Одно издание или два?
В открывающейся, наконец, сегодня своей авторской колонке я планирую в основном обсуждать вопросы книгоиздания в СССР. Все статьи по этой теме буду параллельно размещать в рубрике «Как издавали фантастику».
Один из живо интересующих меня вопросов — это вопрос об изданиях и переизданиях, точнее — вопрос о том, как в некоторых спорных случаях определить для целей библиографирования, имеется ли одно издание с допечаткой (доп. тиражом) или это издание и переиздание (т.е. по сути два издания).
Так вышло, что рассмотрение этого вопроса фактически уже начала Алла Кузнецова в своей авторской колонке, — ну а я попробую продолжить. Приведу несколько примеров.
Для выяснения, есть ли отличия между этими издания, кроме года выпуска и цвета обложки, заглянем в выходные данные.
Вопрос: это одно издание или два?
Этот пример интереснее. И не только тем, что часть тиража этого сборника из трёх повестей издательства «Советский писатель» вышла в мягкой обложке (фото слева), а часть — в твёрдой (фото справа). Куда интереснее другое. Во всех библиографиях (в т.ч. на Фантлабе — http://fantlab.ru/edition8180 ) указывается, что издание в мягкой обложке вышло в 1984 году, а в твёрдой — в 1985-м. Однако вот сканы выходных данных, сделанные мной собственноручно с двух живых книг из моей коллекции — слева из книги в мягкой обложке, справа из книги в твёрдой обложке:
Мы видим, что выходные данные из обеих книг совпадают до буквы и до точки, т.е. они абсолютно идентичны! И год выпуска и там, и там один и тот же — 1984-й (хоть и план выпуска 1985-го).
Вопрос тот же: это одно издание или два разных?
Ещё более интересный пример. Во-первых, это уже 1988 год — время устойчивого появления ISBN у отечественных изданий. Во-вторых, опять часть тиража издана в мягкой обложке, часть — в твёрдой. Однако самое интересное мы обнаружим, заглянув внутрь книг, причём на сей раз не только в выходные данные.
Смотрим очень внимательно (специально сделал, чтобы по превьюшке открывались картинки побольше и хорошего разрешения) и видим, что в этих двух изданиях разное абсолютно всё (кроме содержания, издательства, года выпуска и ISBN): и даты сдачи в набор и подписания в печать, и номер цензурного разрешения, и номер заказа, и тираж, и бумага, и гарнитура, и цена, и разные типографии. ну а самое главное — разный макет, разный шрифт, разная вёрстка и даже наличие траурных рамок в содержании одной книги и их отсутствие в другой.
Не поленюсь снова задать всё тот же вопрос: это одно издание или два разных?
Наконец, самый удивительный, показательный и примечательный пример из тех, что я приготовил для данной заметки.
Артур Кларк. Лунная пыль. М.: Знание, 1965 и 1966
Ну, тут-то, кажется никаких вопросов быть не может: на сей раз не только годы издания, но и обложки разные (а у издания-66 их аж три разноцветных варианта с одним, правда, рисунком)! Но не будем торопиться и привычно заглянем в выходные данные:
Мы видим, что макет тот же самый (это подтверждается в издании-66 сообщением «Подписано в печать с матриц»), что совпадает почти вся техническая информация (в т.ч. абсолютно идентичные записи «Изд. № 141» и «Опубликовано тем. план 1965 г. № 17»), что отпечатан весь тираж — и 1965-го, и 1966-го года — в одной и той же типографии, что переплёт-66 года аж на 3 копейки дороже переплёта-65.
Но самая главная и самая удивительная информация, которую мы извлекаем из выходных данных, — это то, что в издании-65 вообще не указан общий тираж книги, а указан только «Тираж 1-го завода 115 000 экз.»; а в издании-66 читаем: «Тираж 215 000 (115 001 — 215 000) экз.», т.е. указан как общий тираж издания, так и отдельно с какого по какой экземпляры относятся к допечатке 1966 года.
