгляд кажется волшебной сказкой, — старательно втолковывал отец. — Но это далеко не так. Здесь нужно смотреть в оба.
С тем, что страна лишь непосвященному может показаться раем, Лейла была полностью согласна. Поначалу Аль-Анкар действительно очаровал ее, красота природы, теплое ласковое солнце, роскошь интерьеров, внимательность слуг… Но последующие несколько дней доказали ей обратное.
Но ей не следует думать об этом сейчас, ведь в любую секунду слуги могут хватиться ее и организовать погоню.
Ее поселили вместе со слугами в отдаленной части замка. На окнах — решетки, а дубовая дверь, ведущая в основную часть замка, запиралась снаружи на ключ. В целях ее собственной безопасности, как объяснил отец.
Другими словами, Лейла находилась в ловушке.
Но вот неожиданно ей улыбнулась удача.
Она увидела в окне яхты. Сразу несколько яхт. Они дрейфовали достаточно далеко от берега, но разве такое расстояние могло остановить отчаявшуюся женщину?
Как только ее стража легла спать, Лейла, промучившись несколько минут, все же сумела с помощью шпильки для волос открыть дверь. Так делали героини приключенческих фильмов, которые она любила смотреть.
У нее даже было время обдумать все детали побега. Вечером она позволила себя помыть и обтереть полотенцем, но когда ей принесли ночную рубашку, надевать ее отказалась, сославшись на холод. Охранницы засмеялись. Лейла уже привыкла к их насмешкам и издевкам. Все в ней веселило этих женщин: золотистые волосы, голубые глаза, бледная кожа и слишком худое, на их взгляд, тело. То, что ей может быть холодно в такую жару, наверное, их уже не удивляло.
Вместо ночной рубашки они принесли ей огромный кусок белой ткани и завернули ее в него, объяснив, что это арабская мужская национальная одежда. Другую, мол, сейчас искать сложно. Лейла прекрасно понимала, что ей здесь никогда не выдадут джинсы и футболку. Странно, конечно, что одежда мужская. Но какая разница, надо радоваться тому, что есть.
— Теперь живо отправляйся спать, — скомандовала одна из «служанок», и Лейла, кротко кивнув, подчинилась.
И только дождавшись, когда в комнате послышалось тихое сопение, открыла дверь шпилькой и выскользнула наружу.
Поблагодарив судьбу за то, что ей никто не попался на пути, она прошмыгнула на улицу. Чтобы не привлечь к себе внимание, она как можно более спокойно направилась к морю, не отдавая себе отчета в том, что на самом деле почти бежит. Когда она была уже почти по грудь в воде, кто-то очень сильный схватил ее за талию.
Лейла закричала. Больше от ярости, чем от страха. Как Ахмету удалось так быстро найти ее?
Впрочем, это не Ахмет!
Тело, к которому она оказалась прижатой, было крепким, мускулистым, в отличие от жирного тела Ахмета. Да и запах совсем другой… Человек, который схватил ее, пользовался дорогим парфюмом, а от ее жениха так несло потом, будто он не мылся уже несколько месяцев!
Что называется, из огня да в полымя! Ее не отдадут замуж за толстого араба! Ее изнасилует сильный незнакомец!
И она закричала еще сильнее.
Крик чуть не оглушил Халила. Но зато одно он смог понять наверняка: в его руках был не мужчина и не мальчик, а… взрослая девушка, закутанная в мужской восточный наряд. И она боролась с ним как испуганный зверь, пытаясь вырваться из его объятий.
Такая близость женского тела не могла оставить Халила равнодушным.
Песня из Алладина — Арабская ночь текст
«Арабская ночь горяча словно день тут жарко всегда, и даже когда опускается тень» — строчки из припева песни к знаменитому мультику Алладин. Текст песни «Арабская ночь» впервые был представлен в 2019 году и с тех пор официальное видео на ютубе набрало более 3 миллионов просмотров.
