Героическая и трагическая битва за Днепр
Битва за Днепр осенью 1943 года стала одним из крупнейших сражений в истории. С обеих сторон в той битве приняло участие до 4 миллионов человек, а фронт растянулся почти на 750 километров.
Гитлер понял, что летнее наступление Красной Армии если и удастся остановить, то только на Днепре, за счёт создания многочисленных укреплений «Восточного вала». Он требовал, чтобы солдаты вермахта защищали позиции на Днепре любой ценой. До Днепра немецкая армия отступала. Это был тактический ход, чтобы сохранить основные силы. Они определили эту водную преграду, от которой нельзя отступать, и считали, что мы её не сможем преодолеть. Так, с августа 1943 года вдоль всего берега Днепра возводились всевозможные укрепления, оборудованные огневыми точками. Днепр с его крутым правым берегом, на котором сосредоточились фашисты, и левым, более пологим, в низовье своём разливался до 3-х километров в ширину и представлял серьёзную преграду. А ещё было сильное течение в середине реки и очень холодная вода. Те, кто падал в воду вдали от берега, были практически обречены.
При отступлении немцами с левого берега Днепра было вывезено или уничтожено почти всё, что могло бы помочь нашим наступающим войскам. Это в первую очередь было продовольствие, домашний скот, лошади, фураж, рыбацкие лодки. Наши армии ещё гнали отступающего противника к реке, а уже был получен приказ главнокомандующего – с ходу форсировать Днепр. Важно было не дать противнику передышки для перегруппировки и укрепления оборонительных рубежей. Но растянувшиеся до 200 км на марше части оказались без собственных плавсредств и понтонов, без поддержки средств ПВО и тяжелой артиллерии. Из-за острой нехватки горючего вся техника значительно отставала от выдвинувшихся к Днепру передовых частей.
Георгий Жуков вспоминал: «Для тщательной подготовки наступления к Днепру у нас не было возможностей. В войсках обоих фронтов чувствовалась большая усталость от непрерывных сражений. Ощущались некоторые перебои в материально-техническом обеспечении».
Лодки и понтоны застряли где-то на марше. Средств для переправы почти не было, не считая нескольких надувных лодок. Местность на левом берегу степная, нет леса, не из чего было вязать плоты. Поэтому в ход пошло всё, что нашлось в ближайших поселениях (бочки, двери, деревянные сараи, плетни, крыши). Осложнялось всё ещё и тем, что у наших армий не было достаточного опыта по форсированию таких мощных и широких рек. Некоторые бойцы вообще не умели плавать.
По ночам тёмные просторы реки высвечивались сигнальными ракетами, и по любому предмету на воде открывался шквальный пулемётный огонь. Несколько ночных неудачных попыток форсирования Днепра в самом начале операции стоили нам до половины личного состава. Тех, кого не достали пули, убивала своим холодом вода. Многие наступательные группы уходили к реке и не возвращались. А утром река выбрасывала на берег тела наших солдат, форсировавших Днепр выше по течению. Это было страшное зрелище. Река казалась красной от крови.
Он неплохо играл на трофейной гармони, привезённой с фронта, и его часто просили сыграть что-нибудь после застолья. Эти выступления заканчивались всегда одинаково. Последней всегда была песня «Ой, Днепро, Днепро, ты широк, могуч…» При этом песня скорее была похожа на стон, на невысказанную боль пережившего такие страдания человека. С последним аккордом сворачивались красные меха гармони, а на глазах старого солдата стояли слёзы. «Ваня, пойдём», — говорила бабушка и уводила его от гостей в другую комнату, где он мог прилечь на кровать и дать волю чувствам после нахлынувших воспоминаний.
О тех событиях писатель-фронтовик Юрий Бондарев написал повесть «Батальоны просят огня». А писатель Виктор Астафьев, служивший на войне, как и мой дед, шофёром, так описал переправу через Днепр в своём неоконченном романе «Прокляты и убиты»:
«Сотни раз уж было сказано: куда, кому, с кем, как плыть, но все это знание спуталось, смешалось, забылось, как только заговорили, ударили пушки и пулеметы. Оказавшись в воде, люди ахнули, ожженно забулькались, где и взвизгнули, хватаясь за баркас.
– Нельзя-а! Нельзя-а-а! – били по рукам, по головам, куда попало, били гребцы веслами, командиры ручками пистолетов. – Опрокинете! В Бога душу мать! Вперед! Впере-од.
– Тону-у-у, тону-у-у! – послышался первый страшный вопль – и по всей ночной реке, до самого неба вознеслись крики о помощи, и одно пронзительное слово: – Ма-а-ама-а-а-а! – закружилось над рекой.
Оставшиеся в хуторе на левом берегу бойцы, слыша смертные крики с реки, потаенно благодарили судьбу и Бога за то, что они не там, не в воде… Почти все понтоны с бойцами, батальонными минометами и сорокапятками были на воде разбиты и утоплены, однако чудом каким-то, не иначе, словно по воздуху, некоторым подразделениям удалось добраться до берега, уцепиться за него и вслед за разрывами снарядов и мин продвинуться вперед, минуя осыпистый яр».
Лодки, груженные боеприпасами и минами, немцы топили в первую очередь. В воздухе непрерывно висели немецкие самолёты и волнами свободно бомбили плацдарм и переправы. А на самом плацдарме не стихала артиллерийско-миномётная канонада, стреляли танки, снаряды рвались на земле и в воде, поднимая фонтаны брызг.
И атаки нашей авиации, и огненные удары «Катюш», и массированная огневая поддержка артиллерии — всё это было позже, когда к Днепру подтянулись основные силы наступающих армий. Это позволило навести понтонные переправы и перекинуть «бронетанковый кулак» за реку, на отвоёванные у врага плацдармы.
Победа в битве за Днепр досталась нам дорогой ценой. Это сражение стало одним из самых кровопролитных в Великой Отечественной войне. К началу октября 1943 года в переправившихся за Днепр дивизиях оставалось только 20—30% от штатной численности личного состава. Только по официальным данным, наши потери составили убитыми и ранеными от 400 000 до 1 200 000 человек.
За форсирование Днепра только звание Героя Советского Союза было присвоено 2438 воинам.
А в памяти всего народа болью отозвалась песня «Ой, Днепро, Днепро…»
Песня о Днепре
Начало трагедии, имя которой – «Киевский котёл». Как немцы впервые форсировали Днепр
Вечером 19 августа 1941 года штабы оборонявшихся севернее Киева 5-й армии и 27-го стрелкового корпуса (ск) получили приказ штаба Юго-Западного фронта (ЮЗФ) начиная с вечера 20-го числа отвести свои соединения за Днепр. На следующий день вдогонку поступила директива фронта № 280, которая внесла в предыдущий документ некоторые коррективы. Как 80 лет назад приняла бой «украинская Брестская крепость»
Первопричинами появления этих документов стала угроза охвата указанных советских объединений с северо-востока вражеской группой армий «Центр».
5-й армии её 62-ю стрелковую дивизию (сд) и 5-ю артиллерийскую противотанковую бригаду (аптбр) предписывалось вывезти автотранспортом, а 200-ю и ещё одну дивизию, на выбор командарма генерал-майора Михаила Потапова, отправить в район Чернигова эшелонами, где им предстояло поступить в прямое подчинение командованию фронтом. Остальным соединениям предстояло топать «пёхом», и переправиться на левый берег за пять ночных переходов, каждый раз занимая днём отведённые планом промежуточные рубежи.
