«ЧЕРНАЯ РУКА»
В цивилизованном обществе закон держится на морали, как корабль на море.
Из речи федерального судьи Эрла Уоррена, 11 ноября 1962 г., Нью-Йорк
Новый Орлеан, 1890 год. Этот крупнейший город американского штата Луизиана, уступивший славу называться столицей штата менее значительному Батон-Руж, этот важный портовый город, основанный французами в 1718 г. в дельте Миссисипи, переживал период небывалого экономического подъема. После длительной и кровопролитной гражданской войны, в которой промышленники Севера подавили политическое господство богатых плантаторов-южан, в городах Юга стала насаждаться индустрия, и Новый Орлеан захлестнула волна промышленного бума.
С 1890 г. в Новый Орлеан отовсюду начали стекаться эмигранты. Не малого труда стоило им обжиться в чужой стране и выстоять в повседневной беспощадной борьбе за существование. Традиционно в Соединенные Штаты эмигрировали жители Скандинавских стран, Ирландии, Германии, поэтому выходцам из других стран приходилось особенно тяжело. С 1890 г. резко возросло число эмигрантов из южноевропейских стран, и первым поселенцам Североамериканского континента пришлось вскоре приноравливаться к новым, непривычным для них соседям, которые в свою очередь с большим трудом привыкали к необычной для них обстановке. Поэтому иммигранты-соотечественники вынуждены были держаться друг друга. В этой обстановке «мафиозный инстинкт», побуждающий людей во имя того, чтобы выжить, обзаводиться покровительством вне и помимо государства, не только уцелел, но и обострился. И нет ничего удивительного в том, что часть эмигрантов переняла такое типично американское явление, как гангстерская шайка. Банды преступников, созданные некогда беззастенчивыми политиканами для запугивания избирателей в период предвыборной борьбы, переродились со временем в организованные банды преступников. Наряду с ограблениями банков, вымогательством и кражами профессиональные бандиты остались верными политике. Если нужно было прекратить забастовку, устранить неугодного политического деятеля, то за хорошую плату они были готовы сделать это. К услугам бандитов охотно и часто прибегали предприниматели для укрепления власти над рабочими или для устранения конкурентов. К тому времени в Соединенных Штатах использование преступников капиталистами стало обычным делом, поскольку только сильнейший имел шанс выжить в беспощадной конкурентной борьбе.
Члены шаек — вскоре за ними закрепилось название «гангстеры»,[30] как правило, рекрутировались из самых низших социальных слоев общества, ужасающая бедность которых создавала благодатную питательную среду для роста деклассированных элементов. В Соединенных Штатах, в которые ежегодно переселялись сотни тысяч людей, эмигранты, в своем большинстве не имевшие никакой квалификации, составляли основную часть. Не зная языка и обычаев страны, подвергаясь национальной, а зачастую и религиозной дискриминации, большинство эмигрантов жило в трущобах, как в гетто. В любых нарушениях переселенцами гражданских и уголовных законов усматривалась особая жестокость, а пресса называла их «нетипичными для Америки явлениями». Когда безработные и голодающие сотнями тысяч покидали Зеленый остров (Ирландию. — А. С.), пресса, не жалея красок, расписывала преступления, совершаемые ирландцами, а когда евреи, спасаясь от погромов и деспотизма, бежали из царской России в Соединенные Штаты, американские газеты истошно кричали о бесчинствах еврейских банд. Таким образом, у среднего американца сложилось представление, будто коллективно совершаемые преступления были импортированы в США.
В этих условиях в среде сицилийских эмигрантов, у которых были еще свежи в памяти воспоминания об отечественной мафии, зародился эмбрион «новой» («второй». — А. С.) мафии. Ее первыми жертвами стали крестьяне-соотечественники. С ними было меньше всего хлопот. Если у итальянского лавочника просили «мзду» в обмен на «защиту», то долгих объяснений не требовалось. Лавочник или ремесленник платил и, жалуясь приятелю или соседу, говорил: «Видишь, Джузеппе, ничего не изменилось. Мафия повсюду с нами».