То есть, наоборот, здесь-то уж точно одно издание! Или всё-таки два разных.
СОДЕРЖАНИЕ
Первое издание
Независимая ассоциация онлайн-продавцов книг имеет Букварь для первого издания, в котором обсуждаются несколько аспектов определения первых изданий, включая публикацию и способ обозначения первых изданий конкретными издателями.
Библиографическое определение
Время от времени читатели могут заметить ошибку в тексте (или, во времена металлических шрифтов, кусок сломанного шрифта), и сообщить об этом издателю. Издатель обычно хранит эти «исправления перепечатки» в файле в ожидании запроса на новый тираж издания, и они будут введены до того, как новый тираж будет напечатан.
Способ ввода, очевидно, зависит от способа набора. Для металла высокой печати это обычно означало сброс нескольких символов или строки или двух. Для линотипа это означало приведение новой строки к любой строке с ее изменением. В случае с пленкой это включало вырезание части пленки и вставку новой части. В электронном файле это означает ввод изменений в цифровом виде.
Такие незначительные изменения не являются новым изданием, но вносят типографские вариации в издание, которые представляют интерес для коллекционеров.
Определение коллекционеров
Коллекционеры книг часто жалуются на то, что определение библиографа используется в контексте коллекционирования книг. Например, книга Дж. Д. Сэлинджера « Над пропастью во ржи» по состоянию на 2016 год все еще печатается в твердом переплете. Тип такой же, как и в первом издании 1951 года, поэтому для библиографа все экземпляры в твердом переплете являются первым изданием. Коллекционеры будут использовать этот термин только для первого издания.
Термин «первое торговое издание» относится к самому раннему изданию книги, предлагаемому для продажи широкой публике в книжных магазинах. Например, роман Аптона Синклера 1906 года «Джунгли» был опубликован в двух вариантах. Издание «Sustainers ‘Edition», опубликованное издательством Jungle Publishing Company, было разослано подписчикам, имевшим аванс на Sinclair. Первое торговое издание было издано Doubleday, Page для продажи в книжных магазинах.
Определения издателей
Издатели используют «первое издание» в своих целях, и поэтому среди них это обозначение используется очень непоследовательно. «Первое издание» торговой книги может быть первой итерацией работы, напечатанной соответствующим издателем, или первой итерацией работы, которая включает определенный набор иллюстраций или редакционных комментариев.
Издатели научно-популярной литературы, академических работ и учебников обычно проводят различие между редакциями текста произведения, обычно указывая даты первого и последнего изданий произведения на странице авторских прав. Исключения из этого эмпирического правила включают обозначение «вторым изданием» нового учебника, который имеет другой формат, название и / или автора (авторов), потому что предыдущий учебник, который имеет только ту же тему, что и «второе издание», является считается первое издание. Причина такого расширения определения часто кроется в краткосрочном маркетинговом преимуществе нового учебника, потому что, хотя первые издания часто считаются более ценными для коллекционеров, чем последующие издания, то, что они являются последующим изданием предыдущего учебника, производит впечатление что учебник, названный последующим изданием, является более авторитетным.
Другие типы изданий
Исправленное издание
Следовательно, обозначение «исправленное издание» не означает однозначно какое-либо качество или количество исправлений.
Пересмотренное и обновленное издание
Когда научно-популярная книга публикуется впервые, она иногда побуждает к дополнительным исследованиям по своей теме. Автор может решить, что новая информация оправдывает пересмотр книги. Новая версия книги будет опубликована как новое издание, которое может называться «переработанное и обновленное издание». Однако, как и в случае с наименованием «исправленное издание», использование «переработанное и обновленное издание» отражает только субъективный выбор издателя, который может отличаться от издателя предыдущего «исправленного издания» того же произведения.
Совместное издание
Мотивом для совместных изданий часто было использование существующих систем распространения различных издателей в каждой стране, а не создание новых систем распространения.