5-я армия была для немцев «костью в горле».
Она нависала над северным флангом рвущейся к Киеву 6-й армии группы армий «Юг» и угрожала южному флангу 2-й армии группы армий «Центр». Гитлер с начала войны уже три раза в своих директивах требовал разгромить 5-ю, но у немцев это никак не получалось. Перед её фронтом после кровавых наступательных боёв были вынуждены перейти к обороне шесть сильно потрёпанных дивизий вермахта.
Но этот результат дался дорогой ценой. Советские дивизии тоже были сильно истощены — в них оставалось меньше половины личного состава. В трёх дивизиях 15-го ск оставалось по 4-4,5 тыс. человек, в двух танковых дивизиях 9-го мехкорпуса (мк) — по 2,2-2,4 тыс. и не осталось танков, в трёх 22-го мк — по 1,5-2,0 тыс., в 1-м воздушно-десантном корпусе — по 1,1-1,2 тыс. Не хватало тяжёлых вооружений. Гибель 15-го мехкорпуса. Почему Красная армия проиграла гитлеровцам приграничное сражение
Участок фронта между 5-й армией и оборонявшей Киев 37-й занимал 27-й стрелковый корпус генерал-майора Павла Артеменко. Ему приказывалось начать отход на двое суток позже 5-й армии — 22 августа, в полночь на эту дату корпус переходил в подчинение 37-й армии.
Это решение оказалось роковой ошибкой, которая потом очень дорого обошлась Юго-Западному фронту.
Генерал Артеменко сразу же 20 августа отправил в штаб фронта донесение, в котором обращал внимание, что так как отступление всех соединений 5-й армии начинается на два дня раньше его корпуса, у него оголяется правый фланг. Он просил приостановить отход левофланговых дивизий генерала Потапова на двое суток, чтобы не «ломать» линию. Командующий 5-й армии его точку зрения поддерживал, но начальник штаба ЮЗФ генерал-майор Тупиков к их мнению не прислушался.
Вечером 20 августа 5-я армия приступила к выполнению приказа. Движение соединений велось только по ночам. За 2-3 часа до начала отхода производился артналёт. Оставшиеся в окопах лёгкие отряды прикрытия до утра поддерживали ружейно-пулеметный огонь, после чего отходили сами. Одновременно в ближнем тылу у немцев «шумели» разведгруппы и диверсионные отряды. Переправы через Припять и Днепр происходили тоже только в ночной темноте.
Немцы подготовку соединений 5-й армии обнаружили ещё 19 августа и двинули вдогонку свои авангарды. Их продвижению мешали сильные советские заслоны, минно-взрывные заграждения и разрушенные пути сообщения. Из-за перемещений только по ночам вражеская авиация сильных потерь 5-й армии нанести не смогла, а из-за грамотной работы сапёров и ПВО — не разрушила переправы через Днепр.
5-я армия в очередной раз избежала разгрома, но противник отыгрался на другом участке фронта. «Ведь Киев позади!» Капитан Кипаренко — забытый комбат гарнизонов легендарных дотов
Генерал Артеменко, чтобы прикрыть этот участок, выделил из своего резерва 713-й стрелковый полк и один артдивизион, но их смяли. В образовавшийся прорыв утром 23 августа по ведущей через реку Тетерев дороге к Днепру устремилась и 11-я тд подполковника Гюнтера Ангерна. 2-й дивизион 357-го артполка встретил вражескую колонну уже на подходе к Днепру и Иванкова.
Маршал Иван Христофорович Баграмян, в то время занимавший должность начальника оперативного отдела фронта, в своих мемуарах рассказал о его героической гибели.
Вражеские танки напоролись на изготовившийся к бою дивизион у Иванкова. Одну из батарей атаковали сразу десять танков. Расчёты, прежде, чем погибнуть, успели подбить два из них, почти все пушки были уничтожены. Только у последнего пока ещё целого замаскированного плетнём орудия оставался последний наводчик. Он выждал, пока танки приблизятся на убойную дистанцию, и открыл огонь. Две вражеские машины герой успел поджечь. Колонна развернулась, открыла ответный огонь, в обход в тыл артиллеристу направилась группа автоматчиков. Он ещё мог отступить, но вместо этого подбил третий танк.
В 16:20 шедший у немцев в авангарде 191-й дивизион штурмовых орудий достиг крупного села Горностайполь. На перекрёстке немцы уничтожили подвернувшийся грузовик, у пленных выяснили, что мост через Днепр в 5-6 километрах к востоку. Первый штурм Киева. Как «пышные планы» Гитлера дали трещину
Для врага это была невероятная удача. Тут же вперёд был отправлен авангард — три самоходки с десантом на броне. Они устремились к мосту по мощённому камнем шоссе, разметав попавшийся по дороге конный обоз.
Мост, к которому устремился противник, называли или Окуниновским, по левобережному селу (ныне не существующему), у которого он находился, либо Печкинским, по урочищу на правом берегу. Его полная длинна составляла 2,5 километра. Оборону здесь держали 93 человека гарнизона старшего лейтенанта В.А. Мартынова из 1-го батальона 56-го железнодорожного полка 4-й дивизии войск НКВД. Весь личный состав, включая командиров, был призван из запаса, так что особой подготовкой похвастаться не мог.
Ещё было 69 стрелков, почему-то без командира, так же из резервистов, причём из таких, что они даже не умели обращаться с винтовкой. За подрыв моста отвечали сапёры, плюс тут же были понтонеры — всего 90 человек. Люди были необстрелянные, легко поддавались панике. Мост также прикрывали 12 76-мм зениток и четыре 37-мм зенитных автомата МЗА 178-го отдельного зенитного артиллерийского дивизиона (озад) ПВО РГК.
23 августа 1941 года в 18:00 с располагавшейся на правом берегу 2-й батареи зенитчиков доложили, что приблизительно 10-15 вражеских танков ворвались на её позиции. На самом деле это были не танки, а самоходки StuG III из авангарда вражеского дивизиона штурмовых орудий, и было их всего три штуки, но их вполне хватило, чтобы раздавить зенитки и перебить орудийную прислугу.
Около 18:10 в штаб фронта поступило сообщение от заместителя командира 16-го стрелкового полка 87-й стрелковой дивизии по строевой части майора В.Г. Володарского, исполнявшего обязанности заместителя коменданта моста. Окуниновская переправа носила условное обозначение «Рига», поэтому звучало оно так: «Переправа-Рига….Из Горностайполя на Страхолесье движется колонна танков направлении переправы. Прошу много авиации. Сейчас уже доходят до переправы». «Русские не сдаются!» Как на подступах к Киеву в полном окружении сражалась легендарная подземная крепость
В 18:20 ситуация стала критической: «2 танка прошли по мосту, остальные за мостом ведут огонь по мосту и зенитным батареям. Скорей. Находимся под сильным артогнём. Сейчас тут все действует. Будем держать мост. Давайте авиацию скорее».
По ворвавшимся на мост танкам открыла огонь 1-я батарея. К 19:00 к левой оконечности моста прорвались два танка, по отчёту зенитчиков их подбили орудия 3-й батареи.