При такой постановке дела мафиози Нового Света начали быстро богатеть. В 1890 г. каждый в Новом Орлеане знал о банде мафиози «Черная рука». Как это ни парадоксально звучит, но мафиози чрезвычайно гордились и названием своей банды, будто заимствованным из бульварного криминального романа, и подметными письмами с «предостережениями» и угрозами, подкрепленными наивно-таинственными знаками.
Новоорлеанская полиция, которой были известны все гангстерские банды, по отношению к «Черной руке» проявляла странную пассивность. Ни для кого из жителей города не было тайной, что бандой итальянских уголовников руководили братья Антонио и Карло Матранга, иммигрировавшие из Палермо. В Новом Орлеане они открыли вначале овощную лавку, а затем приобрели фирму по импорту фруктов. Обосновавшись в Новом Орлеане, «Черная рука» первым делом захватила контроль над портом, главным перевалочным пунктом растущей торговли фруктами. Ни одно судно в порту не разгружалось до тех пор, пока судовладельцы не уплачивали братьям Матранга установленной дани.
Разумеется, этого не могла не заметить общественность. Однако было немало упрямых, неверующих и просто наивных людей, полагавших, что мафия — это чисто сицилийское явление, не характерное для Америки. Среди этих людей были и откровенные завистники, которые сами охотно прибрали бы власть над Новоорлеанским портом.
В те годы в порту Нового Орлеана было совершено немало зверских убийств.
Читайте также
ГДЕ РУКА, ТАМ И ГОЛОВА
ГДЕ РУКА, ТАМ И ГОЛОВА Рука согрешит, — голова в ответе. Пословица. Взятая в буквальном смысле, всем известная и повсюду распространенная пословица может показаться ненужной, лишней пустословной, вызывая прямой и короткий ответ: конечно так, само собой разумеется. В
Покерная рука Шредингера
Покерная рука Шредингера Если бы такая раздача появилась на телевизионном турнире на канале ESPN, показывавшем нам руки всех игроков, то анализ комментаторов выглядел бы по-разному.Кто-то мог предположить, что от дальнейшей борьбы обязательно следует отказаться,
Невидимая байесовская рука
Невидимая байесовская рука В сущности, свободный рыночный капитализм и теорема Байеса являются производными одной и той же интеллектуальной традиции. Адам Смит и Томас Байес были современниками, оба учились в Шотландии, и оба находились под большим влиянием
Костлявая рука рынка
Костлявая рука рынка Это уже не просто «драки на меже»; основная цель набегов – пленники, как можно больше пленников, крайне необходимых Порте. Как на южных рубежах Руси и Литвы крымцы, так теперь и казанцы (вернее, ногаи) тысячами угоняют девушек для гаремов, мужчин для
21/4/2008 Рука и Кот
Кормящая рука Зверя
Кормящая рука Зверя Сергей Голубицкий, опубликовано в журнале «Бизнес-журнал» №14 от 24 июля 2007 года.http://offline.business-magazine.ru/2007/123/287062/ «И тогда я осознал обе стороны своей души: идеалиста-крестоносца и хладнокровного апологета закона джунглей». Эдгар Куини, председатель
Тяжёлая рука Москвы
Длинная рука помощи
Длинная рука помощи События и мнения Длинная рука помощи ОПРОС Что ни день, новостные ленты сообщают о новых шагах, которые руководство России и Украины делают навстречу друг другу. Столь резкий поворот во взаимоотношениях двух ближайших соседей невольно внушает
Правая рука Верховного
РУКА ИСТОРИИ
РУКА ИСТОРИИ В конце марта 2003 г., через несколько дней после начала второй войны в Персидском заливе и англо-американского вторжения в Ирак (которое стало причиной международного беспокойства по поводу будущих поставок нефти и заставило нефтяные цены взлететь до уровня
Рука, качающая колыбель
Рука, качающая колыбель Фото: ИТАР-ТАСС Материнство[?] Огромный труд и великое счастье. Но почему мы так боимся взвалить на себя заботу о новом человеке? И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю… (Быт. 1:28) Кому игрушки достанутся?
ДА, ЖЕЛЕЗНАЯ РУКА!
