ПРАВОСЛАВНОЕ МИРОВОЗЗРЕНИЕ
Всякий, кто понял, насколько глубоко православие и насколько глубоки обязанности серьезного православного христианина, а также какие обязанности накладывает на нас, какие тоталитарные требования предъявляет нам современный мир, легко увидит, как ошибочно это мнение. Или ты православный в любое время каждого дня, в любой жизненной ситуации, или же ты на самом деле вовсе не православный. Наше православие открывается не только в наших строго религиозных взглядах, но во всем, что мы делаем и говорим. Большинство из нас почти не осознает христианской ответственности за мирскую сторону нашей жизни. Человек же с подлинно православным мировоззрением любую часть своей жизни живет как православный.
Спросим здесь поэтому: как можем мы в нашей повседневной жизни питать и поддерживать православное мировоззрение?
Но часто эти основные христианские источники не оказывают на нас полного воздействия или же вообще не воздействуют на нас, потому что мы не занимаем правильной христианской позиции по отношению к ним и к христианской жизни, которую они должны вдохновлять. Позвольте мне сейчас сказать слово о том, какой должна быть наша позиция, если мы хотим получить от них подлинную пользу, и если они должны стать для нас началом подлинного православного мировоззрения.
В этом смысле наша позиция должна быть приемлемой и нормальной, т.е. она должна прилагаться к реальным обстоятельствам, а не быть плодом фантазии, ухода от жизни и отказа смотреть в лицо неприятным явлениям окружающего мира. Слишком возвышенное и витающее в облаках тепличное православие не способно помочь людям в повседневной жизни, наш мир достаточно жесток и своей грубостью ранит души; мы должны в первую очередь ответить трезвой христианской любовью и пониманием, оставляя исихазм и высшие формы молитвы тем, кто способен их воспринять.
Наша позиция не должна быть и эгоцентричной, а обращаться к ищущим Бога и духовной жизни. Сейчас везде, где есть сложившаяся христианская община, есть искушение превратить ее в общество для взаимных поздравлений и восторгов от наших добродетелей и достижений,- красоты наших церковных зданий и утвари, великолепия наших служб, даже чистоты нашего учения. Но истинная христианская жизнь, начиная с апостольских времен, была всегда неотделима от того, чтобы делиться ею с другими. Православие именно поэтому-то и живо, что светит другим и не имеет нужды в учреждении «миссионерского отдела»; огонь подлинного православия есть лишь нечто, что мы храним для себя и чем мы похваляемся, тогда мы мертвые, погребающие мертвых, а именно в таком состоянии и находятся сейчас многие из наших православных приходов, даже те, где много молодежи, если они не вживаются глубоко в свою веру. Недостаточно сказать, что молодежь ходит в церковь. Нам надо спросить, что несут они туда, что выносять они из церкви, и если они не воспринимают православие всей своей жизнью, тогда напрасно говорить, что они ходят в церковь.
В то же время наше отношение к людям должно быть отношением любви и прощения. Сейчас в православную жизнь вкралась некоторая жесткость: «Это еретик, не общайся с ним», «этот, возможно, православный, но с уверенностью утверждать нельзя», «а вот тот явно шпион». Никто не станет отрицать, что Церковь сейчас окружена врагами и что есть некоторые, кто не прочь воспользоваться нашим доверием. Но так было с апостольских времен, и в этом практическом отношении христианская жизнь всегда была чем-то рискованным. Но даже если иногда нами и пользуются, и мы должны проявлять осторожность, все же мы не можем отказаться от нашей основной позиции любви и доверия, без нее мы потеряем основу основ нашей христианской жизни. Мир без Христа недоверчив и холоден, но христиане, напротив, должны быть любящими и открытыми, а иначе мы потеряем соль Христову в себе и станем подобными миру, годными для того, чтобы нас выбросили и попирали ногами.
Немного смирения при взгляде на себя помогло бы нам быть более великодушными и прощающими ошибки других. Мы любим осуждать других за странность их поведения; мы называем их «cuckoos» или «тронутыми новообращенными». Действительно, мы должны беречься по-настоящему неуравновешенных людей, которые могут принести большой вред церкви. Но какой православный серьезный христианин сегодня немного не «тронутый»? Мы не соответствуем обычаям мира сего, а если соответствуем им в сегодняшнем мире, то мы уже не являемся подлинными христианами. Подлинный христианин не может чувствовать себя своим в миру и не может не казаться себе и другим немного «тронутым». В Советском Союзе и многих других странах достаточно придерживаться и идеала христианства не от мира сего или креститься взрослым, чтобы попасть в сумасшедший дом, а эти страны торят дорогу всему миру.
О мировоззренческих основаниях практической психологии
Данная статья была прислана Мариной Николаевной Мироновой, канд. псих. наук, доцентом и преподавателем психологии Калужской духовной семинарии с 25-летним стажем, в рамках объявленной дискуссии о современных проблемах церковной жизни.
Марина Николаевна Миронова, кандидат психологических наук, доцент и преподаватель психологии Калужской духовной семинарии В развернувшейся дискуссии между двумя уважаемыми отцами-преподавателями Сретенской семинарии о. Вадимом Леоновым [1] и о. Павлом Великановым [2] речь шла о качественном изменении процесса обучения семинаристов. В результате него предполагалось, что будущий пастырь овладеет навыками практической психологии (в том числе – психотерапии), то есть будет готов выполнять функции психолога и психотерапевта.
«существуют принципиальные отличия в методологии между психотерапией и духовничеством: психотерапия – это терапевтическое воздействие на сознание человека, а духовничество – это воздействие на душу с мировоззренческой позиции».