На самом деле немцы вспоминают, что выбыла из строя только одна самоходка, и то, её протаранил своим грузовиком какой-то неизвестный герой. Сильно повредить бронированную машину он не мог, но экипаж слетел со своих мест и лишь везение спасло немцев от тяжелых травм. StuG III пробил перила и застрял, наполовину зависнув одной гусеницей над водой.
Остальные вражеские бронемашины вели огонь с правого берега через Днепр. Одновременно с танками зенитчиков атаковала вражеская авиация…
А сапёры мост всё не подрывали, формально его комендант самостоятельно такое решение принять не мог — приказ на подрыв должен был отдать командующий 5-й армией, но связи с ним не было.
Тем временем к мосту подошёл весь вражеский артдивизион. Ещё одну самоходку он потерял за 2 километра до Окуниновского моста на мостике через небольшую протоку Звенец — бойцы-железнодорожники наконец пришли в себя и подорвали её радиоуправляемым фугасом. Навстречу кровавому цунами. Комсомольцы с Крещатика в боях за Киев
В 19:30 правобережная 1-я батарея сообщила, что в живых остались шесть человек, все орудия вышли из строя, после чего связь с ней прервалась. 3-я батарея также полностью вышла из строя, на 2-й не стреляло пока только одно орудие, но оставшиеся три не могли долго сдерживать вражеский натиск. Командир дивизиона погиб.
На запрос зенитчиков своего командования, что делать дальше, им приказали отходить в Остёр, забрав оставшихся людей, матчасть и боеприпасы… и это при том, что мост по-прежнему оставался не взорванным.
К тому времени немцы ещё не форсировали Днепр, но к подбитым на восточной оконечности моста танкам приблизились 20 вражеских пехотинцев. Пехота концентрировалась и у западной оконечности.
Мост не взрывали, потому что после подрыва 9 августа от грозы моста в Мостыще и 20-го от артобстрела у станции Бородянка сапёрам приказали изъять детонаторы из зарядов, так как их командование посчитало, что враг ещё далеко. Это решение было вскоре обильно оплачено кровью.
Минёры побежали на мост, стали вставлять детонаторы, но немецкие пехотинцы из числа танкового десанта их заметили, и открыли огонь. Минёрам пришлось экстренно прыгать в воду… тем, кто ещё был жив.
Тем временем у немцев подтянулся к берегу 111-й противотанковый дивизион, который открыл огонь по 12-ти ДОТам и ДзОТам на противоположном берегу реки. Подошёл передовой отряд 11-й танковой дивизии, возглавлял который командир соединения подполковник Гюнтер Ангерн, только вторую неделю как вступивший в должность. При поддержке бронетехники немецкая мотопехота ворвалась на левый берег и зачистила опорные точки военных железнодорожников.
Тем временем командир отряда речных кораблей капитан 1-го ранга Иван Кравец находился в штабе 5-й армии. Он предлагал её командующему генерал-майору Потапову дополнительно прикрыть переправы его кораблями, но тот ответил: «У меня 4 тяжёлых батареи охраняют переправу. Зачем вы пришли? Вы мне не нужны». Но вот стало известно, что Окуниновский мост захвачен, и он сменил свою точку зрения: «Теперь вы мне нужны».
Из Киева на север к мосту отправился до того находившаяся в ремонте канонерская лодка «Верный». Встав под левый берег и замаскировав дёрном и ветками палубу, моряки принялись наблюдать за мостом. Сначала на нём никого не было, но вот двинулась колонна танков, бронетранспортёров, мотоциклистов, гужевой транспорт. С противоположного берега прибыл человек. Он оказался заведующим орготделом райкома ВКП(б) Горностайполя, рассказал, что тот захвачен немцами.
Комендор «Верного» Пётр Танана вспоминал после войны:
О захвате моста своему командованию сообщили военком 178-го озад и пять регулировщиков мостового гарнизона. Начальник охраны тыла ЮЗФ полковник Владимир Рогатин им сперва не поверил и приказал командиру 56-го железнодорожного полка подполковнику Трофиму Жеребцову выяснить обстановку.
В 22:00 на двух грузовиках с двумя отделениями бойцов НКВД тот лично выехал к Окуниново из Остра С ними отправился военком 4-й железнодорожной дивизии НКВД полковой комиссар Павел Ефимов. Они успели преодолеть всего километров 10, выскочив лоб в лоб на немецкую передовую колонну. В коротком бою отряд понёс тяжёлые потери и отступил. Погибли 12 человек, в том числе Жеребцов и Ефимов. Украинская предыстория генерала Власова
В штабе ЮЗФ о случившемся знали с самого начала, хоть в своих мемуарах маршал Баграмян и утверждает обратное. В районе полуночи, когда масштаб катастрофы наконец полностью вырисовался, советское командование стало спешно стягивать к захваченному противником плацдарму свободные силы.
Первой в 1:50 ночи выехала рота флотского полуэкипажа Пинской военной флотилии (ПВФ), командовал которой майор В. Н. Доброжинский. Утром на 30 грузовиках подтянулась 214-я воздушно-десантная бригада.
Тем временем моряки пытались разведать, сколько сил противник успел сосредоточить на восточном берегу:
«По данным требующим проверки, командир орудий охраны моста Печки сообщил, что в Окуниново около 40 танков и свыше 140 мотоциклистов. Другой командир донёс, что в Староселье (Страхолесье) 8 танков и мотоциклисты».
Только утром 24 августа штаб ЮЗФ отдал приказ мост уничтожить.
Огонь по нему вела канлодка «Верный», его бомбили самолёты 33-го и 227-го бомбардировочных, 74-го штурмового и 43-го истребительного авиаполков (иап). Последний принадлежал 36-й истребительной авиадивизии, защищавшей небо над Киевом. Его устаревшие бипланы И-153 «Чайка» сначала пытались разрушить мост бомбами, но только дырявили настил, который немцы быстро восстанавливали. Когда мост атаковала авиация, корабли переносили огонь с моста на зенитные батареи противника. Сражение за Киев. «Роковое решение», определившее исход войны
Одновременно с этим командир 11-й танковой дивизии немцев, находившийся вместе с его передовым отрядом, подполковник Гюнтер Ангерн, попытался захватить в районе Остра и мост через Десну, но его охрана на этот раз сработала оперативно — мост взорвали. Переправившиеся на северный берег реки моряки майора Доброжинского вступили с противником в бой. Подбив несколько танков и понеся потери, они отступили обратно. В этом бою Гюнтер Ангерн был тяжело контужен разрывом авиабомбы.
На мост направились два штурмовика Ил-2, вооружённые зажигательными авиационными приборами. С пилотом одного из них случилась удивительная история.
Лейтенанта Сергея Колыбина сбили прямо над мостом, и он направил свой штурмовик в подходившую к нему вражескую колонну. Однако взрывом его отбросило в кусты, где спустя двое суток он был подобран немцами и помещён в лагерь. Это не единственная потеря нашей авиации в районе Окуниново, только 43-й иап за время безуспешных боёв по уничтожению вражеского плацдарма потерял 12 лётчиков.
Второй Ил-2 младшего лейтенанта Василия Олейника мост всё-таки зажёг, но его опоры и металлические пролёты оставались целыми.