ДА, ЖЕЛЕЗНАЯ РУКА! 4 февраля 2003 0 6(481) Date: 04-02-2002 Author: Борис Абрамов, полковник в отставке ДА, ЖЕЛЕЗНАЯ РУКА! (Без жестких мер порядок уже не навести) Если враг не сдается — его уничтожают. Этот принцип, высказанный великим пролетарским писателем много лет тому назад,
Рука больших денег
Мафия в США. «Чёрная рука» в Новом Орлеане и Чикаго
В статье «Старая» сицилийская мафия было рассказано об истории появления мафии на Сицилии и о традициях этого преступного сообщества. Также мы говорили о борьбе, которую вёл против мафиози Муссолини, и мести мафии дуче на территории США и во время операции «Хаски» (захват союзниками Сицилии). Упомянули мы и о La Stidda – отколовшейся от старых мафиозных кланов группировке, контролирующей сейчас юг острова Сицилия. В этой мы начнем рассказ о мафии в США. И поговорим о первых сицилийских бандах «Черной руки», появившихся в Новом Орлеане и Чикаго (о появлении Коза Ностры будет рассказано в следующей статье).
«Чёрная рука» Нового Орлеана
Начиная с 1884 года в Новом Орлеане стали в большом количестве селиться итальянцы, число которых скоро достигло 300 тысяч человек.
Многие из них были выходцами из Сицилии. Мы помним, что это было время заката на этом острове «лимонной лихорадки». Разорившиеся фермеры, не найдя работы дома, отправлялись за океан. Один из районов Нового Орлеана даже получил тогда неофициальное название «Маленький Палермо».
Неудивительно, что первая этническая преступная группа, созданная выходцами из Сицилии на территории США, появилась именно в Новом Орлеане – в 1890 году. Называлась она просто и незамысловато – La Mano Nera («Чёрная рука»).
Главарями этой банды были братья Антонио и Карло Матранга, эмигранты родом из Палермо. Начинали они с торговли овощами: вначале розничной, а потом зарегистрировали фирму по импорту фруктов.
Занявшись оптовой торговлей, братья обратили внимание на порт Нового Орлеана, в котором работало много эмигрантов из Италии, которых местные презрительно называли «дагами» (от имени Diego). Угрозами и подкупом Матранги скоро добились того, что ни одно судно в этой гавани не разгружалось до тех пор, пока его владельцы не платили им определённую сумму.
Обеспокоились они и досугом заезжих моряков, открыв близ порта бордель и несколько кабаков. «Бизнес» был настолько прибыльным, что скоро в Новом Орлеане появилась конкурирующая преступная организация – банда братьев Превенцано, тоже сицилийцев.
Победу в конце концов одержали Матронги.
Порядки, установленные в Новом Орлеане сицилийцами, очень не нравились комиссару полиции Дэвиду Хеннесси. Это был очень сильный и волевой человек. Ещё будучи подростком, Хеннеси задержал двух взрослых воров, которых без посторонней помощи доставил в участок. В 20 лет он уже был полицейским детективом, а к 1888 году дослужился до должности начальника полиции Нового Орлеана.
Изучив список своих подчинённых, он с удивлением обнаружил, что большинство из них являются этническими итальянцами. Более того, многие были родственниками людей, подозревавшихся в рэкете и бандитизме. Имелись все основания полагать, что они помогают им избегать арестов.
«Излишнее» рвение Хеннеси послужило причиной его убийства на улице 16 ноября 1890 года. По «горячим следам» были арестованы 19 человек, но вынести обвинительный приговор удалось лишь для троих из них.
Возмущение жителей Нового Орлеана было столь велико, что присяжным пришлось выходить из зала суда через черный ход. На следующее утро (12 марта 1891 года) местная газета The Daily States опубликовала воззвание:
«Восстаньте люди Нового Орлеана!
Чужаки пролили мученическую кровь на превозносимую вами цивилизацию!
Ваши законы попрали в самом Храме правосудия, подкупив людей, присягавших вам.
Ночные убийцы расправились с Дэвидом К. Хеннеси, с чьей преждевременной смертью умерло величие американского закона.
Оно погребено вместе с ним – человеком, который при жизни был хранителем вашего мира и достоинства».
13 марта 1891 года жители Нового Орлеана вышли на митинг, закончившийся штурмом тюрьмы, где ещё находились подозреваемые.
