«Балай стукачилу за свисток» Лучший карманник СССР — о тайном языке воровского мира
В будущем году один из лучших карманников СССР Заур Зугумов, отсидевший 27 лет и известный в криминальных кругах как Зверь и Золоторучка, планирует опубликовать второй том словаря воровского жаргона. В этой книге автор расшифрует для обывателей уже не отдельные слова, а целые фразы, смысл которых понятен лишь тем, кто знаком с криминальным миром не понаслышке. При этом на создание воровского словаря автора подтолкнули сотрудники Интерпола, которым неожиданно потребовалась помощь человека, знающего тайный смысл этих странных слов. Об истории написания своих книг и наиболее ярких примерах воровского жаргона «Ленте.ру» рассказал сам Заур Зугумов.
Совет с Лубянки
Все началось в 2004 году. Я как раз находился в издательстве, где выходили мои книги, когда в редакцию неожиданно приехали сотрудники Интерпола и попросили меня проехать с ними. Через час мы оказались в здании российского бюро. Меня провели в огромную комнату, где сразу бросился в глаза большой круглый стол, заваленный какими-то книгами. Все они были раскрыты. Как позже выяснилось, это были словари воровской фени (воровского жаргона), изданные в разные годы и разными авторами. Большинство вышло в 90-е — время, когда в стране уже не было цензуры.
Материалы по теме
Поботали по душам
Жиган или пинчер
В комнате находились пятеро офицеров Интерпола: немец, француз, русский и двое — из англоязычных стран. Соотечественник, как позже выяснилось, оказался в чине генерала; с ним мне и пришлось общаться. Как выяснилось, международная организация столкнулась с проблемой: был перехвачен телефонный разговор, который собеседники (если не ошибаюсь, оружейные бароны) из разных стран вели по фене, причем колымской. Вот так она звучит:
«Балай стукачилу за свисток и прикошатни его, а то петь начнет до шухера» / Хватай стукача за горло и придуши его, а то болтать начнет, беду накличет.
Эволюция жаргона
Вообще, жаргон был придуман в местах лишения свободы, а точнее, еще на каторге в дореволюционной России, с тем, чтобы надзиратели не могли понять, о чем говорят заключенные. Со временем, конечно же, надзиратели узнавали значение тех или иных слов и словосочетаний, но и тюремные лингвисты без дела не сидели. Менялись слова, прибаутки и присказки, но их значения оставались прежними. В плане смыслов ничего не поменялось с дореволюционных времен — но формы очень изменчивы. Бывает, что прежние значения уступают место новым, а бывает, что они существуют параллельно, поэтому жаргон не просто изучать.
Вот лишь несколько примеров. Скажем, слово «заарканить» — сделать кого-то подвластным себе, извлекая из этого пользу. Это происходит, к примеру, когда человека шантажируют, или узнав о его слабостях, умело играют на них. Термин «заарканить» употреблялся с дореволюционных времен и где-то до середины ХХ века по всему СССР. Позже ему на смену пришло менее цензурное словосочетание, которое я приводить не буду.
«Заарканить его не было проблем, ведь я знал всю его подноготную».
Другой пример — «завали жало», то есть заткнись, перестань трепаться. Так говорят человеку, который уже не раз говорил лишнее, точнее, проявлял некомпетентность при разговорах на воровскую тему. Это словосочетание также употреблялось с дореволюционных времен и примерно до середины ХХ века по всему Союзу, пока ему на смену не пришло другое — «за метлой следи».
«Завали жало, щенок, дай послушать сведущих людей».
«Закоцать стиры» — произвести над стирами (лагерный вариант карт) ряд операций, в том числе и нанесение крапа (меток) под какую-либо определенную игру, к примеру, под «очко». Употреблялось примерно с начала 30-х до середины 60-х годов XX века на всей территории СССР, в основном в местах лишения свободы. Позже было заменено словосочетанием «зарядить пулемет».
«Чтобы закоцать стиры по уму, нужно не один день провести за решеткой».
Мыслить по фене
Надо понимать, что люди из уголовной среды не используют жаргонные слова лишь затем, чтобы скрыть смысл своих фраз от посторонних — они на фене и думают, и разговаривают. Приведу такой пример. Допустим, идет суд по делу о групповом изнасиловании. Выступил первый подсудимый, рассказал, как было совершено преступление. Потом встает второй — и добавляет:
«Кент дела ботает, бикса была в жилу, но сука» / Товарищ говорит правду, женщина была что надо, но выдала нас правоохранительным органам».