Несомненно, Святейший Патриарх, когда говорил о воздействии священника на душу, имел в виду не любое мировоззрение, а православное.
Если данная позиция была высказана еще в 2010 году, а соблазн использования возможностей практической психологии в служении священника возник сегодня, то он может возникать в будущем вновь и вновь, пока не будут обозначены все его последствия. Дерзну поэтому продолжить разговор на дискуссионную тему, чтобы раскрыть аспект, который никем в ходе полемики не был затронут, но является крайне важным в данном контексте. В частности, отразится ли предложенная инновация на православном мировоззрении [4] будущего священника, и если да, то как именно. Для чего, в свою очередь, необходимо ответить на вопрос о мировоззренческих основаниях практической психологии.
Вы удивитесь, уважаемый читатель, но сегодня большинство моих коллег ответить на этот вопрос не смогут!
Чтобы не создалось впечатление, что это только мое частное мнение, предлагаю обратиться к материалам весьма авторитетного и самого последнего мероприятия, на котором были представлены достижения отечественной психологии, – Санкт-Петербургского саммита психологов. Среди обсуждаемых там проблем я бы выделила одну.
«Идея, что психология всех спасет, подразумевает, что мы знаем, от чего спасаем конкретного человека, человечество. Но на самом деле это такая иллюзия знания».
Идея, что психология всех спасет, подразумевает, что мы знаем, от чего спасаем. Но это знание – иллюзия
Обратимся и к методологии психологии, где известен статический аспект, который направлен на анализ структуры знания. Он выделяет четыре вертикальных уровня:
Уровень философской методологии включает в себя философские теории и дает мировоззренческую интерпретацию различных направлений психологии с точки зрения той или иной картины мира, поэтому далее из всех перечисленных рассмотрим именно этот уровень. Он представлен сегодня самыми разными, подчас противоречивыми мировоззрениями.
Современное состояние психологии расценивается как методологический плюрализм. В ней легализованы ориентировки на разные типы рациональности, в том числе и «вненаучные»: мифологические, религиозные, житейские. С одной стороны, такое положение открыло дорогу направлениям, ранее остававшимся «за бортом» классической науки, к которым относилась, например, христианская психология. Но с другой – принцип плюрализма создает анархию и всеядность в сфере мировоззрения, вносит негативный вклад в легализацию различных заимствований из эзотерических практик, языческих культов, восточных религий.
В психологии философский уровень обычно спрятан. Но именно он играет главную роль с точки зрения применения психологического знания в различных психотехниках и практических направлениях психологии – он отвечает на вопрос: «ради чего» будет оказываться психологическая помощь? Лишь потом должен выстраиваться пласт конкретно-научной методологии, то есть «что именно» должно быть ее предметом; затем и методический пласт – совокупность конкретных приемов и процедур, отвечающих на вопрос, «как» эту помощь оказывать. Но обычно психолог, особенно практик, умеет отвечать на вопросы: «что именно?» и «как?». Вопрос «ради чего?» или не задается вовсе, а если и задается, то правильный ответ приходит в результате долгих и мучительных самостоятельных поисков. Практических психологов этот вопрос зачастую мало интересует даже в тех случаях, когда они по личным убеждениям являются православными.
Психолог, особенно практик, умеет отвечать на вопросы: «что именно?» и «как?». Вопрос «ради чего?» не задается вовсе
Поэтому и разобраться с тем, какие из направлений психологии, особенно практической, являются доброкачественными с мировоззренческой точки зрения и для священника, и для его паствы, а какие – вредными, сегодня очень сложно.
Имеется и субъективный аспект проблемы. Известно, что в таких профессиях, как учитель или психолог, хорошие знания, владение методиками, технологиями – только половина дела. Вторая половина – это личность профессионала, его ценности, его идеалы, потому что смыслы и ценности транслируются:
И особенно это важно, когда речь идет о психотерапевте.
Большинство моих коллег являются проводниками гуманистического мировоззрения. По моим наблюдениям, это относится даже ко многим из тех, кто являются верующими, посещают церковные богослужения. Но и они гораздо более привержены гуманистическому мировоззрению, чем христиански-православному. Этому есть несколько объяснений.
Главная из причин связана с профессиональной подготовкой. Гуманистические положения были закреплены официально в образовании с начала 1990-х годов, и любая вузовская программа обязывала формировать у студентов гуманистические идеалы. Для психологических специальностей это положение до сих пор является базовым и неукоснительно выполняется. Оно усугубляется еще и установкой на воспитание «конкурентоспособных, успешных и эффективных лидеров».
Преобладанию гуманистического мировоззрения способствует и профессиональная установка на необходимость разведения профессиональной и личностной позиции. Поэтому бывает так, что даже психолог, который считает себя православием, работая в профессиональном поле, использует не только гуманистические техники, но иногда и практики, заимствованные из оккультизма, магии, языческих культов или восточных религий (если этого требует профессиональная позиция), а по воскресеньям посещает храм, живет религиозной жизнью. Это признаётся в профессиональной среде нормой, а противоположное считается – якобы – уделом маргиналов. Тогда как истинной нормой должно быть снятие обусловленного профессией гуманистического мировоззрения православным (снятие – это не уничтожение, а иерархическое подчинение более низкого более высокому).
Кто-то может возразить: а что же плохого в гуманизме? Гуманизм – совокупность идей, взглядов, выдвигающих на передний план человека, его права и интересы; гуманизм ставит своей целью создание условий для всестороннего развития человека.
Но гуманизм провозглашает высочайшей ценностью земную жизнь человека. Даже более того – гуманистический идеал отнюдь не подразумевает ориентацию на Божественные заповеди. В таком международном документе, как «Второй гуманистический манифест» (1973), отстаиваются права человека на самоубийство, аборты, эвтаназию и сексуальную распущенность. Уместно вспомнить и совершенно антихристианское положение этого манифеста: «Никакое Божество не спасет нас, мы должны спасти себя сами».