Здесь своё веское слово сказали канлодки «Верный» и «Кремль» из состава ПВФ. Огнём своих орудий они разрушили один из мостовых стальных пролётов, его фермы рухнули в воду. Кроме того, канлодки уничтожили множество живой силы и техники противника — немцы думали, что по ним стреляет- не менее 30 кораблей. На самом деле их было только два.
Но за этот успех Днепровскому отряду ПВФ пришлось заплатить высокую цену — при возвращении в Киев в месте, где русло Днепра сужается, «Верный» попал под бомбёжку, и был уничтожен. «После тяжелых и продолжительных боев нашими войсками оставлен город Киев»
До разрушения моста немцы успели переправить на восточный берег 191-й дивизион штурмовых орудий и передовой отряд 11-й танковой и 111-й пехотной дивизий. Их свели в оперативную «группу Штапфа», названную так по фамилии командующего 111-й пехотной дивизии. Постепенно, несмотря на разрушение моста, эта группировка пополнялась — немцы переправлялись на понтонах и прочих плавательных средствах.
В результате этих действий севернее Окуниновского моста оказались отрезанными корабли двух отрядов ПВФ. Один из них — монитор «Бобруйск» — 25 августа в 14:30 смог обрушить ещё одну стальную ферму.
Но немцам мост уже был не особо нужен — они справлялись и понтонами, а в ночь на 31-е в полукилометре выше Окуниново стали сооружать наплавную переправу на лодках, которую закончили к 19:00. Теперь уже ничто не могло сбросить их в Днепр.
Враг захватил так необходимый ему плацдарм, который стал первой прелюдией трагедии, имя которой — «Киевский котёл».
Энциклопедия
Советские воины форсируют Днепр. Сентябрь 1943 г.
Битва за Днепр, принятое в отечественной военно-исторической литературе название совокупности оборонительных и наступательных операций советских войск, проведённых в августе – декабре 1943 г. в целях освобождения Левобережной Украины, Донбасса, форсирования Днепра и захвата плацдармов на его правом берегу.
По директивам Ставки Верховного Главнокомандования (ВГК), полученным еще в ходе битвы под Курском, войскам Красной Армии предстояло развернуть наступление на фронте от Великих Лук до Азовского моря. Основные усилия по-прежнему сосредоточивались на юго-западном (главном) стратегическом направлении. Войска Центрального, Воронежского, Степного, Юго-Западного и Южного фронтов имели задачу разгромить главные силы врага на южном крыле советско-германского фронта, освободить Левобережную Украину и Донбасс, выйти к Днепру, форсировать его и захватить плацдармы на правом берегу реки.
На западном стратегическом направлении войска Калининского, Западного и Брянского фронтов готовились к наступлению с целью разгрома группы армий «Центр».
Единого мнения о способах разгрома противника у советского командования не было. Маршал Советского Союза Г.К. Жуков предлагал, и в этом его поддерживал первый заместитель начальника Генерального штаба генерал армии А.И. Антонов, провести операции по отсечению и окружению значительных группировок врага, в частности в Донбассе. Однако Верховный главнокомандующий И.В. Сталин не разделял эту точку зрения. Он полагал, что для реализации такого замысла понадобится значительное время, и противник успеет организовать оборону на подступах к Днепру. Поэтому Верховный Главнокомандующий требовал скорее отбросить немецкие соединения с занимаемых ими рубежей фронтальными ударами. Обосновывалось это тем, что, по данным разведки, немецкие войска готовили оборону на линии реки Нарва, Псков, Витебск, Орел, рек Сож, Днепр и Молочная.
В результате было принято решение на проведение ряда последовательных операций с нанесением ударов на нескольких направлениях и развертыванием наступления на широком фронте. Это приводило к рассечению группировки противника на части, которые утрачивали оперативную связь между собой, что обеспечивало разгром и уничтожение каждой из них в отдельности.
Верховное командование вермахта после поражения под Курском и провала операции «Цитадель» решило перейти к обороне на всем восточном фронте. Немецким войскам был отдан приказ прочно удерживать занимаемые рубежи, любой ценой остановить наступление советских войск и сохранить за собой важнейшие экономические районы. Одновременно немецкое командование разработало план обороны, предусматривавший создание от Балтийского до Черного моря хорошо укрепленного рубежа — «Восточного вала», который проходил севернее Чудского озера, по р. Нарва, восточнее Пскова, Невеля, Витебска, Орши, далее через Гомель, по рекам Сож и Днепр в его среднем течении и по р. Молочная. Была создана развитая в инженерном отношении, насыщенная противотанковыми и противопехотными средствами оборона. В местах, где, по мнению немецкого командования, советские войска могли наметить переправу, была подготовлена наиболее прочная многополосная оборона. В ряде районов на левом берегу Днепра противник построил сильные предмостные укрепления. Особо мощные укрепления были в районах Кременчуга, Запорожья и Никополя.
«Восточный вал» должен был, по замыслу германского руководства, стать непреодолимым барьером для Красной Армии и остановить ее продвижение на запад. «. Скорее Днепр потечет обратно, нежели русские преодолеют его. », — заявил Гитлер на одном из партийных совещаний в Берлине, после того как Красная Армия, одержав победу под Курском, широким фронтом развернула наступление на запад.
На юго-западном направлении советским войскам противостояла сильная группировка противника. В ее состав входили пять армий (4 из группы армий «Юг» и одна из группы армий «Центр»). Эта группировка насчитывала 1,24 млн солдат и офицеров, 12 тыс. орудий и минометов, около 2,1 тыс. танков и штурмовых орудий и до 2 тыс. самолетов. Советские войска имели здесь более 2,6 млн человек, свыше 51,2 тыс. орудий и минометов, свыше 2,4 тыс. танков и самоходных артиллерийских установок, около 2,9 тыс. самолетов.
Советские войска превосходили противника по личному составу в 2,1 раза, по танкам — в 1,1, по самолетам — в 1,4 раза и только по орудиям и минометам — в 4 раза. Подготовка фронтов к новому наступлению проходила в очень сложных условиях. После 1,5-месячных тяжелых и непрерывных боев под Курском войска оторвались на большое расстояние от своих баз снабжения, израсходовав за это время большую часть имевшихся у них материальных средств. Железнодорожная сеть только еще восстанавливалась. Подвозить войскам все необходимое предстояло автотранспортом, а его хронически не хватало.
Битва за Днепр началась на разных направлениях и состояла из нескольких объединенных общим замыслом Ставки ВГК операций групп фронтов.
Согласно замыслу Ставки ВГК фронтам юго-западного направления ставились задачи нанести фронтальные рассекающие удары по противнику, выйти к Днепру, форсировать его с ходу на широком фронте, захватить плацдармы и упредить противника в организации обороны на Правобережной Украине. Одновременно войска Западного, левого крыла Калининского, а также Брянского фронтов должны были наступать на смоленском и брянско-гомельском направлениях и тем самым лишить врага возможности перегруппировать силы на юг.
В неразрывной связи с операциями Центрального, Воронежского и Степного фронтов проводилась и наступательная операция Юго-Западного и Южного фронтов в целях освобождения Донбасса.
Донбасская стратегическая наступательная операция войск Юго-Западного и Южного фронтов началась в то время, когда Воронежский и Степной фронты развивали наступление на Харьков, создавая серьезную угрозу флангу и тылу группировке немецких войск, оборонявшейся в Донбассе. Командование вермахта прилагало все усилия, чтобы остановить наступление советских войск на харьковском направлении. Туда были переброшены 15 дивизий, в том числе 4 танковые из Донбасса. Ослабление действовавшей там группировки противника создало благоприятные условия для наступления Красной Армии на этом участке советско-германского фронта.