Этот странный язык — питерская феня, одна из трех. А вот пример колымской — той самой, которая ввела в ступор бывалых сотрудников Интерпола.
«Волком не смотри, он черноту не раскидывает и пузыри не пускает! Памарки у него, точняк» / Не подозревай напрасно. Он не притворяется и не обманывает, что ничего не помнит. Я знаю».
Самая же распространенная феня — общероссийская, которая, как следует из названия, встречается по всей стране. Ее оборот, к примеру, может быть таким:
«Такому, как он, быть у дяди на поруках равносильно новому сроку».
Это странное выражение — «быть у дяди на поруках» — означает находиться под надзором в правоохранительных органах по месту жительства. Освободившемуся из мест лишения свободы злостному нарушителю режима содержания по месту его жительства посылали соответствующую характеристику, исходя из которой ему определяли надзор. Как правило, его давали на год, но он мог продолжаться и до трех лет. Если в течение этого времени поднадзорный совершал три нарушения, его вновь заключали под стражу сроком до трех лет. Словосочетание употреблялось с начала 60-х и до середины 90-х годов ХХ века, когда был принят новый УК, по которому за нарушения надзора уголовная ответственность в виде трехлетнего лишения свободы исключалась повсеместно.
Тюремные шифровки
У общероссийской фени есть обороты на все случаи жизни. Скажем, фраза «Вася, крой — грачи летят, не накроешь — улетят» горячо любима картежниками. Это обращение к товарищу, как правило, в тот момент, когда за решетку приходит очередной этап. Смысл призыва в том, чтобы остановить арестанта-новичка и вовлечь в азартную карточную игру; если этого не сделать сразу, потом уже не получится. Позже арестанты-земляки или знакомые объяснят порядки на зоне, и жертву уже не обманешь.
«Вспороть брюхо медведю было воровской профессией адмирала Нельсона [кличка], ибо он был непревзойденный медвежатник».
«В случае запала было решено завалить пса, который шел на хвосте у банды, ибо они [бандиты] знали, с кем имеют дело».
Другое расхожее выражение, распространившееся по всему Союзу, — «вязать концы зеленому прокурору», то есть готовиться к побегу с наступлением весны. Оно употребляется примерно с середины 30-х годов XX века главным образом в местах лишения свободы.
«Еще зимой мы решили, что вязать концы будем зеленому прокурору».
Сегодня на воровской фене говорят по всей России. По тому, какой путь прошла наша тюремная лексика, можно судить об эволюции российской тюрьмы и ее обитателей. Пока существует тюрьма, будет и феня, а значит, тюремная субкультура еще долго не уйдет в прошлое, как бы часто ее ни хоронили.
Черный список: слова, которые мы зря произносим, не зная их происхождение
Спойлер: они из словаря уголовников. И часть из них успела прижиться в вашем лексиконе.
Богатый русский язык невозможно представить без жаргонизмов — слов или словосочетаний, которые употребляют определенные группы носителей языка. К примеру, каждый любитель компьютерных игр с легкостью ответит, что такое «респаун» (возвращение персонажа к жизни после того, как он был убит). А из армейского жаргона в повседневную жизнь перекочевало слово «салага».
Ни для кого не секрет, что свой жаргон есть и у преступников. Более того, многие выражения нам знакомы, а некоторые и вовсе стали привычными. Если вы знаете, что такое «ботать по фене», но никогда не слышали про «пахана» и «баклана», приготовьтесь к небольшому ликбезу. Рассказываем про словарь уголовников, которым не стоит пользоваться.
История воровского жаргона
У уголовного жаргона есть несколько целей: во-первых, благодаря «фене» участники преступного сообщества могут отделиться от социума и противопоставить себя законопослушным гражданам. Не менее важное предназначение жаргона — запутать стороннего слушателя, ведь смысл беседы заключенных для него становится абсолютно непостижимым. В воровском жаргоне отражена иерархия мира преступников: авторитеты слышат в свой адрес уважительные выражения, а вот те, кому не удалось подняться на верхние ступени иерархии, являются носителями обидных кличек.
Жаргон зародился очень давно: примерно в XIX веке преступники заимствовали арго, использовавшийся бродячими торговцами офенями — так появилось знакомое название «феня». В воровском жаргоне присутствуют слова из идиша (еврейский язык германской группы), заимствования из украинского и других языков. Особый язык исправительных колоний прославили писатели в 1930–1950-е годы: в своих трудах его употребляли Дмитрий Лихачев и Александр Солженицын. В результате многие слова из воровского жаргона перешли не только в разговорный, но и в литературный русский язык.