Итак, гуманистические и православные идеалы не просто не совпадают, но в самом главном они противоречат друг другу.
И когда речь идет о практических методах психотерапии, то именно те смыслы и ценности, которые у психолога на самом деле в сознании, «на душе», а не те, что он декларирует, интенсивно передаются, транслируются тем, с кем он работает практически.
Гуманистический подход привнес в психологию много важного, полезного: целостное принятие человека, стремление к развитию и независимости. Но вместе с тем – и много того, что явно противоречит православному мировоззрению.
Например, гуманист прежде всего любит себя, а христианин должен любить ближнего как самого себя. Кстати, и такого понятия, как «должен», для гуманиста не существует. Для гуманиста важно ориентироваться на свои собственные убеждения. Христианин же живет, имея Божественные установления (заповеди Ветхозаветные и Новозаветные) и чувство Божественного благоволения. У христианина есть такое понятие, как «совесть», обличающая всякую неправду внутри человека; она возможна (если это чувство воспитано и ему представлен определенный «закон» – что «плохо» и что «хорошо»). А у человека неверующего эти понятия с легкостью подвергаются коррекции (недаром есть понятие «сожженная совесть»). И такой преграды, как Высший Суд за гробом, и постоянное Божественное всеприсутствие для него не существуют. Гуманист горд собой и имеет высокое самомнение, а христианин смиряется. Гуманист устремлен к осуществлению чисто земных целей: успеху, прибыли, победе в конкурентной борьбе, наслаждению, а христианин – ко спасению. Гуманист толерантно относится ко греху как таковому, а христианин старается грехи искоренить. Кроме того, гуманисту нет потребности обращать внимание на различие христианских конфессий (его глубинное равнодушие к вере проявляется в утверждении: «главное – верить»), а для православного человека их различение важно, особенно для священника (семинаристы в виду важности этого момента изучают сравнительное богословие).
Поэтому можно уверенно говорить о том, что излишне психологизированные программы, особенно со сдвигом в практику, будут способствовать созданию мировоззренческого конфликта как у будущих священников, так и у их паствы.
Еще важно сказать о том, что в наше время гуманизм деформировался и превратился в искаженный либерализм. И гуманистические высокие идеалы – счастье всех людей и тому подобное – легко трансформируются, поскольку выбор между пользой абстрактного человечества и удовлетворением своих желаний чаще всего склоняется к собственной выгоде. В гуманизме декларируется, что главной ценностью является жизнь человека, но в результате деформации оказывается, что ради утверждения и требований своего «эго», тот, кто декларирует себя как гуманист, охотно решается принести в жертву жизни других людей.
Не стоит забывать, что в наше время гуманизм деформировался и превратился в искаженный либерализм
В искаженном либерализме нормы морали и поведения, сложившиеся за многие века господства Евангельской истины в обществе, зачастую опрокидываются полностью, становятся своими антиподами. То, что является грехом с христианской точки зрения, становится нормой, охраняемой законами. В «общечеловеческие ценности» теперь входят однополые браки, изменение своего пола, доносы на родителей, сокращение населения ради спокойной жизни оставшихся, «всеядность» культуры, культ насилия и прочие мерзости. И трансформация, о которой идет речь, также не является в достаточной степени осознанной психологами.
Несмотря на трудности роста, у христианской психологии есть и свой, четко сформулированный ответ по существу дискуссии:
Поэтому и преподавать в духовной семинарии целесообразнее всего именно христианскую православно-ориентированную психологию.
Марина Миронова,
к.псих.н., доцент, преподаватель психологии
Калужской духовной семинарии,
стаж работы в КДС – 25 лет
[1] Леонов Вадим, прот. Православное пастырство и попытки его обновления // https://pravoslavie.ru/131595.html.
[2] Великанов Павел, прот., Домусчи Стефан, свящ. Православное пастырство – это живая традиция // https://pravoslavie.ru/131732.html.
[3] Кирилл, Святейший Патриарх Московский и всея Руси. Психотерапевт должен идти своим путем // https://pravoslavie.ru/132289.html.
[4] Мировоззрение – это обобщенная система взглядов человека на мир в целом, на свое собственное место в нем, понимание и эмоциональная оценка человеком смысла его деятельности и судеб человечества, совокупность научных, философских, политических, религиозных, эстетических убеждений и идеалов людей. Именно отношение человека к миру составляет специфику мировоззрения в отличие от других систем знания. Оно включает в себя не просто знание о мире самом по себе и не просто о человеке безотносительно к миру. Основной мировоззренческий вопрос – о том, каково отношение человека к объективной реальности и в каком отношении она (реальность) находится к человеку.
[5] От «рефлексия» – форма теоретической деятельности человека, направленная на осмысление своих собственных действий и их законов.
[6] Братусь Б.С. Деятельность и вершинные уровни опосредствования // Психологический журнал. 1999. Т. 20. № 4. С. 105.
[7] Шеховцова Лариса. К дискуссии о преподавании психологии в духовных школах // https://pravoslavie.ru/132202.html.
[8] «Приблизить современную науку к пониманию человеческой души»: беседа с психологом Ириной Мошковой // https://pravoslavie.ru/35898.html.
[9] Христианская психология в контексте научного знания. М.: Никея, 2017, 2020. С. 205–206.