13 августа 1943 г. войска Юго-Западного (генерал армии Р.Я. Малиновский) и Южного (генерал армии Ф.И. Толбухин) фронтов приступили к освобождению Донбасса.
13 августа из района южнее г. Змиев перешли в наступление соединения 1-й гвардейской армии генерал-полковника В.И. Кузнецова, а 16 августа из района Изюма – главная группировка Юго-Западного фронта – 6-я армия генерала И.Т. Шлемина и 12-я армия генерал-майора А.И. Данилова. Однако ее наступление развивалось медленно. 22 августа в сражение была введена из второго эшелона 8-я гвардейская армия генерал-лейтенанта В.И. Чуйкова, однако и это не дало ожидаемых результатов. 28 августа соединения 6, 12 и 8-й гвардейской армий закрепились на достигнутых рубежах.
В то же время 46-я армия генерал-лейтенанта В.В. Глаголева, введенная в сражение в полосе 1-й гвардейской армии, продвинулась лишь на 4 км и 30 августа также получила приказ на закрепление рубежа. Наибольший успех был достигнут в полосе наступления 3-й гвардейской армии генерала Д.Д. Лелюшенко, которая к исходу 8 сентября продвинулась на 150–180 км. Немецкое командование вынуждено было начать планомерный отвод своих соединений на тыловые рубежи. Преследуя противника, главные силы ударной группировки фронта достигли Днепра. В период с 23 по 30 сентября войска Юго-Западного фронта ликвидировали предмостное укрепление врага в районе Днепропетровска и, форсировав Днепр, захватили два небольших плацдарма южнее этого города. Войска левого крыла фронта вышли в район Запорожья, где были остановлены немецкими войсками.
Перед форсированием Днепра. Сентябрь 1943 г.
Войска Южного фронта перешли в наступление 18 августа. Прорыв вражеской обороны на Миусе осуществляли 5-я ударная (генерал-лейтенант В.Д. Цветаев) и 2-я гвардейская (генерал-лейтенант Г.Ф. Захаров) армии. К исходу следующего дня на некоторых направлениях они продвинулись на запад на 20 км, а к 30 августа, при содействии Азовской военной флотилии адмирала С.Г. Горшкова, освободили Таганрог. К 22 сентября главные силы фронта вышли к р. Молочная и в район Мелитополя, завершив в своей полосе освобождение Донбасса. В целом, в ходе Донбасской стратегической наступательной операции советские войска продвинулись на запад на глубину до 300 км. Стране был возвращен важный экономический район, и созданы благоприятные условия для освобождения Северной Таврии, Правобережной Украины и Крыма. За образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом мужество и героизм 80 воинам было присвоено звание Героя Советского Союза, а летчики Герои Советского Союза А.И. Покрышкин и Д.Б. Глинка удостоены второй медали «Золотая Звезда». Тысячи воинов были награждены орденами и медалями Советского Союза.
Еще в ходе Курской битвы Ставка ВГК поставила задачу Центральному фронту на выход к р. Десна. В дальнейшем приказывалось развивать наступление в общем направлении на Конотоп, Нежин, Киев и при благоприятных условиях частью сил форсировать Десну и вести наступление по ее правому берегу в направлении Чернигова. 21 августа 1943 г. генерал армии К.К. Рокоссовский доложил начальнику Генерального штаба уточненный план проведения Черниговско-Припятской наступательной операции.
Войска Центрального фронта перешли в наступление 26 августа. Продвижение советских войск было медленным, и лишь после упорных боев 65-я армия (генерал-лейтенант П.И. Батов) во взаимодействии со 2-й танковой армией (генерал-лейтенант А.Г. Родин) освободили город Севск. Наибольшего результата добилась 60-я армия генерал-лейтенанта И.Д. Черняховского, дивизии которой к 31 августа прорвали оборону противника, продвинулись на 60 км и вступили на территорию Украины. Используя этот успех, командующий войсками фронта перегруппировал в полосу 60-й армии соединения 13-й армии генерал-лейтенанта Н.П. Пухова, два танковых и один артиллерийский корпуса, а также перенацелил на это направление главные усилия 16-й воздушной армии. Несмотря на то, что противник бросил на ликвидацию прорыва крупные силы танков, пехоты и авиации, войска левого крыла фронта 3 сентября вышли к Десне южнее Новгород-Северского и стали развивать наступление на юго-запад вдоль левого берега реки.
Самоходно-артиллерийские установки выдвигаются к переправе. Сентябрь 1943 г.
6 сентября Ставка ВГК уточнила задачу Центрального фронта и усилила его одной армией и кавалерийским корпусом. Она приказала главными силами фронта вести наступление на Чернигов, а частью сил – на Гомель. К исходу 21 сентября армии Центрального фронта, с ходу форсировав Десну, освободив города Нежин, Новгород-Северский и Чернигов, вышли к Днепру. 22 сентября первыми его форсировали передовые соединения 13-й армии. Развивая наступление, на следующий день они продвинулись на глубину 35 км, с ходу форсировали р. Припять и захватили плацдармы на ее правом берегу. 24–29 сентября Днепр форсировали главные силы 13, 60 и 61-й армий и 7-го механизированного корпуса (генерал-лейтенант И.П. Корчагин), которые в полосе шириной 140 км захватили семь плацдармов. Действовавшие на гомельском направлении 48-я (генерал-лейтенант П.Л. Романенко) и 65-я (генерал-лейтенант П.И. Батов) армии вышли к р. Сож и овладели двумя плацдармами на ее правом берегу.
Герой Советского Союза гвардии старший сержант С.Д. Довгополый одним из первых форсировал Днепр. Сентябрь 1943 г.
Вместе с тем в результате успешного наступления Центрального фронта на конотопском направлении была создана угроза окружения группировке противника, оборонявшейся перед правым крылом Воронежского фронта. Чтобы избежать его, немецкие войска начали отход. Воспользовавшись этим, 38-я армия (генерал-лейтенант Н.Е. Чибисов) Воронежского фронта перешла к преследованию врага и 2 сентября освободила областной центр Украины – г. Сумы.
В ночь на 22 сентября передовые части 3-й гвардейской танковой армии вышли к Днепру и в тот же день преодолели его к юго-востоку от Киева, в районе Великого Букрина. Они умело использовали рыбачьи лодки, бревна, другие подручные средства, подготовленные партизанами. Одной из первых у села Григоровка достигла противоположного берега рота автоматчиков 51-й гвардейской танковой бригады (подполковник М.С. Новохатько). Командовал ротой лейтенант Н.И. Синашкин. Особенно отличилась четверка отважных воинов — рядовые В.Н. Иванов, Н.Е. Петухов, И.Д. Семёнов и В.А. Сысолятин. Они первыми переправились на правый берег, быстро окопались там и завязали перестрелку с передовым подразделением противника. Так было положено начало созданию важного Букринского плацдарма. За доблесть и мужество В.Н. Иванову, Н.Е. Петухову, И.Д. Семенову и В.А. Сысолятину было присвоено звание Героя Советского Союза.
На правый берег Днепра. Сентябрь 1943 г.