Арабская ночь текст песни из мультфильма Алладин
Первый куплет
Есть на свете земля, что в далеких краях
Вся покрыта она песком
И не счесть в краю том языков и племен
Всюду хаос, но это их дом
Солнце с запада там проплывет на восток
И прохладу прогонит прочь
Погости, заезжай, а потом улетай
На ковре ты в арабскую ночь
Узкой улочки нить приведет на базар
Где шафран, кардамон и тмин
Ты смотри, не зевай, смело цену сбивай
Будь то шелк или же сатин
И там музыки звук околдует и вдруг
Ты пропал, тебе не помочь
Не развеять мираж — все, что нажил — отдашь
Лишь наступит арабская ночь
Припев
Арабская ночь горяча словно день
Тут жарко всегда, и даже когда опускается тень
Арабская ночь, дым горящих костров
Мистический край факиров и тайн, обмана и снов
Второй куплет
Волен ты выбирать отдавать или брать
Из желаний все сотканы мы
Оказаться во тьме, иль на белом коне?
Сам хозяин своей ты судьбы
Припев
Арабская ночь горяча словно день
Здесь смелость и страх, победа и крах, стрела и мишень
Арабская ночь, под арабской луной
Луна высоко, но так нелегко добраться домой
Проголосуй за текст «Арабская ночь»
Arabian night lyrics from cartoon Aladdin
First verse
There is a land in the world that is in distant lands
She’s all covered in sand
And countless languages and tribes in the region
Chaos is everywhere, but this is their home
The sun from the west will sail there to the east
And the coolness will drive away
Have a visit, stop by and then fly away
On the carpet you are on the Arabian night
A narrow street will lead to the bazaar
Where is the saffron, cardamom and cumin
Look, don’t yawn, boldly knock down the price
Whether it’s silk or satin
And there the sound of music will enchant and suddenly
You are lost, you cannot be helped
Do not dispel a mirage — you will give everything that you have gained
As soon as the Arabian night comes
Arabian night is hot as day
It’s always hot here, and even when the shadow falls
Arabian night, smoke of burning bonfires
The mystical land of fakirs and secrets, deception and dreams
Second verse
You are free to choose to give or take
We are all woven from desires
Find yourself in the dark, or on a white horse?
You are the master of your own destiny
Arabian night is hot as day
Here is courage and fear, victory and failure, arrow and target
Arabian night, under the Arabian moon
The moon is high but it’s so hard to get home
Если Вам понравился текст песни «Арабская ночь», обязательно делись с друзьями. Всем спасибо!
Арабские ночи (и дни) глазами businesswoman
Познавать мир, в котором мы живём, можно по-разному.
В своей стране, где есть язык, среда и окружение, с которыми твоё восприятие резонирует на подсознательном уровне, по-настоящему понимается то, что встречается тебе на пути. Для этого в стране нужно родиться и вырасти, или прожить очень много лет.
Туризм «за границей» позволяет удовлетворить наше любопытство, получить представление о новых странах и их достопримечательностях, но редко даёт возможность хорошо понять неизвестную тебе жизнь.
Работа за рубежом — особый способ посмотреть и понять другую культуру. В нашем глобализованном мире для этого даже не обязательно надолго переезжать в другую страну, достаточно лишь посещать её регулярно. При этом, в отличие от просто туризма, возникают долгосрочные отношения с людьми, через которые страна начинает потихоньку раскрываться, часто в неожиданном свете.
Именно так, не покидая надолго свой Мельбурн, я работала со странами Юго-Восточной Азии. Когда же мой босс получил новую зону — Ближний Восток, Индию и Африку — из-за разницы в часовых поясах мне пришлось временно перебраться на Ближний Восток.
Так начался новый этап с более интенсивными перемещениями «по странам и континентам», во время которого мне удалось посмотреть на страны GCC (Gulf Cooperation Council), Египет и Южную Африку взглядом экспата (иностранного специалиста) и немного взглядом туриста.
Этот рассказ открывает арабский цикл «Тысяча и одна ночь» кратким обзором деловых центров региона — Дубая и Дохи, которые были моей ближневосточной базой. Кроме того в первый рассказ вошли редко посещаемая туристами Саудовская Аравия, и хорошо известный многим Египет.
Дубай и Доха для делового люда
Я не буду повторять общеизвестные истины про арабские нефтедоллары, обсуждать моральную сторону вопроса, считать чьи-то доходы или рассуждать о том, что справедливо, а что нет. Скажу лишь, что страны GCC (ОАЭ, Саудовская Аравия, Катар, Бахрейн, Кувейт и Оман) до неприличия богаты, и многие из них с удовольствием демонстрируют своё богатство миру. Hе только «выпендрежа» ради, но и для того, чтобы привлечь внимание тех, кто «осваивает» их нефте-газо-доллары, развивает им экономику и создаёт очередные шедевры современности, укрепляющие репутацию региона как нового культурного «хаба» мирового значения.