Путь жизни – православный
Учебное пособие написано в соответствии с примерным содержанием предмета «Основы православной культуры». Оно ориентировано на две содержательные линии: православный образ жизни и нравственная культура Православия. Является завершающим в серии учебных пособий данных авторов: первое учебное пособие «Добрые уроки-наставления» для учащихся 4–5 классов, второе – «Уроки добротолюбия» для учащихся средней школы и заключительное «Путь жизни – православный» для учащихся старших классов и молодежи. Возможно использование пособия в государственных и воскресных школах, в системе дополнительного образования, для индивидуального чтения.
Оглавление
Приведённый ознакомительный фрагмент книги Путь жизни – православный предоставлен нашим книжным партнёром — компанией ЛитРес.
Глава 1. Основы православного мировоззрения
Чтобы лучше узнать себя, свои возможности и их границы, свои способности, надо понять кто ты? Как и зачем появился на свет? К чему призван? Четкие и глубокие ответы на эти вопросы дает православная антропология. Согласно христианскому учению человек был создан Богом в последний день творения. Его созданию, в отличие от сотворения всей другой твари, предшествовал совет Пресвятой Троицы: … сотворим человека по образу Нашему (и) по подобию Нашему (Быт. 1, 26). Величию человека как образа Божия соответствовало и его Божественное предназначение: … и да владычествуют они над рыбами морскими, и над птицами небесными, (и над зверями,) и над скотом, и над всею землею… (Быт. 1, 26). Человек был создан как венец всей тварной природы и наделен Божественным Духом, приобщающим его естество к духовному, невидимому миру: …создал Господь Бог человека из праха земного, и вдунул в лице его дыхание жизни, и стал человек душею живою (Быт. 2, 7). «Дыхание жизни», согласно толкованию святых отцов, означает, что Бог дал своему созданию дух свободный, разумный, живой и бессмертный, по образу Своему. Как мы видим, Творец «образует» дух человека и создает индивидуальную душу его. Именно дух определяет Богоподобие человека, будучи подобием Божественного Духа. Этим и отличается человек от всех остальных живых тварей.
Когда, по повелению Божию, Адам дал имена всем зверям и птицам небесным, то оказалось, что среди них нет того, кто мог бы стать ему другом и помощником. И сказал Господь Бог: не хорошо быть человеку одному; сотворим ему помощника, соответственного ему (Быт. 2, 18). И навел Господь Бог на человека крепкий сон: и, когда он уснул, взял одно из ребер его и закрыл то место плотию. И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену и привел ее к человеку. И сказал человек: вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою: ибо взята от мужа (своего) (Быт. 2, 21-23). На востоке до сих пор существует пословица: «Ты мне близок, как мое ребро», т. е. как сама моя сущность, как часть меня. Недаром на древнееврейском языке, муж звучит как «иш», а жена — как «иша». Как производное, взятое от мужа. Поскольку Адам и Ева происходят из одного тела, из одной души, они должны быть едиными — любить и беречь друг друга. Таким образом, муж и жена изначально задуманы как две половинки единого целого, гармонически дополняющие и обогащающие друг друга.
Информация к размышлению
Не много Ты умалил его пред Ангелами: славою и честью увенчал его; поставил его владыкою над делами рук Твоих; все положил под ноги его: овец и волов всех, и также полевых зверей, птиц небесных и рыб морских, все, преходящее морскими стезями (Псалом 8, 7-9).
Вопросы на понимание
1. Почему человек был создан в последний день творения?
2. В чем Божественное предназначение человека?
3. Что ты понимаешь под библейским выражением вдунул в лице его дыхание жизни?
4. Почему Адам и Ева задуманы Богом как две половинки единого целого?
Образ Божий в человеке
И сотворил Бог человека по образу Своему, по образу Божию сотворил его; мужчину и женщину сотворил их. И благословил их Бог, и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею, и владычествуйте над рыбами морскими, и над птицами небесными, и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт. 1, 27-28). Как мы видим из библейского текста только человек реально сотворен по образу Божию. Хотя в предыдущем, уже ранее нами приводимом, 26-м стихе, говорилось, что сотворим человека по образу Нашему, и по подобию Нашему. Это имеет глубокое символическое значение, о котором писали многие святые отцы и которое, по их мнению, означает подобие как предназначение, цель человеческой жизни. В частности святой Григорий Нисский писал: Первое (греч. икона — образ) мы имеем по сотворению, а последнее (греч. омиосин — подобие) мы совершаем по произволению, т. е. по своей свободной воле. Многие святые отцы также соотносили образ Божий со второй ипостасью святой Троицы, Богом Словом, по воплощении ставшим Иисусом Христом. Именно во Христе полностью реализовано подобие Божие. Все люди призваны стать подобием Богочеловека. Иметь такие же благородные мысли и чувства, какие были у Иисуса Христа, и волю, постоянно направленную лишь на добрые дела. Но это возможно только при вселении Святого Духа в душу человека.
Святые отцы учат нас отличать образ от подобия. Образ Божий — в самой природе человеческого духа. Он троичен в своих основных силах: одно — это ум в человеке, другое — это сердце, чувства человека, а третье — его воля. Умом человек мыслит, сердцем он переживает, а волею он действует. И во всех этих трех силах он один и тот же человеческий дух, одна и та же личность.
В чем же конкретно проявляется сотворение человека по образу Божию? Согласно трудам христианских богословов и религиозных философов, в человеке можно выделить следующие черты образа Божия: ум, разумность (мышление), словесность (речь), свободу воли, бессмертие души, владычество (господство), творчество и любовь.
Ум, при помощи которого человек может входить в Богообщение, созерцать и осознавать тайны Божии, присущ только человеку. Также и разум — способность к синтезу и анализу, к пониманию законов природы. Эти и другие его функции характерны только для людей.