Слова, которые стали для нас привычными
Зачастую во время речи мы не задумываемся, откуда в наш язык пришло то или иное слово. А ведь многие выражения, которые стали для нас обыденностью, появились в лексиконе именно из воровского жаргона. Приводим самые распространенные варианты.
«Понт»
В арго у термина было несколько трактовок: отвлечение внимания; действие, которое совершают напоказ; демонстрированная роскошь. Популярность к слову «понт» пришла еще в дореволюционное время. В нулевые оно распространилось среди молодежи — так описывали что-то слишком вычурное. Кстати, когда-то «понтом» именовали жертву шулера, воровской прием, помогавший отвлечь ее внимание.
«Кент»
Если спросить, что значит «кент», большинство ответит «близкий друг» или «товарищ». Но мало кто задумывается, что в воровской среде «кентом» называют соучастника преступления или того, кто придерживается криминальных понятий.
Проникшие в повседневную речь и ставшие общепринятыми некоторые термины и выражения из уголовного жаргона
также известного как «феня, блатной / тюремный / воровской жаргон».
Очень многие, употребляя в обиходе определенные далеко неоднозначные слова и довольно специфические фразы, даже и не подозревают, что эти выражения берут свое начало из криминального мира, а сейчас эти понятия являются общепринятыми, и любой человек, никогда не сталкивавшийся с тюремным укладом жизни, поймет значения этих выражений.
Вполне обычные слова, произносимые чаще всего в обычном кухонном разговоре или посиделках за столом, используются в совершенном ином понятии, некогда перекочевавших из тюремного лексикона. Происхождение таких понятий обуславливается естественной необходимостью в конспирации любой криминальной группы людей и коммуникации между собой.
Разборка — данное слово ранее использовалось в узком смысле только как особое тюремное понятие, определяющее любое выяснение отношений между заключенными или группами заключенных, сейчас же, употребляется в обычной разговорной речи для обозначения выяснения отношений, конфликта между кем-либо. Следующие слова, проникшие в повседневную речь, некогда использовались только определенными кругами людей. [Некоторые моменты могут быть спорными, однако, в таких случаях важную роль имеет популяризация конкретного понятия именно в уголовном жаргоне]:
(Спорное происхождение, однако, в современном понимании этого слова, популяризовалось именно в воровском жаргоне.) Возможно, слово родственно: а) слову «schmock» в идише, где оно имеет значение «неприятный человек», «неопрятный, не следящий за своей внешностью». б) арм.: части материального обеспечения. Отсюда «чмошники» — презрительное обозначение служащих этих частей.
Рамсить-выяснять отношение или ситуацию,но не как недумать
Как Юрий Ковальчук берег Ладоги захватил
Взываю к Силе Пикабу! Прошу помощи в распространении и огласке!
Путешествуя этой осенью по Карелии, у мыса Таруниеми близ поселка Тарулинна, расположенного неподалеку от Ладожских шхер, меня ждал неприятный сюрприз. Проход по берегу Ладоги был наглухо перекрыт забором. На заборе красовались угрожающие надписи «Проход запрещен! Охраняемая территория» и висели большие пучки видеокамер.
Это место расположено рядом с известной точкой притяжения Северного Приладожья — «Дачей Винтера». Ее первый владелец — Густав Винтер — был выдающимся врачом и заметным общественным деятелем, приложившим в начале XX века много усилий для развития этого района. На территории мыса Таруниеми Винтер собрал замечательный дендропарк, организовал общественную зону отдыха и сделал ее местом притяжения того времени.
В современной России подобная красота зачастую привлекает людей другого сорта. Фактически на данных землях обосновался Юрий Ковальчук. За этим человеком закреплено много ярлыков: «крупнейший акционер и бывший председатель банка «Россия», «медиа-магнат», «активный инвестор недвижимости». Но решающими и многое определяющими в современной России являются другие ярлыки — «близкий друг Путина» и «учредитель дачного кооператива Озеро». И тут, к сожалению, начинает работать правило: «Друзьям — всё, врагам — закон!»
Берегозахват блокирует проход по берегу Ладоги с двух сторон. Заборы, мешающие проходу, можно найти по координатам 61.651573, 30.687868 и 61.647938, 30.683533.
Этот захват береговой полосы Ладожского озера нагло нарушает Водный кодекс Российской Федерации:
ВК РФ Статья 6. Водные объекты общего пользования
.