В конце сентября севернее Киева, в районе Лютежа, форсировали Днепр войска 38-й армии (генерал-лейтенант Н.Е. Чибисов). Одной из первых здесь переправилась группа из 25 бойцов под командованием старшего сержанта П.П. Нефёдова из 842-го стрелкового полка 240-й стрелковой дивизии (полковник Т.Ф. Уманский). Двадцать часов горстка отважных воинов вела неравный бой с многократно превосходившими силами противника и все же удержала захваченный плацдарм. За стойкость и героизм, проявленные в этом бою, все бойцы подразделения были награждены орденами, а их командир П.П. Нефедов удостоен звания Героя Советского Союза. 36 солдат, сержантов и офицеров этой дивизии, включая ее командира, за боевые отличия при форсировании Днепра получили звание Героя Советского Союза. К 10 октября Лютежский плацдарм был расширен, и неоднократные попытки противника ликвидировать его успехом не увенчались.
Советские бойцы на плацдарме севернее Киева. Сентябрь 1943 г.
Для содействия наземным войскам в расширении плацдармов и для борьбы с подходящими резервами противника командующий войсками Воронежского фронта генерал армии Н.Ф. Ватутин решил использовать воздушно-десантные войска. Однако подготовка имевшихся в его распоряжении трех воздушно-десантных бригад к выполнению задачи осуществлялась плохо. Командующий и штаб фронта не имели ясного представления о противнике в намеченных районах выброски десантов. Они полагали, что противника в них нет. В действительности же там находились части 19-й танковой дивизии и одновременно подходили 10-я моторизованная и две пехотные дивизии. В ночь на 24 сентября на 138 десантных самолетах было выброшено около двух воздушно-десантных бригад. Высадка была неудачной. Из-за неорганизованности в десантировании некоторые подразделения десантников попали в расположение своих войск, а часть – прямо в Днепр. Главные силы десанта оказались в районах сосредоточения противника, и, понеся потери, не выполнили возлагаемые на них задачи. Уцелевшие подразделения вынуждены были уйти в леса западнее Чернигова, где потом успешно действовали совместно с партизанами.
К исходу сентября войска фронта вышли к Днепру в 300-километровой полосе и захватили девять плацдармов севернее и южнее Киева, нарушив этим устойчивость вражеской обороны на правом берегу реки.
Войска Степного фронта также развивали наступление на запад. 20 сентября соединения 5-й гвардейской (генерал-лейтенант А.С. Жадов) и 53-й (генерал-лейтенант И.М. Манагаров) армий вышли на ближние подступы к Полтаве. В тот же день командующий войсками фронта поставил им задачу на проведение новой, Полтавской наступательной операции. Ее замыслом предусматривалось обойти Полтаву с севера и юга, окружить действовавшую там группировку противника и освободить город.
21 сентября передовые отряды 53-й и 5-й гвардейской армий устремились к р. Ворскла. К исходу дня во всей полосе наступления они вышли к реке, но форсировать ее с ходу не смогли. Эта задача была успешно решена с утра следующего дня, а к его исходу соединения двух армий глубоко охватили Полтаву с севера и юга. 23 сентября город был полностью освобожден от врага. В результате Полтавской операции войска Степного фронта продвинулись на запад на 50 км и, продолжая наступление, 25 сентября вышли на подступы к Кременчугу.
Для развития успеха командующий войсками фронта приказал нанести фронтальные удары силами 5-й гвардейской и 53-й армий, прорвать вражескую оборону, выйти широкой полосой к Днепру и с ходу захватить плацдармы на его правом берегу.
Преодоление мощной водной преграды представляло большие трудности. Днепр — третья по величине река в Европе после Волги и Дуная, в низовьях ширина ее достигает 3 км, и тот факт, что река была запружена в некоторых местах, только увеличивал возможность разлива. Правый берег гораздо выше и круче, чем левый, что делало переправу и тем более форсирование еще сложнее. В дополнение ко всему противоположный берег был превращен немецкими войсками в огромный комплекс преград и фортификационных сооружений.
Передовые советские части выходили к Днепру без табельных переправочных средств, тылы сильно отстали. Войскам приходилось действовать в условиях лесисто-болотистой местности, начавшиеся дожди сделали дороги труднопроходимыми для транспорта. Поэтому необходимо было организовать форсирование Днепра с ходу.
9 сентября Ставка ВГК отправила в войска директиву, в которой потребовала представлять к званию Героя Советского Союза весь личный состав, форсировавший реку в числе первых и проявивший при этом героизм. Кроме того, указывалось «за форсирование такой реки, как Десна в районе Богданово (Смоленской области) и ниже, и равных Десне рек по трудности форсирования, представлять» к награждению орденом Суворова 1, 2 и 3-й степеней командиров объединений, соединений и частей соответственно.
Командующий 53-й армией генерал-лейтенант И.М. Манагаров докладывает представителю Ставки ВГК Маршалу Советского Союза Г.К. Жукову и командующему Степным фронтом генералу армии И.С. Коневу о подготовке к форсированию Днепра. Сентябрь 1943 г.
Уже 26 сентября советские войска выполнили ближайшую задачу и 29 сентября освободили Кременчуг. Отступавшие немецкие части вынуждены были переправляться через Днепр на подручных средствах, что привело к большим потерям с их стороны. 3 октября войска фронта приступили к форсированию реки и после ожесточенных боев к исходу 10 октября овладели небольшими плацдармами на ее правом берегу.
30 сентября, завершив Черниговско-Полтавскую стратегическую наступательную операцию, Центральный, Воронежский и Степной фронты приступили к подготовке дальнейшего наступления.
Строительство моста через Днепр. 60-я армия. Октябрь 1943 г.
Таким образом, в результате решительных и умелых действий советских войск «Восточный вал» противника «затрещал по швам». К концу сентября войска Центрального, Воронежского, Степного и Юго-Западного фронтов на 700-километровом участке от Лоева до Запорожья захватили 23 плацдарма на правом берегу Днепра. Были также завоеваны плацдармы на реках Сож и Припять. Одновременно войска Южного фронта вышли к р. Молочная. Планы немецкого командования перевести войну в позиционные формы, используя стратегический оборонительный рубеж по крупным водным преградам, были сорваны.
В ходе наступления советских войск на Левобережной Украине в августе-сентябре 1943 г. были достигнуты крупные военно-политические результаты. Оккупанты были изгнаны из богатых сельскохозяйственных районов и важнейшего промышленного центра страны – Донбасса. Освобождение почти половины всей территории Украины имело огромное значение для дальнейшего укрепления экономики и усиления военной мощи СССР. В ходе наступления на Левобережной Украине советские фронты нанесли крупное поражение действовавшим здесь группировкам противника. Хотя немецким войскам и удалось избежать полного разгрома, они понесли серьезные потери в живой силе и технике, отступив к Днепру значительно ослабленными.
После форсирования Днепра и захвата плацдармов на его правом берегу Ставка ВГК планировала расширить их, освободить Киев, Днепропетровск, Кривой Рог и в последующем начать операции по разгрому врага на Правобережной Украине. Особое внимание в ее указаниях уделялось полному очищению левого берега р. Днепр от противника.