версия
Библиотечное издание
Книжное клубное издание
Дешевое издание
После того, как книга исчерпала рынок по высокой первоначальной цене, издатель может выпустить дешевое издание самостоятельно или продать права другому издателю, который будет выпускать книгу. В дешевом издании обычно используется недорогая бумага в мягкой обложке, но они могут быть в твердой обложке. Также обычно размер шрифта уменьшается, чтобы на странице помещалось больше слов, чтобы снизить общую стоимость книги. Естественно, что за дешевое издание автор получит меньший гонорар, но это может быть компенсировано большим объемом продаж.
Колониальное издание
В период расцвета Британской империи дешевые издания романов, опубликованных в Великобритании, часто выпускались для продажи в колониях до того, как продавались другие издания книг. Причина заключалась в том, что на экспорт книг в колонии уходило много времени, что в этих поселениях было много читателей и что книги были эффективным средством распространения британских ценностей. Австралия была самым крупным потребителем колониальных изданий. Macmillan (Лондон) опубликовал наибольшее количество названий колониальных изданий. Они начались в 1843 году и сохранялись (с точки зрения ценообразования и торговли) до 1970-х годов.
Кадетское издание
Большое печатное издание
Критическое издание
Нумерация
Из-за различий в качестве отпечатки с меньшим номером в издании иногда считаются лучшими, особенно в более старых работах, где изображение наносилось до тех пор, пока пластина не изнашивалась. Однако на самом деле нумерация оттисков может вовсе не соответствовать последовательности, в которой они были напечатаны, и часто может быть обратной.
Переиздание
Многие коммерчески успешные книги были переизданы как в оригинале, так и в других оттисках. По этой причине, если популярную книгу ищут в большом книготорговле, таком как Amazon.com, или в большом библиотечном каталоге, таком как WorldCat, часто бывает множество разных лет авторских прав, издателей, изданий, форматов (твердая обложка, мягкая обложка, торговля и массовая торговля). рынок) и т. д. Поскольку ни один универсальный авторитет или конвенция не определяет точное различие между «переизданием» и «переизданием» и тем, является ли переиздание другим «изданием», обозначение таких наименований неоднозначно, по крайней мере, на первый взгляд.
Легальное положение
Соединенное Королевство
Таким образом, он защищает инвестиции издателя в набор, а также процессы дизайна и отбора, которые отражаются на внешнем виде текста. Он также охватывает современные издания произведений, являющихся общественным достоянием (например, полное собрание сочинений Шекспира), и запрещает воспроизведение макета (но не самого произведения).
Что автор должен знать о ISBN
Сведения о книгах с присвоенным ISBN
Если изданию присваивается ISBN (стоимость тиража в данном случае увеличивается на 2,2 тыс. руб.), то для пересылки в Российскую книжную палату из тиража издательством изымаются 16 экземпляров, которые также могут быть напечатаны дополнительно к тиражу за счет заказчика, оплачивающего заказ.
Преимущества изданий, которым присвоен ISBN:
· экземпляры книг будут находиться в крупнейших библиотеках России
· информация об изданиях и их авторах будет размещена в Интернете.
Ваша книга может стать пропуском в большую литературу, пополнит список ваших публикаций, а также закрепит авторское право на интеллектуальную собственность.
По вашему желанию мы предоставим библиографические индексы (ББК, УДК, ISBN, авторский знак), что позволит официально распространить, попасть в библиотечные каталоги и просто заявить о себе.
Присвоение индекса ISBN является платным, поскольку он выделяется издательству Российской книжной палатой на платной основе.
Любая книга без идентификатора ISBN чаще всего не сможет поступить в свободную продажу. Конечно, издать книгу небольшим тиражом можно и без ISBN, но тогда продать тираж книги через центральные магазины будет очень сложно.