Речью, словом обладает также только человек, никому из животного мира это недоступно. Способность выражать свои мысли и чувства при помощи речи свойственна человеку как образу Божьему.
Свободой воли, которая позволяет человеку принять волю Божию или нет, согласовывать свою жизнь с совестью или нет, также обладает лишь один человек. Все остальные твари живут, подчиняясь инстинкту, вложенному в них. У них нет и не может быть морали и нравственности. Так не может быть нравственного бегемота или безнравственного льва. Все они живут в рамках инстинкта, установленного для них закона.
Бессмертной душой обладает лишь человек. Она появляется вместе с телом во времени, но не имеет конца. То есть уже не может исчезнуть, уйти в небытие. Тогда как душа животного бессмертия не имеет.
Скажем более подробно об образе Божием как владычестве, творчестве и любви.
Вот что об образе Божием как владычестве писал Иоанн Златоуст: «Сказав: сотворим человека по образу Нашему и по подобию, Бог не остановился на этом, но последующими словами объяснил нам, в каком смысле употребил слово образ. Что говорит? И да обладают рыбами морскими и птицами небесными… Итак, образ Он поставляет в господстве, а не в другом чем… Бог сотворил человека властителем всего существующего на земле…» С этим же, по мнению Иоанна Златоуста, связано и дальнейшее библейское повествование: Бог, желая показать Адаму достоинство его власти, поручил ему дать имена животным. Таким образом, мы можем смело утверждать, что «Сотворение человека по образу Божию — значит обладание его всею землею. Ибо, как Бог владычествует над всею землею и над всем, что на ней, так и человека поставил как бы вторым владыкою земли и всего, что на ней».
Подтверждение этому можно обнаружить и в жизнеописаниях христианских святых — людей, которые, по благодати Божией, очистились от греха и стали такими, как Адам до грехопадения. Поселяясь в самых глухих местах, они не только не боялись диких зверей, но и нередко повелевали ими: змеями, птицами, львами, волками, медведями и т. д., также как и различными природными стихиями и явлениями.
О творчестве, как особом задании человеку, говорили многие святые отцы. К какому творчеству и по отношению к чему призван творить человек в этой жизни? По отношению к миру, Богу, людям и самому себе. Начнем с последнего.
Человек призван творить, прежде всего, свою собственную жизнь, т. е. раскрывать и осуществлять заложенные в него Богом таланты, преодолевать страсти, стяжать, с Божьей помощью, духовные добродетели, которые и есть евангельские небесные сокровища (Мф. 6, 20). Когда вопрос об аскетизме и нравственном усовершенствовании ставится в русло общего творческого потока человеческих духовных дарований, то и сама проблема о взаимоотношении творчества и спасения становится довольно ясной. Бог Творец создал человека по Своему, т. е. творческому, образу, а потому и человек должен быть творцом. Эта способность к творчеству заложена в нем Богом. Но творит человек или из уже сотворенной Богом материи, либо из своих мысленных образов, которые в нем появляются. Но, заметим сразу, не всякое творчество имеет боговдохновенный источник.
Необыкновенно важна черта образа Божия, соотносимая с любовью. Бог есть любовь (1 Ин. 4, 16), и основные заповеди заключаются в любви к Богу и к своим ближним (Мф. 22, 37-39). Кроме того, если Бог есть любовь, то, безусловно, это имеет первостепенное значение и для человека, сотворенного по образу Божию. Тогда любовь в жизни человека перестает быть одной из эмоций в ряду других, а становится главным способом бытия человека в мире.
Самое существо души нашей — образ Бога. И по падении в грех, душа пребывает образом. И вверженная в пламень ада душа грешная, в самом пламени ада, пребывает образом Божиим! Так научают святые отцы.
Святитель Игнатий Брянчанинов
Как в человеке есть ум, слово и дух; и ни ум не бывает без слова, ни слово без духа, но всегда суть и друг в друге, и сами по себе. Ум говорит посредством слова, и слово проявляется посредством духа. По сему примеру человек носит слабый образ неизреченной и началообразной Троицы, показывая и в сем свое, по образу Божию, создание.
Преподобный Григорий Синаит
Вопросы на понимание
1. В чем заключается образ Божий в человеке?
2. Что понимается под свободой воли человека?
3. Почему способность к творчеству является отличительной чертой образа Божьего в человеке?
4. Почему способность любить Бога и существ этого мира имеет первостепенное значение для человека?
5. Что означает способность человека к владычеству над другими тварями?
Онтология — учение о бытии, изначальная данность.
Подобие Божие в человеке
Подобие отличается от образа, выражаясь святоотеческим языком, как данность (то, что есть) отличается от заданности (того, чего нет, но что должно быть). «Образ Божий дан человеку, он вложен в него как неустранимая основа его бытия, подобие же есть то, что осуществляется на основе этого образа, как задача его жизни. Человек не мог быть сразу создан как завершенное существо, в котором бы образ и подобие, идея и действительность, соответствовали друг другу, потому что тогда он был бы Богом, и не по благодати и уподоблению, а по естеству» — пишет известный богослов Булгаков. Итак, цель человеческой жизни — Богоуподобление. Реализация этой цели ведет к обретению счастья и вечной жизни в Боге, отказ от нее является источником многих скорбей и несчастий. Человек, созданный по образу Божьему и призванный к Богоуподоблению, не может обрести счастье в этом и загробном мирах, не реализовав свое предназначение.
Примером реализации высокой жизненной цели являются святые. Не напрасно мы зовем святого Серафима и ему подобных — «преподобные отцы». Они подобие Божие раскрыли в себе. Подобие Божие — это нравственная сторона: чем человек больше уподобляется Богу, тем ближе он к Нему приближается, тем яснее открывается в нем Божие подобие.