Двух сицилийцев повесили на уличных фонарях. Девять человек вывели на тюремную стену и расстреляли (большое количество добровольцев по команде выстрелили в них из охотничьих ружей и револьверов). Но восемь обвиняемых сумели избежать смерти.
В их числе оказался и главный босс банды – Карло Матранга. Он затем спокойно руководил своей бандой до 1920-х годов, когда передал управление Сильвестро Каролло, более известному под кличкой «Сэм-Серебряный доллар» (наверное, вы уже догадались, что он также был выходцем из Сицилии).
В преступном мире США Каролло особенно прославился в 1929 году, когда выставил из Нового Орлеана самого Аль Капоне, который решил «построить местных братков» и подмять под себя этот город.
«Крестный отец» Чикаго и его люди были встречены на вокзале. После того, как телохранителям Капоне сломали пальцы, тот предпочел не продолжать «разборку», а побыстрее отправиться восвояси. Именно под руководством Каролло патриархальная «Чёрная рука» стала типичным кланом новой американской Коза Ностры.
В 1930 году Каролло был арестован по обвинению в убийстве агента по борьбе с наркотиками Сесила Мура. Но уже в 1934 году вышел на свободу. Вступив в союз с Фрэнком Кастелло из Нью-Йорка, он развернул в Луизиане сеть игровых автоматов. В 1938 году его снова арестовали. А в 1947-м – депортировали из США в Италию.
Оказавшись на Сицилии, Каролло стал партнером знаменитого Лаки Лучано (которого выслали из США годом раньше). В Новом Орлеане прежнего босса заменил Карлос Марчелло, которого комитет Сената США в 1951 году назвал
Марчелло руководил мафией Нового Орлеана до конца 80-х годов ХХ века, когда после нескольких инсультов вынужден был «отойти от дел».
Название «Чёрная рука» стало в США общим для всех банд, организованных сицилийцами. Лишь в Сент-Луисе (штат Миссури) мафиози, обосновавшиеся здесь в 1915 году, выбрали оригинальное название – «Зеленые». Помимо рэкета, они активно занимались торговлей скотом, добившись монопольного положения на рынках штата.
А вот в Чикаго сицилийцы заморачиваться не стали. И тоже назвали свою организацию «Черной рукой».
«Город гангстеров» Чикаго
Чикаго, основанный в 1850 году у небольшой речки (индейское название которой он себе и «присвоил») рос, как на дрожжах, чрезвычайно разбогатев на торговле зерном, скотом, мясом и древесиной.
Уже через 25 лет (в 1875 году) он стал одним из крупнейших городов США.
В Новом Орлеане было «Маленькое Палермо». А в Чикаго – «Малая Италия». Это район между Вест-Тейлор-стрит, Гранд-авеню, Оук-стрит и Уэнтворт-авеню.
Старожилы называли его также
В 1920-х годах в Чикаго проживало уже около 130 тысяч итальянцев.
И этих эмигрантов тут же начали «опекать» кланы сицилийской мафии.
У арестованного в начале ХХ века Джозефа Джените полиция нашла в кармане письмо такого содержания:
«Глубокоуважаемый господин Сильвани!
Будьте добры дать мне 2 000 долларов, если, конечно, Вам дорога жизнь.
Надеюсь, что моя просьба не слишком обременит Вас.
Прошу Вас в течение четырех дней положить деньги на порог Вашего дома.
В противном случае обещаю, что через неделю сотру в порошок Вас и всю Вашу семью.
В надежде остаться Вашим другом – Черная рука».
«Черной рукой» в Чикаго руководил Джим Колозимо (Большой Джим). Заместителем у него был его племянник Джонни Торрио, ранее (с 1911 по 1915 гг.) контролировавший порт Нью-Йорка и получивший в этом городе прозвище «Грозный Джон».
О Фрэнке Уэйле мы еще немного поговорим в статье, посвященной мафиозным кланам Нью-Йорка.
Именно Торрио пригласил в Чикаго другого выходца из Нью-Йорка – Альфонса Капоне.
Тот начинал свой криминальный путь в качестве члена подростковой банды. И в одной из драк он получил рану на левой щеке, заработав кличку Scarface (в буквальном переводе – «Лицо со шрамом»).