Дело в том, что в книжных магазинах, движение товаров в которых контролируется с помощью автоматизированных учетных систем, учет книг ведется с помощью штрихового кода, который, в свою очередь, составляется на основе ISBN. Поэтому внести книгу в складскую базу товаров без ISBN не получится, как не получится выставить на продажу в торговый зал и оформить продажу с помощью POS-системы на кассе магазина.
Кроме того, присвоение кода ISBN является дополнительной гарантией признания ваших авторских прав на произведение. После внесения в реестр ISBN, о вашем произведении смогут узнать тысячи издателей во всем мире, большинство из которых регулярно просматривают последние обновления реестра по соответствующей тематике.
Так как к ISBN добавляется информация об авторе и издательстве, то заинтересованные лица всегда смогут с вами связаться. При обращении в другие издательства вы сможете заявить о предыдущих изданиях своего произведения и сообщить код ISBN.
Индексы ББК, УДК и авторский знак указывают на разделы библиотечных классификаторов и алфавитных каталогов, в которых изданная книга будет размещена исходя из сочетания букв в имени автора и тематики издания (художественная, техническая, учебная литература и т.п.). ББК, УДК и авторский знак принимаются по соответствующим алфавитным, цифровым и тематическим таблицам. Вместе эти три индекса образуют «шифр хранения», определяющий местоположение издания в фондах библиотек Российской Федерации.
Номер ISBN, где
978 – префикс EAN.UCC;
3 – номер регистрационной группы;
16 – номер регистранта;
148410– номер издания;
0– контрольная цифра.
Идентификаторы изданиям присваивают национальные агентства в области международной стандартной нумерации книг. В России это Российская книжная палата, в Белоруссии — Национальная книжная палата. Номера ISBN, присвоенные книгам до 2006 года издания включительно, состоят из аббревиатуры ISBN (независимо от языка издания) и 10 символов, разделенных дефисом или пробелом на четыре поля переменной длины:
· страна происхождения или группа стран, объединенная языком издания; присваивается Международным агентством ISBN. Число цифр в идентификаторе группы зависит от объемов выпуска книжной продукции (может быть больше одной), например: 0 и 1 — группа англоязычных стран, 2 — франкоязычных, 3 — немецкий, 4 — японский, 5 — русскоязычные страны (некоторые страны бывшего СССР, Россия), 7 — китайский язык, 80 — Чехия и Словакия, 600 — Иран, 953 — Хорватия, 985 — Белоруссия, 9956 — Камерун, 99948 — Эритрея. В целом, группам присвоены номера 0–7, 80–94, 950–993, 9940–9989, и 99900–99999;
· код издательства; присваивается Национальным агентством ISBN, при этом учитывается количество изданий, которое издатель намерен выпустить в свет. Более крупным издателям присваивается более короткий номер, чтобы сделать доступным больше знаков для нумерации изданий (суммарная длина номеров издателя и издания для ISBN, присваиваемого российским агентством, составляет восемь цифр).
· уникальный номер издания (в России — от 6 до 1 знака);
контрольная цифра (арабская от 0 до 9 или римская X); служит для проверки правильности числовой части ISBN. Расчет производит национальное агентство ISBN.
Дополнительная информация может быть найдена на сайте Международного Агентства ISBN и на сайте Российской книжной палаты.
Пять причин: почему книги переиздают и какие переиздания заслуживают внимания
Ностальгия об утраченной юности
Рем Колхас, «Нью-Йорк вне себя»
Колхас — легендарный архитектор родом из Нидерландов, лауреат самой престижной среди архитекторов Притцеровской премии. Помимо практической деятельности он занимается теорией архитектуры, ее исследованиями, является автором нескольких книг, из которых «Нью-Йорк вне себя» — самая известная. В ней Колхас разбирается в том, как устроена связь уникальной высотной архитектуры города (попутно рассказывая историю ее возникновения) с его социальным и культурным устройством.