Человек грешный, предавшийся греху, подобие Божие теряет. Образ он не потеряет, даже и в геенском огне, а подобие Божие может и совсем потерять. Недаром говорится псалмопевцем, что человек не понял, не оценил, какой чести удостоил его Творец, и он «приложился скотам бессмысленным и уподобился им». До чего себя может довести человек, теряя подобие Божие и уподобляясь кому-то иному, мы с вами знаем! Кому подобен, например, тот человек, который в опьянении лежит в грязи и что-то бормочет, — кому он подобен? — никак не Господу Богу!
Нужно помнить, что если образ Божий нерушим в каждом из нас, то подобие Божие должен в себе развивать и укреплять всякий человек — это и есть цель жизни человеческой. Поэтому помни и почаще себе напоминай, что сотворен был первый человек — Адам — по образу и призван к подобию Божиему! И если быть образом нам дано от рождения, то быть подобием Божием во многом зависит от нас. Дело наше — трудиться над своей душой, чтобы она была подобна Творцу Своему, а никому и ничему иному.
Каждый из «сынов и дочерей Адама» является носителем образа Божия, но этот образ нуждается в очищении от греховных последствий. Про Адама в Библии сказано, что он создан по образу Божию, но про сына Адама сказано уже по-другому: Адам жил сто тридцать лет и родил сына по подобию своему, по образу своему, и нарек ему имя: Сиф (Быт. 5, 3). Это означает, что образ Божий в человеке остался, — ибо он находится в самом человеческом существе — но светлость его затмилась и красота исказилась. «Адам прибавил к нему нечто свое, то есть грехи», — указывает известный духовный писатель, епископ Варнава Беляев.
Человек как существо духовное, призванное к богоуподоблению, создан Богом для Бога, чтобы в нем жил Дух Святой. Апостол Павел говорил: Разве не знаете, что вы храм Божий, и Дух Божий живет в вас? Если кто разорит храм Божий, того покарает Бог: ибо храм Божий свят; а этот храм — вы (1 Кор. 3, 16-17). И когда Дух Святой живет в человеке, он становится богом по благодати. Но когда этот Дух Святой не живет в человеке, тогда место пусто не бывает — в нем будет жить дух противления. Если человек не идет по пути богоуподобления, стяжания добродетелей, то он идет по пути деградации, к миру демоническому и уподобляется сатане по своим страстям. Либо первое, либо второе. Поэтому сатана и назван обезьяной Бога: он старается подражать Богу, но делает все наоборот. Это очень важно знать любому человеку. Человек не может быть духовно нейтрален, ибо он так создан, что будет носителем того или иного духа.
Все мы люди по образу Божию есмь мы; быть же по подобию есть принадлежность одних тех, которые по великой любви свободу свою поработили Богу.
Выражение «по образу» обозначает разумное и одаренное свободною волею; выражение же «по подобию» обозначает подобие через добродетель, насколько это возможно.
По образу Божию есть всякое существо разумное, по подобию же одни добрые и мудрые.
Вопросы на понимание
1. Чем отличается образ от подобия Божьего в человеке?
2. В чем цель человеческой жизни согласно православному учению?
3. Кто и почему может послужить примером достижения жизненной цели?
4. Может ли человек быть духовно нейтральным?
Понятие термина «человек»
Человек — это высшее из существующих в видимом мире материальное существо, сотворенное по образу Божию и призванное к Богоуподоблению, которое наделено бессмертной душой, разумом, волей, способностью к любви, владычеству, творчеству и Богообщению.
Этимология древнеславянского слова «человек» такова, что позволяет утверждать обозначение этого необыкновенного существа по его ведущему и специфическому качеству, отличающему его от других существ. Это существо, имеющее чело (лоб) свое обращенным вверх, к небу, как цели бытия и будущему жилищу; или челом веющий, т. е. чело имеющий обращенным к верху. По-еврейски первозданный человек назван — Адам, нарицательно — существо подобное Богу, подобный, уподобляющийся. Имя Адам происходит от еврейского глагола, означающего быть подобным, мыслить. То есть указывает на основные черты его существа. Само славяно-русское название «человек», по данным ряда исследователей, происходит из «селовек» или «словека», т. е. существо словесное, и, следовательно, указывает на дар слова как на отличительную способность человека. По мнению известного философа А. С. Хомякова, человек (человик) значит собственно — мыслящий (на санскрите «челл» — думать; аффикс «вик» — весьма обыкновенно, что в итоге означает — мыслеживущий). Таким образом, как мы видим, в самом слове «человек», содержатся указания на его главные свойства и назначение.
Вопросы на понимание
1. Какое этимологическое значение заключено в слове «человек»?
2. Какое важное свойство личности заключено, по мнению А. С. Хомякова, в слове «человек»?
3. Как переводится с древнееврейского языка слово Адам?
Православное учение о спасении
Нередко нам приходится сталкиваться с такими словами: спастись, спасение. Что это значит? От чего надо спасаться и что надо спасать? Исходя из христианского учения — спасать надо свою душу для вечной жизни.
Дело в том, что в результате первородного греха между человеком и Богом возникли определенные преграды. А именно:
1. Грех. Непреодолимая только личными усилиями склонность человека ко греху (власть греха над людьми, родовые грехи, личные прегрешения, а также невозможность для человека не грешить);
2. Проклятие. Осуждение греха праведным Божественным судом, а значит и наказание за него;
3. Диавол. Власть падших духов над греховным человеком.
До пришествия в мир Христа многие из людей хотя и понимали свою греховность, но лишены были возможности спастись. Одного только покаянного чувства было недостаточно для возрождения человека. Критерии добра и зла были во многом утрачены падшим человечеством. Только голос совести и пророки обличали беззакония людей и призывали к добру. Но этого была явно недостаточно. Даже осознав грех, человек не в состоянии был полностью победить его. Для этого нужна была помощь свыше.