К тому времени армии правого крыла фронта также прорвали оборону врага и перерезали железную дорогу Запорожье – Мелитополь. Немецкое командование, стремясь удержать рубеж на р. Молочная, перебросило сюда из Крыма и с Таманского полуострова до девяти дивизий, но остановить наступление советских войск не смогло. 26 октября противник начал отход во всей полосе. Преодолевая сопротивление отступавшего противника, 2-я гвардейская армия за месяц с небольшим прошла путь от Молочной до Днепра, 28-я армия вышла к Геническу, а 51-я армия 5 ноября совместно с 19-м танковым корпусом (генерал-лейтенант И.Д. Васильев) вышла в низовья Днепра и к Перекопскому перешейку. Немецкие войска смогли удержать лишь один плацдарм на его левом берегу южнее Никополя.
10 октября войска Юго-Западного фронта приступили к проведению Запорожской наступательной операции в целях ликвидации сильно укрепленного плацдарма противника в районе Запорожья. Немецкое командование придавало большое значение его удержанию, так как это был важный промышленный центр Украины. Здесь занимали подготовленную оборону пять пехотных и одна моторизованная дивизии врага.
Нанеся несколько одновременных ударов по сходящимся на Запорожье направлениям, войска фронта в ходе четырехдневных упорных боев прорвали внешний и промежуточный рубежи обороны немецких войск, к исходу 13 октября вышли к окраинам города и в ходе ночного штурма овладели им.
23 октября перешел в наступление 3-й Украинский (бывший Юго-Западный) фронт генерала армии Р.Я. Малиновского. Замыслом Днепропетровской наступательной операции предусматривалось форсировать Днепр западнее и южнее Днепропетровска, расширить имевшиеся здесь плацдармы и освободить город. В последующем планировалось во взаимодействии с армиями левого крыла 2-го Украинского фронта разгромить днепропетровскую и криворожскую группировки противника. Перейдя в наступление, войска фронта продвинулись на 50 км западнее Днепра и 25 октября освободили Днепродзержинск и Днепропетровск. Для локализации прорыва немецкое командование перебросило на кировоградское и криворожское направления из Западной Европы и с других участков фронта шесть дивизий, в том числе три танковые, и нанесло ряд контрударов, в результате которых советские войска вынуждены были отойти на р. Ингулец и там закрепиться. 14 ноября, после пополнения материальных средств, они возобновили наступление и за две недели напряженных боев продвинулись в южном и юго-западном направлениях еще на 20 км.
Учитывая возросшее сопротивление врага, Ставка ВГК 5 ноября уточнила задачи 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов. В первую очередь, они нацеливались на разгром криворожско-никопольской группировки немецких войск. При этом 2-й и 3-й Украинские фронты должны были овладеть Кривым Рогом, а 4-й Украинский фронт – ликвидировать никопольский плацдарм противника и форсировать Днепр в районе Никополя.
Однако во второй половине ноября началось наступление немецких войск с никопольского плацдарма, и операцию по его овладению пришлось отложить. Перенесено было также начало операции 4-го Украинского фронта по освобождению Крыма. Армии 2-го и 3-го Украинских фронтов 14 и 20 ноября возобновили наступление, но занять Кривой Рог и Кировоград не смогли. К исходу декабря войска 2-го, 3-го и 4-го Украинских фронтов вышли на рубеж севернее Смелы, западнее Чигирина, севернее Кривого Рога, Запорожья, где были остановлены войсками немецкой группы армий «Юг», и положение на фронте соприкосновения стабилизировалось.
Форсирование Днепра. 1943 г.
Немецкое командование, учитывая опасность нанесения ударов советскими войсками с захваченных ими плацдармов, сосредоточило против них сильные группировки. Учитывая отсутствие у противника тактических и оперативных резервов южнее Киева, командующий войсками фронта стремился возобновить активные боевые действия без длительной оперативной паузы, еще до завершения полного сосредоточения на букринском плацдарме основных сил 40-й и 3-й гвардейской танковой армий.
Наступление началось 12 октября. Тяжелые бои продолжались четверо суток, однако все попытки прорвать оборону врага существенных результатов не дали. Недостаток тяжелых переправочных средств не позволил переправить на плацдарм основную массу артиллерии. А ее огонь с противоположного берега Днепра вследствие плохих условий наблюдения оказался малоэффективным. Кроме того, ограниченные размеры плацдарма и сильно пересеченная местность на нем значительно затруднили использование танковых соединений, которые в борьбе с немецкой противотанковой артиллерией и на минных полях понесли большие потери.
Не привели к успеху и многочисленные атаки, предпринятые в период с 21 по 24 октября. Командование 1-го Украинского фронта и представитель Ставки Г.К. Жуков планировали продолжить наступление на этом же направлении в конце месяца после пополнения людьми, боеприпасами и другими материально-техническими средствами. Однако, учитывая то обстоятельство, что немецкое командование сосредоточило основные усилия против группировки советских войск на букринском плацдарме, Ставка приказала генералу Ватутину подготовить новую наступательную операцию, с нанесением главного удара не южнее, а севернее Киева. Для создания на правом крыле фронта сильной ударной группировки было приказано перегруппировать в полосу 38-й армии с букринского плацдарма 3-ю гвардейскую танковую армию и основную массу артиллерии резерва Верховного Главнокомандования. Оставшиеся на букринском плацдарме силы также должны были перейти в наступление, сковать силы противника и не допустить их маневра на направление главного удара фронта. Поддержку сухопутных войск осуществляли крупные силы авиации 2-й воздушной армии генерала С.А. Красовского.
Боевые действия 40-й и 27-й армий генерал-лейтенанта Ф.Ф. Жмаченко и генерал-лейтенанта С.Г. Трофименко на вспомогательном направлении начались 1 ноября. Прорвать вражескую оборону в ходе очередного наступления с букринского плацдарма они не смогли, но выполнили свою задачу по привлечению на это направление значительных сил противника.
3 ноября началось наступление ударной группировки фронта севернее Киева. В первый же день соединения 38-й армии генерал-полковника К.С. Москаленко прорвали оборону немецких войск на глубину до 7 км. Одновременно дивизии 60-й армии генерал-лейтенанта И.Д. Черняховского, прорвали оборону противника на фронте более 20 км, продвинулись на 12 км, и к исходу дня завязали бои за районный центр Дымер. На следующий день в сражение была введена 3-я гвардейская танковая армия генерал-лейтенанта П.С. Рыбалко, а 5 ноября – 1-й гвардейский кавалерийский корпус и вторые эшелоны 38-й и 60-й армий.
Форсирование Днепра. Расчет станкового пулемета ДШК поддерживает переправляющихся огнем. Ноябрь 1943 г.
Немецкое командование, стремясь не допустить развития прорыва, перегруппировало на угрожаемое направление две танковые и одну моторизованную дивизии. Однако их контратаки успеха не имели, и противник вынужден был начать отход в западном, юго-западном и южном направлениях. К вечеру 5 ноября войска 38-й армии были уже на окраинах Киева. Завязались уличные бои. В полночь советские части прорвались в центр города. В 0 часов 30 минут 6 ноября над столицей Украины взвилось Красное знамя. Тогда же в центр города прорвались боевые машины 5-го гвардейского танкового корпуса генерала А.Г. Кравченко.
Член Военного Совета 1-го Украинского фронта Н.С. Хрущев беседует с жителями освобожденного Киева. Ноябрь 1943 г.