Колхас, наряду с Захой Хадид, Ренцо Пиано и Сантьяго Калатравой, один из немногих зарубежных архитекторов, чье имя известно широкому российскому читателю. После появления в 2009 году института «Стрелка», он стал первым его программным директором — и в 2013 году, когда книга впервые появилась на русском, ей уже был обеспечен спрос: эстетическая революция конца нулевых — начала десятых уже достигла своего пика, а без урбанистики, которая стала ее неотъемлемой частью, не обходился ни один разговор в Москве и Петербурге, на ее достижения засматривались в регионах. Вместе со «Смертью и жизнью больших американских городов» Джейн Джекобс «Нью-Йорк вне себя» входил в обязательный список чтения молодых интеллектуалов, для которых слово «пространство» уже имело определенный образ.
Однако совсем скоро после появления на русском языке книга исчезла из оборота — институт «Стрелка» совсем не торопился ее допечатывать и переиздавать, хотя спрос на нее за эти годы не снижался — цена на первое издание книги на рынке старой книги начиналась от трех тысяч рублей. Новое издание, вышедшее в этом году, с новой малиновой обложкой с зеленым прямоугольником, отсылающим к геометрической форме Центрального парка в Нью-Йорке, логично стало бестселлером. Её читает и новое поколение читателей как просто книгу об архитектуре, урбанистике и Нью-Йорке, и те, для кого имя Колхаса еще десять лет назад было окружено почти священным ореолом, а наличие его книги в сумке или рюкзаке означало надежду на прекрасную Россию будущего, где будут цвести инновации и велодорожки будут такой же нормой, как достойное и уважительное обращение с согражданами.
Смена обстоятельств
Ольга Кушлина, «Страстоцвет»
Эта книга о связи комнатных растений и литературы серебряного века впервые вышла в 2001 году. Обаятельный и ироничный текст, замечательный материал, целый мир, уютный и прочный, в котором известные и неизвестные нам фигуры серебряного века — Валерий Брюсов, Тэффи, Иннокентий Анненский, Петр Потемкин — открываются с новой стороны. У книги есть еще вторая сторона — она издана в память мужа Кушлиной, одной из ключевых фигур неофициальной поэзии Ленинграда поэта Виктора Кривулина.
Нет ничего удивительного в том, что хорошие, умные книги ищут читателя долго. Несмотря на все достоинства, прекрасных людей, которые над ней работали, интеллектуальное издательство, прекрасную обложку, отсылающую к старинной обложке сборника Потемкина, «Страстоцвет! остался почти незамеченным — экземпляры первого тиража можно было встретить в магазинах спустя полтора десятилетия после выхода в свет. В этом году в «Издательстве Ивана Лимбаха» приняли решение переиздать книгу и получили разрешение Кушлиной. Это оказалось как нельзя кстати: за 20 лет между первым изданием и вторым многое изменилось. Выросло новое поколение, появился новый интерес к литературе серебряного века, во‑многом вызванный успехом «Полки» и поддержанный издательскими проектами (прежде всего «Редакции Елены Шубиной» — «Курсив мой»), пришла новая мода на комнатные растения (без них не обходится ни один интерьер — ни ресторана, ни квартиры), а новые медиа, прежде всего Instagram, обеспечивают ее популярность сейчас — новая обложка ничем не хуже старой, и ее грех не сфотографировать после прочтения и не написать отзыв. Сейчас о книге рассказывают и пишут все, издательство обрабатывает заказы, книжные магазины располагают ее на выкладках, и происходит главное чудо — спустя многие годы книга, имеющая потенциал литературной суперзвезды, наконец-то становится востребованной, прочитанной и нужной читателю.
Автор умер, да здравствует автор
Эдуард Лимонов, «Это я — Эдичка»
Опубликованный в 1979 году «Это я — Эдичка» принес Лимонову славу. Роман о трудностях эмиграции, отчаянии и непринятии, безвременье и злости, внутренней тюрьме и внутреннем освобождении, он понравился читателям и критикам еще и прекрасным языком — узнаваемый стиль Лимонова запомнился сразу и надолго. Глоток свежего воздуха для душных семидесятых.