Весь Ветхий Завет, повествующий о событиях Священной истории до пришествия в мир Христа, наполнен ожиданием грядущего Спасителя, Желаемого всеми народами (Агг. 2, 7). В библейских книгах то и дело рисуется образ Избавителя человечества, и всякий раз этот образ поворачивается к нам своей новой стороной: то это могучий Царь, то смиренный Страдалец, то загадочный Сын Человеческий, грядущий на небесных облаках, то берущий на Себя грехи мира кроткий жертвенный Агнец.
Жизнь великих древних библейских праведников, их устремлённость к достижению истинной святости на фоне кровавой и страшной современной им действительности языческого мира, неизменно служила двум целям. Во-первых, достижению через многие и многие поколения богоизбранного израильского народа той внутренней духовной чистоты, благодаря которой стало бы возможным появление на свет Пресвятой Девы, которую мы ныне знаем под именем Марии, Богоматери, способной воспринять и даровать миру его Спасителя. Во-вторых, нужно было духовно и нравственно подготовить людей к принятию учения Христа.
Когда в мире появилась девушка достойная стать Матерью Богочеловека, вскоре наступил и день Его Рождества. Вся радость праздника Рождества может быть выражена в словах: Бог стал Человеком, чтобы спасти людей от рабства греху и дияволу, чтобы открыть для них возможность входа в Царство Небесное. При этом Рождество Христово рассматривается церковной богословской традицией не только как день исполнения древних ветхозаветных пророчеств, но и как начало возрождения человеческого естества. Именно поэтому с Рождеством Христовым связано новое летоисчисление, и вся история делится на период до Р.Х. и после Р.Х.
Божественное естество, соединяясь с человеческим, исцеляет его греховную поврежденность. По словам св. Григория Богослова, «Бесплотный воплощается, Невидимый видится, Неосязаемый осязается, Вневременный получает начало, Сын Божий становится Сыном человеческим». По мнению апостола Иоанна Богослова, Любовь Божия к нам открылась в том, что Бог послал в мир Единородного Сына Своего, чтобы мы получили жизнь через Него (1 Ин. 4, 9). Итак, Сын Божий приходит в мир, чтобы победить властвующий здесь грех, исцелить падшую человеческую природу и указать человеку путь духовного и нравственного совершенства. Придя на землю, Христос делается подобным нам во всём, кроме греха, ибо Бог безгрешен. Спаситель свободен от рабства страстям, рабства, в котором — в большей или меньшей степени — находится каждый из живущих людей. В Себе Он исцеляет подвластное греху человеческое естество. Поэтому каждый, кто уверует и крестится во Христа, мистически присоединяется к Его естеству, получает возможность уподобиться Ему, получить полное исцеление от греховной проказы.
Православное учение о Воскресении Христовом — важнейшая сторона христианской веры. Как утверждает апостол Павел, подчёркивая исключительное значение догмата о Воскресении Христовом в ряду православных вероучительных истин, если Христос не воскрес, то и проповедь наша тщетна, тщетна и вера наша (1 Кор. 15, 14).
Как учит Православная Церковь, на сороковой день после Своего Воскресения Христос вознесся на Небо, к Своему Отцу. Что же такое за Небо, куда, по евангельскому повествованию, вознесся Иисус? По учению Церкви, обещанное христианам Небесное Царство и видимый глазами небесный свод — вещи друг от друга отличные. Те Небеса, на которые вознесся Иисус, находятся превыше всех постигаемых умом, познаваемых наукой звёзд и галактик. Трон Его — отнюдь не в нашем физическом мире, но пребывает в реальности иного, надмирного бытия — в «области Пресвятой Троицы», в вечной обители Создателя.
Кроме того, событие Вознесения напрямую связано с обещанием Иисуса Христа ниспослать на Апостолов и Богоматерь Святого Духа, которое и осуществилось спустя десять дней, в праздник Пятидесятницы. Это нисхождение Святого Духа было необходимым условием Спасения всего человеческого рода в целом и каждого из нас в отдельности. Если бы Дух Святой не сошёл на людей, то наша природа — наши душа и тело — никогда бы не смогли прийти в нормальное состояние, исправиться после грехопадения и соединиться с Богом по Его благодати. Такое ниспослание Духа имело своим таинственным условием восшествие Христа на Небо, к Отцу. Итак, если бы Господь не вознесся, то Святой Дух не был бы ниспослан верующим в Спасителя христианам (Ин. 16, 7). Сошествие Святого Духа осуществилось в образе пылающих огненных языков. День Пятидесятницы считается днём рождения Церкви; в этот день в мире явилась, устроилась христианская Церковь, исполненная даров благодати Святого Духа.
Святой Дух, Третье Лицо Пресвятой Троицы — Податель знания о Боге, открывающий людям тайны бытия их Создателя. И ради дарования человеку такого «боговедения» Дух сходит на Апостолов. Как писал в IV веке святитель Иоанн Златоуст, «надлежало принявшим Иисуса получить также и Духа, чтобы дело боговедения в них достигало всё более и более совершенной степени». Тем самым человек вступил в новое — тесное и таинственное — единение со своим Творцом. Сам Бог вселился в тот день в человека, ибо каждый из участников события Пятидесятницы получил тогда личный дар освящающей Божественной силы — «благодати Святого Духа». Этот же дар получает через Таинство Миропомазания при своём присоединении к Православной Церкви (крещении) и всякий из нас.