Для известных и талантливых представителей человеческого рода здесь при желании создают все условия для самовыражения. И таланты эти творят, демонстрируя на что способно человечество.
Таким образом арабские углеводороды помогают нашему миру создавать чудеса, которыми, как мне кажется, мир может и должен гордиться.
Непрекращающееся строительство комфортабельного жилья, развитие социальной сферы, высокие зарплаты и субсидии от компаний — всё это обеспечивает более высокий чем дома уровень жизни экспатов — профессионалов. Это в равной степени относится ко всем, не только к выходцам из Индии или Пакистана.
И я, и мои коллеги из Европы, Японии и Сингапура во время первых посещений этого региона искренне удивлялись тому, что видели вокруг — не только знаменитым достопримечательностям, но ежедневному окружению и быту наших коллег. Один из них, например, в Дубае снимал квартиру на 25-том этаже башни Бурж Халифа, но жена моего босса уверяла, что это не очень хорошая идея, потому что в Бурж Халифе не открывается ни одно из окон. Толк в этих делах она знала — и в Шанхае, и в Дубае мой босс жил в потрясающих резиденциях, радушно принимая многочисленных родственников, друзей и коллег. Даже знаменитые поющие фонтаны Бурж Халифы мы могли просто наблюдать с его балкона!
Мой самый красивый в жизни офис был в Дохе — столице Катара. Располагался он рядом с монументом арабскому кофейнику, который невозможно пропустить, прогуливаясь по местной набережной — Корнишу.
Прямо из его окна можно было любоваться Шератоном — первым пятизвёздочным отелем, построенным в Дохе.
А из конференц-зала во всех подробностях открывался вид на соседнее и самое узнаваемое здание — Бурж Доху, которому местные юмористы дали очень неприличное название. Поэтому оставим более милое — «Кукурузка» — придуманное туристами.
Аэропорты и авиалинии — ещё одна неотъемлемая часть деловой жизни, вокруг которой всегда кипят неутихающие страсти. Корпорации пытаются пересадить своих работников на лоукосты, авиалинии норовят сэкономить на всём возможном (и невозможном тоже), простые и понятные правила, по которым когда-то пассажиры зарабатывали себе бонусные очки и статусы, превратились в сложнейшие кодексы. Аэропортовские гостиные (lounges), вернее, доступ к ним — вообще отдельная история!
Ведущие авиакомпании региона — Emirates и Qatar Airways, как и их главные базы (Терминал 3 в Дубае и Хамад в Дохе) — конечно же не остались в стороне от всех этих страстей и просто показали миру, что значит быть «впереди планеты всей».
Подход здесь такой же, как и во всём — продемонстрировать всем свою мощь и богатство. В первом и бизнес классах этих авиакомпаний редко есть свободные места. Если не все из них проданы, после регистрации на рейс персонал анализирует статусы пассажиров и перемещает самых «заслуженных» из бизнес класса на свободные места в первый, а самых «заслуженных» из эконом класса на свободные места в бизнес.
Мне удалось таким образом несколько раз попасть в первый класс, и это не только произвело должное впечатление, но и, как видите, хорошо запомнилось. Иногда, правда, у меня такое случалось и с другими авиалиниями, но очень давно, лет 10–15 назад.
До тех пор, пока Эмираты не переругались с Катаром в 2017 году, Дубай и Доха соединялись 40 минутными рейсами. На них не было бизнес класса, а только первый и эконом класс.
В этом коротком полёте пассажирам первого класса вначале предлагали удивительный арабский напиток, сваренный с большим количеством специй, и баснословно дорогие финики Bateel. Потом следовало замысловатое ассорти, часто с перепелиными яйцами и прочими ложными сущностями.
Ещё отмечу, что в первом классе было много женщин в традиционных мусульманских одеждах, которые часто путешествовали самостоятельно.
Ну, а «флагманские» lounges авиалиний Qatar Airways в Дохе, как и Emirates в Дубайском Терминале 3 можно вполне рассматривать, как достопримечательности региона.
Бизнес lounge в Дохе поражает своими размерами, бассейном-озером, совершенно нестандартной архитектурой и решениями.
А их lounge 1-го класса — вообще какой-то футуризм, кубатурой и грандиозностью скорее напоминающий дворец.