Вышел первый номер газеты «Київська правда». Ноябрь 1943 г.
Развивая успех, передовые части 3-й гвардейской танковой армии 7 ноября овладели крупным железнодорожным узлом и городом Фастов, в результате чего группировка немецких войск была рассечена на две части.
Командование врага, пытаясь остановить наступление войск 1-го Украинского фронта, начало принимать меры для выдвижения на киевское направление резервов. Оно стремилось не только стабилизировать положение в районе Киева, но и, перейдя в контрнаступление, восстановить оборону по Днепру. Уже к 8 ноября противник перегруппировал на киевское направление дополнительно две пехотные и две танковые дивизии. Этими силами он начал проводить сильные контратаки в районах Корнина, Фастова, Триполья с целью прорваться к столице Украины вдоль железной дороги Фастов – Киев и вдоль правого берега Днепра. Все они были отражены советскими войсками, которые, продолжая наступление, 12 ноября освободили Житомир.
К тому времени полосы наступления фронта и его армий значительно расширились. В связи с этим оперативная плотность наступавших войск уменьшилась. В то же время немецкое командование продолжало наращивать свои силы в районах Казатина и Белой Церкви за счет переброски резервов с других направлений. Ставка ВГК, своевременно оценив угрозу нанесения врагом сильного удара по находившимся в наступательной группировке войскам 1-го Украинского фронта, 12 ноября указала генералу Ватутину на то, что «упорство противника и его контратаки на фронте Фастов, Триполье и сосредоточение здесь основной танковой группировки немцев говорит о том, что противник, давая возможность продвигаться нам на запад, собирает силы для удара под корень, в направлении на Фастов, Киев».
Немецкое командование значительно усилило свои группировки в районах юго-западнее Фастова и южнее Житомира за счет прибытия новых соединений из Западной Европы. 15 ноября противник нанес два удара: из района Фастова на Брусилов и из района Житомира на Радомышль. Ожесточенные бои на этих направлениях продолжались до 25 ноября. К тому времени войска центра и левого крыла фронта с ожесточенными боями отошли на глубину 35—40 км. Дальнейшее продвижение врага было приостановлено. Тем временем войска правого крыла 1-го Украинского фронта продолжали наступление. 17 ноября 60-я армия освободила Коростень, а на следующий день части 13-й армии во взаимодействии с партизанским соединением генерала А.Н. Сабурова выбили врага из Овруча.
В течение декабря немецкое командование предприняло еще две попытки прорваться к Киеву. С 6 по 14 декабря враг силами пяти танковых дивизий проводил наступление из района Черняхова на Малин, а затем с 19 по 22 декабря пытался прорваться к Малину из района Коростеня. Обе эти попытки были отражены советскими войсками. А в результате ввода в сражение на смежных флангах 60-й и 38-й армий одного стрелкового корпуса из состава 1-й гвардейской армии генерал-полковника А.А. Гречко и контрударов соединений 38-й армии были созданы условия для перехода 1-го Украинского фронта в наступление и освобождения совместно с другими фронтами Правобережной Украины.
Таким образом, в результате битвы за Днепр советские Вооруженные Силы добились крупных военно-политических результатов. Попытка немецкого командования остановить их на так называемом Восточном валу была сорвана. Красная Армия взломала этот «вал» и создала на правом берегу Днепра два важных стратегических плацдарма: один в районе Речицы, Коростеня и Киева, второй — на кировоградском и криворожском направлениях. Эти плацдармы создавали благоприятные условия для проведения операций по освобождению от врага Белоруссии и всей Правобережной Украины. Расчеты врага на ведение затяжной войны на советской территории оказались несостоятельными.
В ходе операций, проведенных на Украине, Красная Армия нанесла тяжелое поражение всему южному крылу вражеского фронта. С конца августа по декабрь 1943 г. она разгромила свыше 60 дивизий противника, в том числе 11 танковых и моторизованных. Противник понес значительные потери, особенно в танках, артиллерии и самолетах. Но и потери советских войск в битве за Днепр были велики: безвозвратные — 417 323 человека, санитарные — 1 269 841 человек.
Одновременное наступление пяти фронтов с привлечением 500 тыс. партизан явилось большим достижением советского военного искусства. Создание сильных ударных группировок на избранных направлениях позволило советским войскам успешно прорвать укрепленные оборонительные рубежи противника. Ведя наступление на широком фронте, они резко ограничивали его возможности для осуществления маневра силами и средствами с одного направления на другое. Большим достижением военного искусства было решение проблемы форсирования водных преград. Это по достоинству оценивал даже враг. Так, бывший немецкий генерал Дорн признает, что немецкое командование всегда поражалось способности советских войск преодолевать водные преграды. «Там, где позиции русских и немцев разделялись рекой, — пишет он, — форсирования можно было ожидать в любой момент. Часто русских внезапно обнаруживали в местах, где их меньше всего можно было ожидать. Они действовали с невероятной быстротой, им было достаточно одной ночи, чтобы превратить небольшой плацдарм в мощный опорный пункт, из которого очень трудно было их выбить».
Битва за Днепр вошла в историю Великой Отечественной войны как героическая эпопея. Действия советских войск в битве за Днепр проходили в условиях большого морально-политического подъема и характеризовались массовым героизмом солдат и офицеров. Многие соединения и части фронта за боевые успехи и героизм получили почетные наименования: Киевских — 65, Житомирских — 13, Фастовских — 6, Коростеньских — 6, Васильковских — 4, Овручских — 1. На фронте почти не было такого соединения или части, где бы не было Героя Советского Союза. Например, в 30-й Киевской стрелковой дивизии, которая особенно отличилась в боях за Киев, 650 воинов были награждены орденами и медалями и 23 представлены к званию Героя Советского Союза, в 240-й стрелковой дивизии ордена и медали получили 2100 человек, 51 — представлен к званию Героя.
Солдаты, офицеры и генералы при форсировании Днепра, преследовании врага и в борьбе за расширение плацдармов на его западном берегу проявили массовый героизм. Их мужество, отвага, высокий наступательный дух и боевое мастерство получили высокую оценку со стороны советского правительства. Десятки тысяч советских воинов были награждены орденами и медалями. А храбрейшим из храбрейших 2438 воинам было присвоено звание Героя Советского Союза. В их числе 47 генералов, 1123 офицера и 1268 сержантов и солдат. Так, на Днепре стал Героем Советского Союза командир истребительно-противотанкого полка майор В.С. Петров. Потеряв обе руки, он не покинул поле боя и продолжал командовать полком. Мужественный воин провоевал до конца войны, стал дважды Героем Советского Союза, а с окончанием войны продолжал служить в рядах Вооруженных Сил и дослужился до звания генерал-полковника артиллерии. У многих бойцов засияли на груди ордена Славы 1-й, 2-й и 3-й степеней, учрежденные осенью 1943 г. как особые знаки доблести рядового и сержантского состава Красной Армии.
8 ноября 1943 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР был учрежден орден «Победа» для награждения особо отличившихся полководцев. Первыми орденом «Победа» были награждены Маршалы Советского Союза Г.К. Жуков и A.M. Василевский, являвшиеся в ходе битвы за Днепр представителями Ставки ВГК на фронтах.
Материал подготовлен Научно-исследовательским институтом
(военной истории) Военной академии
Генерального штаба Вооруженных Сил Российской Федерации