Таким образом, каждый человек, уверовавший во Иисуса Христа и принявший крещение в Православной Церкви, получает возможность духовного совершенства и спасения. Человек может, при личных желании и усилии, достичь богоуподобления, стать жилищем Святого Духа.
Святитель Игнатий Брянчанинов
Как человек не может спастись без благодати Божией, так и Бог не может спасти человека без его свободной воли.
Информация к размышлению
По благословению Бога и Отца, единородный Сын и Слово Божие, и Бог… единосущный со Отцом и Святым Духом, предвечный, безначальный… нисходит для пользы своих слуг. И будучи совершенным Богом, Он делается совершенным человеком и совершает дело, через которое открывается беспредельное могущество Божие. Слово, не потерпев изменение, стало плотию от Святого Духа и святой Марии — Прис нодевы и Богородицы; и Оно называется посредником между Богом и людьми;…Оно делается послушным Отцу, через то, что Оно стало подобным нам и через то, что приняло от нас (наше естество), врачуя наше непослушание и становясь для нас Образцом повиновения, вне которого невозможно получить спасение.
Тема для обсуждения
Человек духовно летит при помощи двух крыльев: воли Божией и воли собственной. Одно крыло — Свою волю — Бог навсегда приклеил к одному из наших плеч. Но для того, чтобы лететь духовно, человеку тоже нужно приклеить к другому плечу свое собственное крыло, равнодействующее с крылом Божественным, и тогда он летит. Если же воля у человека не развита, то он хочет взлететь, а летит кувырком.
Итак, да не стыдимся проповедовать Распятого; с дерзновением да изображаем рукою знамение Креста на челе и на всем: на хлебе, который вкушаем; на чашах, из которых пьем; да изображаем его при входах, при выходах, когда ложимся спать и встаем, когда находимся в пути и отдыхаем. Оно великое предохранение, данное бедным в дар и слабым без труда. Ибо это благодать Божия: знамение для верных, и страх для злых духов. Потому, что посредством онаго победил Он их, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собой (Кол. 2,15).
Вопросы на понимание
1. Какие преграды возникли между Богом и человеком в результате грехопадения?
2. Мог ли человек до пришествия Иисуса Христа сам преодолеть свою греховность и соединиться с Богом? Поясни свой ответ.
3. Каким образом были разрушены преграды между Богом и человеком?
4. Как осуществляется личное спасение каждого человека?
5. Как ты понимаешь выражение «Иисус Христос взял на себя грехи всего мира»?
6. Что для нас означает Воскресение Христово?
7. Что произошло после вознесения Иисуса Христа на небо и как это связано со спасением человека?
8. Исходя из православного учения о спасении, еще раз уточни для себя. Что спасаем? Для чего спасаем? Как спасаем?
Смысл жизни и смысл смерти
Итак, до всеобщего Воскресения из мертвых и Страшного Суда Христова еще возможно помочь усопшему. После же этого события загробная участь умерших уже остается неизменной.
В Священном Писании сказано, что в конце времён последуют Страшный Суд и конец мира. Именно тогда окончательно и определится то место, куда попадёт каждый из людей. Основанием к разделению Богом всех людей на этом будущем Суде будет наличие у них веры, жизнь по заповедям Божиим, дела любви, которые они совершали или, напротив, которыми пренебрегали. Ведь тот, кто делал добро ближнему, делал добро Самому Христу; кто не творил добрых дел в отношении окружающих — пренебрегал и Самим Богом, а значит, стал для Него чужим и, возможно, даже враждебным по отношению к Нему.
В Судный день наша подверженная последствиям грехопадения Вселенная сгорит. Будут сотворены новое Небо и новая Земля. Однако в основание нового творения ляжет то же самое вещество, из которого создан и наш сегодняшний мир. Древние христианские писатели приводят яркий образ этого: мир будет переплавлен Богом, как переплавляется в кузнечном горне старое проржавевшее орудие труда (например, плуг или молот), превращаясь затем — на наковальне — в новую, опять пригодную для дела, прекрасную вещь.
Людям надлежит войти в новый дом — вознестись в Небесный Иерусалим, Царство Божие, и вкусить там от полноты райского блаженства. Причём им предстоит войти туда воскрешёнными из мёртвых, а значит, обладающими не только душой, но и телом: преображённым, обновлённым по образу воскресшей плоти Христа. После Своего Воскресения из мёртвых Христос телесно вознёсся на Небо и пребывает там вместе с Богом Отцом. Туда-то, по духовному сродству и единству союза со Христом, — лежит путь и всех верных христиан, ожидающих вхождения в этот последний рай — место общего пребывания Ангелов и людей.
Каков же он будет, этот новый рай? Мы находим его возвышенное описание в новозаветной книге Апокалипсис (Откровение Иоанна Богослова): освещённый незаходимым светом Божественной славы небесный Град, в центре которого — таинственное Древо Жизни. Но и эти библейские образы, хотя они и приближают нас к представлению о рае, все же символичны, условны. Ибо, по слову апостола Павла, не видел того глаз, не слышало ухо, и не приходило то на сердце человеку, что приготовил Бог любящим Его (1 Кор. 2, 9). То есть живущий на земле человек не обладает опытом тех ощущений, которые помогли бы ему понять грядущее блаженство праведников. Известно одно, оно чрезвычайно высоко и светло.
Стоит ли рай отказа от земных страстных удовольствий?
Многие не верят той чести, которая обещана праведникам в будущей жизни, потому что сатана унизил человечество в его собственных глазах.
Святой праведный Иоанн Кронштадтский
Поверь, возлюбленный, что человек весь век страдать захотел бы, если бы нужда была, только бы вечного блаженства не лишиться, если бы хоть частицу его увидел. Так оно велико, так красиво, так сладко!