2. Каждый гражданин вправе иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для личных и бытовых нужд.
.
6. Полоса земли вдоль береговой линии (границы водного объекта) водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров.
.
8. Каждый гражданин вправе пользоваться (без использования механических транспортных средств) береговой полосой водных объектов общего пользования для передвижения и пребывания около них, в том числе для осуществления любительского рыболовства и причаливания плавучих средств.
Располагается берегозахват на участке земли с кадастровым номером 10:07:0062205:161 (для его быстрого поиска можно воспользоваться публичной кадастровой картой).
На территории этого «особо охраняемого участка» расположены роскошные дома, пирс с шикарными яхтами и собственная вертолетная площадка. В общем, скромное обаяние буржуазии во всей красе.
При этом сам участок по периметру обнесен забором, исключающим попадание на территорию простых смертных.
Выписка из ЕГРН сообщает нам, что участок 10:07:0062205:161 принадлежит «Российской Федерации», но уже давно отдан в аренду ООО «Прайм» (ИНН 7801206670).
Эта фирма напрямую связана с Юрием Ковальчуком. Ее учредителем является НП «Поддержка предпринимательских инициатив» (ИНН 7801182115). У обоих юридических лиц генеральным директором значится Клявина Елена Тимофеевна, а юридическим адресом указан «г Санкт-Петербург, проспект Большой В.О., 9/6». В свою очередь учредителями НП «Поддержка предпринимательских инициатив» являются Юрий Ковальчук и его сын Борис Ковальчук.
Как бы внутри участка 10:07:0062205:161 расположен участок 10:07:0062205:227. Согласно выписке из ЕГРН его собственником уже напрямую является Юрий Ковальчук. Именно на этом участке и находятся «скромные домики».
Расположенный рядом отель «Дача Винтера» также связан с Юрием Ковальчуком. Это можно проследить по следующей цепочке: ООО «Дача Винтера» (ИНН 1007022598) → Учредитель: ООО «Норд Парк» (ИНН 7813263746) → Учредитель: ООО «Консалт» (ИНН 7801211486, юр.адрес: г Санкт-Петербург, проспект Большой В.О., 9/6) → Учредитель: ООО «Арконн» (ИНН 7801165134, гендир Клявина Елена Тимофеевна, юр.адрес: г Санкт-Петербург, проспект Большой В.О., 9/6) → Учредители: ООО «Онега» (ИНН 7801685415, гендир Клявина Елена Тимофеевна, юр.адрес: г Санкт-Петербург, проспект Большой В.О., 9/6) → Учредитель: НП «ПРЭС» (ИНН 7801684813, гендир Клявина Елена Тимофеевна, юр.адрес: г Санкт-Петербург, проспект Большой В.О., 9/6) → Учредители: Ковальчук Юрий Валентинович и Ковальчук Татьяна Александровна (жена Юрия Ковальчука).
К слову, адрес на Большом проспекте Васильевского острова, мелькающий у многих упомянутых юр.лиц, носит негласное название «Большой дом 9» и связан с начальными этапами становления банка «Россия». Он является адресом регистрации ключевых фирм Ковальчука.
Фирма «Прайм» — важный элемент в империи Ковальчука, связанный с официальными резиденциями и местами отдыха Путина. Ее усилиям кооператив Озеро пускает свои щупальца во многие заповедные уголки Карелии, Ленинградской области, Валдая и других регионов.
Как выяснилось, с этим берегозахватом уже давно сражаются местные жители и активисты движения «Против захвата озер»/«Открытый берег». О нем выпускал репортаж «Дождь». Но забор, как феникс, с завидным постоянством возрождается вновь и вновь.
Увы, на нарушения подобными лендлордами Водного и прочего законодательства, местная администрация зачастую закрывает глаза, а органы контроля и надзора, вроде Росприроднадзора и Природоохранной прокуратуры, нехотя выполняют свои обязанности, стараясь спустить на тормозах и замолчать имеющиеся нарушения.
Несмотря на это по факту данного берегозахвата были поданы жалобы.
Но в подобной ситуации гораздо более важную роль играет огласка и распространение. Так что взываю к Силе Пикабу! Давайте поднажмем и сделаем берега Ладоги доступными для всех 😉
Привычные слова, которые пришли из тюремного жаргона
Уголовный (тюремный) жаргон, который часто называют феней, является особым диалектом людей, отбывающих наказание в исправительных учреждениях.