Более-менее понятной была там лишь дамская уборная, которую как-то сложно назвать просто туалетом, и где, например, под каждой раковиной было установлено выдвижное кресло, чтобы делать макияж сидя и со всем комфортом.
Саудовские страдания
Посещение Саудовской Аравии поначалу не входило в мои планы. Известно, что эта страна — не лучшее место для иностранки, поэтому предполагалось, что группа «саудитов» прилетит ко мне в Доху, и оттуда мы начнём вместе работать над их проблемами. Но в ходе подготовки выяснилось, что «большой сауди босс» предпочитает моё присутствие на месте, и для этого готов выделить мне личных сопровождающих — мужчину и женщину (!) — чтобы в Саудовской Аравии мне было «комфортно».
Отказаться напрямую было неудобно. Мне прислали ворох документов, и я полетела в Канберру сдавать их вместе с «биометрическими параметрами» в визовый центр, как предписывал официальный саудовский сайт австралийцам. Приняли меня там без энтузиазма, лениво заявив, что не хватает австралийской лицензии моей компании. Я решила подойти в Торговую Палату, которая тоже находилась в Канберре, и если (дай бог!) не получится получить копию, сказать, что сделала всё, что могла, но, увы, не судьба мне попасть в Аравию…
Уже в Дубае выяснилось ещё одно пикантное обстоятельство — в Саудовской Аравии мне будет нужна абая — закрытое чёрное мусульманское платье.
Я была в шоке, но менять что-либо уже было поздно, можно было лишь немного поплакаться с подругами о превратностях женской доли…
А тем временем со всех сторон офиса уже неслись советы и наставления.
Молодая француженка, проработавшая в Дубае несколько лет, заявила, что мне, вообще-то, крупно повезло с моей славянской внешностью, отчётливо указывающей на отсутствие мусульманских корней. Поэтому в Саудовской Аравии мне будет нужна только абая, и не нужен шарф для заматывания головы. В её же случае шарф обязателен, поскольку она смуглая и вполне может быть принята за мусульманку!
— Не вздумай засунуть абаю в чемодан! Только в ручную кладь и одень её на себя перед выходом из самолёта!
— Застегни все пуговицы перед тем, как подойдёшь к очереди на паспортный контроль! Иначе промурыжат тебя несколько часов!
— Причём тут пуговицы! — возмущался экспат из Америки — Меня там держали 4 часа без всяких абай и пуговиц!
— Главное не переживай! При первом пересечении границы саудиты всем устраивают головную боль. Просто жди и всё образуется…
Покупать абаю мне не пришлось. Моя хорошая подруга — восточная красавица родом из Туниса, прожившая к тому времени больше десяти лет в Катаре, отдала мне свою абаю и шарф (на всякий случай!). Получалось примерно вот так.
В аэропорт я отправлялась с тяжёлым сердцем — впереди была саудовская безнадёга с кучей работы, неприглядными буднями и абсолютно сухим законом, распространяемым даже на отели для иностранцев.
Но аэропортовские процедуры в Даммаме, где мне предстояло как-то выживать, неожиданно прошли без проблем и долгих ожиданий. А о самом Даммаме интернет говорил следующее:
Действительность же выглядела несколько по-другому.
Окрестности Даммама на пути из международного аэропорта сразу убили слабые проблески появившейся было надежды.
Да и вид престижной зоны, непосредственно примыкавшей к «крупнейшему порту королевства в Персидском заливе», мало радовал.
Cам офис нашей компании, правда, выглядел приемлемо.
Однако cмотреть на открывавшиеся с его высоты панорамы было не очень радостно.
Как только на нашем этаже раскрылись двери лифта, моему взору представилась дверь с восхитительной надписью «Вход для женщин». Мне тут же сказали, что пользоваться нею не обязательно, но если мне ЗАХОЧЕТСЯ, то код для неё такой-то. Как и почему такое может ЗАХОТЕТЬСЯ, было совсем непонятно, но объяснение скоро нашлось.
Из примерно пятидесяти человек, работающих в этом офисе, были там лишь две женщины, и обе местные. Как только выяснилось, что будет ещё одна, они поспешили со мной познакомиться и показать нашу женскую часть. Это был отдельный блок, отданый в полное распоряжение прекрасной половине человечества, оборудованный кухней, туалетом, душевой, местом для молитв, комнатой для отдыха и даже раскладными креслами-лежанками. Мужчинам вход в женскую часть был воспрещён, а вот женщины могли туда попасть в любое время как из общего офиса, так и прямо из лифта, через уже известную мне дверь, если им ЗАХОЧЕТСЯ не встречаться по дороге с мужчинами-коллегами.