Единственным «недостатком» этого предприимчивого бандита было неаполитанское происхождение. То есть он был чужаком для всех сицилийцев клана.
К тому же на Сицилии традиционно считали Неаполь «городом мелких жуликов». И «серьёзные люди» чикагской мафии Аль Капоне поначалу не доверяли.
Скоро Чикаго стал лидером не только по промышленному росту, но и по числу нераскрытых преступлений. Так, в 1910 году было зарегистрировано 25 нераскрытых убийств. В 1911 – 40. В 1912 – 33. В 1913 – 42. Но это были, как говорится, «цветочки». По-настоящему мафиози
«Сухой закон»
Первый раздел знаменитой восемнадцатой поправки к конституции США, вступившей в силу 16 января 1920 года, гласил:
В тот же день евангелистский проповедник Билли Санди организовал в городе Норфолк (штат Вирджиния) церемонию символического погребения гроба с «Джоном Ячменное Зерно» (это имя стало нарицательным после публикации одноименной баллады Р. Бернса).
В «прощальной речи» он назвал «Джона»
Но радовался он и его сторонники рано.
Поправка не предусматривала никаких санкций к нарушителям. Правда, сенат США дополнил её так называемым «актом» или «законом Волстеда» – это и был тот самый «Сухой закон».
«Акт Волстеда» запрещал лишь производство, импорт и продажу алкоголя. А вот хранение алкогольной продукции и употребление спиртного были разрешены.
Таким образом, возникала странная ситуация: изготовители и продавцы спиртного были «вне закона», а их клиентская база сохранялась. Удовлетворение спроса на алкоголь стало делом опасным, но сверхприбыльным: наценка на бутылку виски доходила до 70–80 долларов, покупательная способность которых тогда была гораздо выше, чем сейчас.
Мафиозные кланы США немедленно развернули нелегальную доставку и продажу спиртного. Появились и новые криминальные «специальности». Наиболее известны у нас нелегально ввозившие в США спиртное контрабандисты – бутлегеры. Но были еще самогонщики, которых называли муншайнерами – потому что изготавливали они свою продукцию по ночам (при свете Луны).
Нелегальные «забегаловки» назывались «спикизи». Там заказывали спиртное шепотом с подмигиванием бармену или официанту, получая виски или бренди под видом чая.
При этом и продавцы, и их клиенты перешли с пива, сидра, вина и других слабоалкогольных напитков на крепкий алкоголь: доставлять его к месту продажи было удобнее, а состояние опьянения достигалось быстрее. Кроме того, за время действия «Сухого закона» на территории США примерно на 45 % возросло потребление наркотиков.
Среднедушевое потребление алкоголя вначале резко снизилось – и были отмечены положительные последствия: уменьшение числа аварий и несчастных случаев, снизилось количество разводов и мелких правонарушений. Но очень скоро потребление алкоголя вышло на прежний уровень и даже возросло.
Размах нелегального оборота алкоголя скоро стал таким, что бюджет Федерального Бюро по контролю за соблюдением «Сухого закона» вырос с 4,4 до 13,4 миллионов долларов в год. И 13 миллионов долларов в год правительство тратило на содержание специальных подразделений береговой охраны США, специализирующихся на борьбе с контрабандой.
По мнению экспертов, в 1933 году, когда восемнадцатая поправка была отменена президентом Ф. Рузвельтом, среднедушевое потребление алкоголя превышало уровень 1919 года на 20 %.
«Гангстерские войны» в Чикаго
В Чикаго сицилийцы столкнулись с конкурентами – этническими бандами выходцев из других стран.
Особенно сильны были ирландцы, которых возглавил Дайон О’Бенион (после вступления в силу «Сухого закона», его называли «пивным королём» Чикаго).
В 1920 году был убит Колозимо. И боссом чикагской мафии стал Джонн Торрио. Под его руководством мафиози сумели уничтожить О’Бениона в 1924 году.
Правда, «первый блин вышел комом»: погиб шофер Торрио, а мафиозный босс Чикаго не пострадал.
Через несколько дней ирландцы повторили нападение, выпустив в главаря конкурентов 50 пуль. Цели достигли лишь три из них. Торрио снова выжил, но последствия ранений были столь тяжелы, что он решил отойти от дел. Собрав своих «лейтенантов» (капи), он рекомендовал им Аль Капоне.