Новый цикл
Владимир Набоков, «Лолита»
Легендарный и скандальный роман Владимира Набокова не нуждается в представлении: историю вожделения Гумберта Гумберта к юной Лолите неоднократно экранизировали, до наступления новой этики Лолита было именем нарицательным, книгой вдохновлялись многие писатели, о ней написаны сотни исследований, об ее интерпретациях споры не утихают до сих пор.
После перестройки Набокова не прекращали издавать, и «Лолита» не исключение. Интерес к тексту тоже остается стабильным, а вот рынок и исследовательский мир — меняются. Некоторое время назад права на издание Набокова в России перешли от издательской группы «Азбука-Аттикус» к издательству Corpus, входящему в группу «АСТ». Во‑первых, изменится оформление — книги Набокова перестанут троиться в серийных линейках «Азбуки» (под разный бюджет и вкус), где они были представлены в мягких и твердых обложках, и обретут единую форму — только hardcover. Во‑вторых, Набоков в Corpus обрел представителя и куратора — им стал Андрей Бабиков, талантливый текстолог и исследователь творчества писателя, публикатор ранее неизвестных его произведений и переводчик его текстов. На практике это наверняка означает, что тексты Набокова перед публикацией будут заново сверены, а в будущем, возможно, нас ждут и качественные комментированные издания, чего в случае набоковских книг отчаянно не хватает — это показывает пример комментария к «Дару», выпущенному Александром Долининым и мгновенно сметенному с прилавков. Это тот самый случай, когда неослабевающий интерес к творчеству писателя, к загадкам Набокова позволяет на новом цикле переиздания книг задуматься об имплементации накопленного исследователями-филологами опыта, сделать более видимой работу тех, кто на протяжении многих лет живет вместе с этими текстами и знает их так, как никто другой.
Классическое переиздание — попытка шанса
Иван Соллертинский, «Заметки о композиторах»
Музыковед Соллертинский не только один из умнейших и тончайших слушателей своего времени, но и персонаж ленинградской богемы: мы постоянно встречаем его в воспоминаниях и мемуарах середины прошлого века. В отличие от борцов с формализмом, он понимал и любил сложную академическую музыку, оставил книги о Шёнберге, Малере и Брукнере, дружил с Дмитрием Шостаковичем. Его статьи и заметки отличает замечательный стиль — читая их, хочется сказать банальность, что так о музыке сейчас уже не пишут.
Несмотря на масштаб фигуры, Соллертинского не баловали переизданиями в советское время — кажется, надеялись, что его имя просто растворится в воздухе. Во время перестройки и в постсоветское время предпринимались отдельные попытки переиздания, но они так и остались точечными, хотя, безусловно, творчество Соллертинского заслуживает качественно иного читательского и исследовательского внимания. К этой книге путь лежал именно через литературу: инициатором издания является Евгений Коган, исследователь и знаток ленинградской литературы 1920-х и 1930-х, составитель сборника «Слеза социализма», основатель книжного магазина «Бабель» в Тель-Авиве. Это еще один устоявшийся феномен нашего времени — когда владелец независимого книжного магазина видит, что на часть спроса его посетителей нет издательского ответа, включается в «гаражное» книгоиздание и издает редкую книгу небольшим тиражом — такие проекты существуют у книжных магазинов «Порядок слов», «Подписные издания», «Все свободны», «Фаланстер», «Смена» и др. Такой проект теперь есть и у «Бабеля» — до «Заметок о композиторах» там успели выйти «Полет герр Думкопфа» Дойвбера Левина и «Покойнишный вой по Ленине» Николая Хандзинского из того же географического и временного контекста. Каждое из таких переизданий потенциально несет взрывной потенциал популярности — вероятно, в случае с Соллертинским и новым трендом на сложную академическую музыку, вскоре мы его увидим.