В общем, кто кого там ущемлял в правах — вопрос неоднозначный, но не встречаться с мужчинами у меня не получалось никак, потому что могучий коллектив из представителей наших саудовских предприятий уже был в сборе и делал вид, что готов к работе.
Первым делом они передали мне лист бумаги с расписанием молитв на сегодня (каждый день оно немного корректируется), сказали, что половина группы должна его соблюдать, а у некоторых есть и дополнительные молитвы. При этом все очень внимательно следили за моей реакцией.
То, что необходимость помолиться используется порой как предлог, чтобы улизнуть от нежелаемых дел, я уже знала. Поэтому попросила их выбрать одну молитву в середине дня для общего перерыва, а вечером обещала отпустить всех за 10 минут до молитвы, приуроченной к заходу солнца. На все остальные молитвы я попросила желающих уходить тихо без всяких разрешений, не прерывая рабочий процесс, и больше не возвращаться к этому вопросу. Кажется, они остались разочароваными моим столь прагматично-будничным отношением, но делать было нечего.
Поначалу большинство рьяно демонстрировало приверженность своему расписанию, потом подчёркиваемый фанатизм начал понемногу спадать. Параллельно с этим группа всё больше увлекалась нашим проектом. Через несколько дней, когда я прервала очень заинтересовавшую их тему из-за того, что подошло время перерыва в середине дня для выбранной ими молитвы, они попросили продолжать и сказали что с молитвами разберутся позднее.
Моя новая «сауди» команда привыкала и ко мне, и к своим новым ролям. У нас появились местные лидеры, готовые работать со мной допоздна, добровольные «охранники», сопровождавшие меня до гостиницы, расположенной в 400-х метрах от офиса, и при этом очень любившие поговорить «за жизнь». Работа продвигалась хорошо, народ заряжался энтузиазмом, моё настроение улучшалось.
А тут ещё оказалось, что в Даммаме нет недостатка в высококлассных ресторанах, предлагающих традиционные ближневосточные блюда, которые мне очень и очень подошли в отличие от стран Юго-Восточной Азии, кухни которых за небольшим исключением я переношу с трудом.
Практически всё, что подбирали и предлагали мне мои коллеги, шло на ура.
Моим самым любимым лакомством оказалась халва, которая почему-то всегда подавалась только на завтрак, а не как десерт к обеду. Кстати это относилось и ко всем остальным арабским странам.
Что касается абаи, то с ней я смогла не только примириться, но даже оценить некоторые преимущества. Например, никаких проблем с тем, что сегодня одевать на работу — хоть любимую пижаму, всё равно ничего не видно!
A в один день моя саудовская сага подошла к концу, и было даже немного грустно нам расставаться друг с другом. Но меня ждал мой мир и возвращение в Дубай, где мой очень польщенный результатами босс уже зарезервировал круиз по вечернему городу, чтобы отпраздновать успех миссии, которая совсем недавно казалась мне почти невыполнимой.
Египетские страсти
Египет был не только самой большой, но и самой сложной страной моего нового региона, требовавшей особого подхода и нестандартных решений. Ситуация усложнялась ещё и тем, что он находился в списке немногих стран, где корпоративные службы безопасности не давали свободно перемещаться и практически контролировали каждый шаг. С подобными мерами я встречалась лишь в ЮАР. Поэтому работала я только в каирском офисе, а многочисленным «командам» из разных регионов Египта приходилось ездить в Каир на недельные сессии.
Из соображений безопасности мне не разрешили поселиться в центре города. Всех иностранцев моя компания селила в отель Renaissance, расположенный в 20 километрах от центра в новом районе Каира под названием Mirage City.
Хотя здесь на нас не экономили и отель имел все 5 звёзд, жили мы как в зоопарке — за огромными заборами по всему периметру и 24-часовой охраной всех входов-выходов. Разрешались только твой персональный водитель, маршрут отель — офис и обратно, а в остальное время — отель, в котором обеспечивалось всё необходимое для работы и отдыха экспатов.
Окружавщие нас улицы мало напоминали картины, возникающие при упоминамии Каира. Застроены они были новыми виллами, которые были явно жилыми и производили очень респектабельное впечатление.
Судя по всему, нас действительно определили в «благополучный» район с минимальным риском.