Это было неслыханным нарушением традиций: до тех пор высшие командные должности в мафии могли занимать только сицилийцы. Однако авторитет Капоне был уже достаточно высок. И «лейтенанты» согласились ему подчиниться.
И вот только тогда «гангстерские войны» в Чикаго приобрели особый размах.
Некоторые их эпизоды были воспроизведены во многих голливудских фильмах «про мафию»: иногда почти с документальной точностью, иногда – в «вольной интерпретации».
hist_etnol
hist_etnol История и этнология. Факты. События. Вымысел.
Члены «Черной руки»: Драгутин Дмитриевич, Душан Глишич, Антоний Антич и др.
Сложно поверить, но фактически весь государственный аппарат страны контролировался этой тайной организацией. В числе инструментов, которые использовались властвующей элитой Сербии, была и организация «Народная Одбрана (оборона)». И если «Одбрана» действовала открыто, осуществляя культурно-просветительскую, а по сути пропагандистскую работу, то находившаяся с ней в тесных отношениях террористическая группа «Черная рука» была глубоко законспирированной. В ее составе были крупные представители сербского истеблишмента, военные чины, представители полиции.
Главой «Черной Руки» являлся полковник Драгутин Дмитриевич, служивший начальником разведки сербского Генерального штаба. Он и был одним из главных организаторов убийства эрцгерцога.
Драгутин Дмитриевич, он же «Апис» (по-гречески «апис» означает пчела, а по-египетски «бык») так его прозвали за высоченный рост, крупную фигуру и буйный характер, авантюрист бонапартистского склада и патриотический фразёр. До убийства Франца Фердинанда, он организовывал убийство сербского короля Александра Обреновича, весьма непопулярного в народе, и королевы Драги.
Короля поразили шестью выстрелами из револьвера и 40-а ударами сабли, а Королеву 63-мя ударами сабли и двумя револьверными пулями. Королева почти вся была изрублена, грудь отрезана, живот вскрыт, щеки, руки тоже порезаны. После этого зверского убийства Драгутин Дмитриевич приобрел ещё более высокий политический вес в Сербии, т.к. новые власти были обязаны ему своим приходом.
Про Драгутина Дмитриевича говорили «…никто нигде его не видел, но все знали, что он делает всё…».Драгутин Дмитриевич до сих пор является одной из самых спорных и неоднозначных личностей в сербской истории.
Первые покушения на императора Франца-Фердинанда и на губернатора Боснии и Герцеговины, генерала Потиорека, закончились полным провалом. Зато в группировку начался большой приток свежей крови. Одним из новичков стал Гаврила Принцип, успешно реализовавший второе покушение на Франца-Иосифа.
Всем известное Сараевское убийство справедливо считают прологом Первой мировой. Конечно, расправа над наследником престола Австро-Венгрии эрцгерцогом Францем-Фердинандом была лишь поводом к войне, а причины ее были куда серьезнее, и это не тема данного поста.
Вена стремилась укрепить власть на вновь приобретенных территориях. В плане пиара поездка наследника престола по Боснии казалась Францу-Фердинанду необходимой.
В общем, для этого были определенные основания. Широкие массы, как отмечал видный исследователь проблемы Сидней Фей, с восторгом относились к пышным выездам людей монархической крови. В их монотонной и, прямо скажем, скучной жизни, это было целое событие. Когда столь высокопоставленный человек вместе с женой отправился на базар, чтобы «делать покупки», его повсюду узнавали, приветствовали громкими криками, толпа устроила настоящую давку.
Эргерцог Франц-Фердинанд и его жена София за несколько минут до покушения.
Франц-Фердинанд и его жена прибыли в Сараево 28 июня 1914 года. Эрцгерцог был при полном параде в орденах, супруга в белом платье, они ехали на автомобиле.
В Источно-Сараеве, относящимся к Республике Сербской в составе Боснии,открыли двухметровый бронзовый памятник. На открытии состоялась красочная реконструкция тех событий.
Прострелянный мундир Франца-Фердинанда
Арест Гаврилы Принципа