Криминальная среда ещё в XIX веке (а возможно, и ранее) переняла арго, первоначально использовавшееся бродячими торговцами — офенями (отсюда и происходит слово «феня»). Российский воровской жаргон включает также элементы из идиша, украинского и других языков.
Рассмотрим, какие слова из нашей повседневной речи пришли к нам из тюремного лексикона.
На языке арго этот термин имел несколько значений: отвлечение внимания, польза, действие, совершаемое напоказ, демонстративная роскошь. Употреблять слово стали ещё в дореволюционное время: «Этот понт будешь не перед братвой выкидывать». В нулевые часто использовалось в основном молодёжью для описания вычурности или напускной важности («парень на понтах», «дешёвые понты»).
Изначально тусовкой называли сообщество преступников. Впоследствии слово приобрело более нейтральное значение — группа людей, объединённых общими интересами, или вечеринка.
Если сейчас мы шутливо называем кентом своего друга или товарища, то в криминальном мире кентом является соучастник преступления или человек, придерживающийся криминальных понятий: «Таких кентов ещё поискать нужно».
Беспределом раньше называли любой отход от воровских законов («Он не хотел терпеть такой беспредел на зоне»), а сейчас слово повсеместно употребляется в значении «произвол, отсутствие правил».
Мы называем косяком какую-то ошибку — значительную или не очень. А в уголовном мире косяк — это один заключённый или группа заключённых, а также косой взгляд или оплошность: «За этот косяк ему придётся держать ответ перед братвой».
Это уже посерьёзнее косяка. Облажаться — значит полностью провалить дело и не справиться с задачей: «Я представить себе не мог, что мы так облажаемся». А на фене лажей называют позор: «Лично для меня это — лажа».
Дать себя обмануть, поверить лживым обещаниям. Для новичков на зонах часто устраивают проверки, и в них главное — не повестись.
В криминальной сфере братва — это совокупность членов определённой преступной группировки, банда. В обычной жизни мы называем братвой своих приятелей, друзей.
1 000 рублей косарём начали называть в арго, а после этот термин проник в мирную жизнь и успешно закрепился в ней — особенно в сленге молодёжи. Хотя, согласно «Историко-этимологическому толковому словарю преступного мира» Заура Зугумова, в сталинское время у слова существовало другое значение: косарь — заключённый, который пытался избежать наказания путём причинения вреда своему здоровью.
Несмотря на то что более распространён вариант «кипиш», «Словарь русского арго» под редакцией Владимира Елистратова отмечает только форму «кипеж» и в этом же виде слово указано на орфографическом академическом ресурсе «Академос» Института русского языка им. В. В. Виноградова. На зоне кипеж обозначает драку, а за пределами тюрьмы — любой шум, неразбериху или переполох.
Стукачами в местах лишения свободы являются любые доносчики, которые сотрудничают с администрацией. В обычной жизни мы можем назвать стукачом ябеду или человека, который пожаловался — например, в органы.
На зоне шестёрка — это человек, который прислуживает ворам: «У него была личная шестёрка». Слово получило намного более широкое применение, и шестёркой называют человека низкого чина или чьего-то приспешника.
Согласно «Словарю русского арго» Владимира Елистратова, наезжать на кого-то — значит идти на конфликт, искать ссоры. Лексема успешно вышла за пределы криминального мира и стала употребляться повсеместно.
Хуже что блатная психология пропитала общество
Вот меня тоже слегка бесит, когда пишут «кипиш», да ещё бывает и с мягким знаком.
ништяк, просак, цирлы
Что ж ты, фраер, сдал назад?
От этого идиотизма избавляться надо, а не в массы нести.
ТС, для тебя это «повседневная жизнь».
Это жаргонизмы. которые никак нельзя применить в официальном я зыке, да и в разговорном только в неформальных беседах!
И, кстати, п.9 Косарь, это 100 руб, пошел со времен, когда в ходу была 100-рублевая купюра с портретом Екатерины, там она смотрит искоса
ждём, щас поддянуться уважаемы каторжане, оценят, и поставят оценку этому толковому пацику, который знает феню как свои 5 пальцев.
Где чалился бродяга?
Хотя, согласно «Историко-этимологическому толковому словарю преступного мира» Заура Зугумова, в сталинское время у слова существовало другое значение: косарь — заключённый, который пытался избежать наказания путём причинения вреда своему здоровью.
Сегодня кент, а завтра мент
А где определения терминов «штрих», «мусар», «западло»?
