«Я разрешила себе рыдать». Как научиться жить после потери близкого
Много лет я жила беззаботной жизнью, шутила, что моя душа выбрала в этот раз воплощение, чтобы прийти сюда на каникулы. У меня были любящие родители, благоприятные обстоятельства, интересные занятия, хорошие друзья и возможность самореализации — многое давалось легко. Потом, лет в 35 резко пришлось повзрослеть.
Одного за другим жизнь начала забирать близких. Сначала ушла тетя. Через два месяца — отец. Потом еще одна тетя. Не стало кошки, которая была членом семьи и прожила со мной 14 лет. Еще через год мамы. И через год, в этом августе, когда я была уверена, что темные времена наконец позади — новорожденного сына.
В этих утратах я научилась скорбеть. Не сразу.
Разрешить себе боль
Когда не стало папы, времени себя жалеть не было. Была другая страна за окном (родители жили в Германии, а я в Петербурге), была забота о маме, документы, переводы, организация дел.
Пока я была в Германии, мой небольшой бизнес в России стал то и дело садиться на мель. Потом мы ушли в минус. Еще несколько лет назад клиенты отказывались решать дела удаленно, и сделки не заключались. Месяца через 4, когда я вернулась в Россию, вытащила из оперативных минусов свое агентство и поняла, что больше, наконец, никого не надо спасать, мне стало больно. Уже за себя.
Но я не разрешила себе эту боль. Мне показалось, что плакать уже поздно.
Что позади столько времени. Что плакать глупо и неуместно. Когда я видела где-то на улице мужчин папиного типажа, в горле вставал ком. Иногда по вечерам меня прорывало рыдать, но я боялась испугать своей эмоцией мужа.
— Расскажи мне про него, каким он был? Что самое яркое про него ты вспомнишь? — спросила меня про папу на деловой встрече в тренинговом центре психолог. Спросила, кажется, не ожидая ответов. И выдала пачку бумажных носовых платков.
Она же научила меня методу отложенного горевания. Отложенного не в том плане, как применяла его я, контейнируя в дальние углы сердца, а в том, как оставаться уместной, как давать себе ресурс и на дела, и на горе.
Для проживания горя, после самой первой и острой стадии, выделять себе четкое время, когда можно быть одной, дома и в безопасности. Ну или если и не одной, то там, где есть спокойное пространство хотя бы на 20 минут. Скажем, 21:00. И каждый раз, когда накатывает болью и слезами в другое время, говорить себе, что я дам им место и время, но попозже. Заключить с собой пакт. Не запрещать горевать.
Жить за себя и родителей
Что я делала и как себя чувствовала, когда не стало мамы, я точно не помню. Я не убивалась, но жизнь была словно в тумане. На следующий после смерти день, помню, я поехала в центр города, пила кофе, слушала музыку уличных исполнителей, смотрела на солнце, на июльские цветы, на ярких людей. Во мне было щемящее чувство остроты жизни и ощущение, что моя главная задача теперь — жить. Жить за себя и за родителей. А еще быть счастливой, потому что именно этого они бы хотели.
Что было заметно, так это то, что не было сил. Как будто мой внутренний аккумулятор стал слабее на 40%. Можно было сколько угодно спать, стараться правильно и вкусно себя кормить, водить в бассейн и на массаж, но от привычных усилий в момент приходила усталость.
Никак было не перестроиться в плане работы. Правда, тут на помощь пришла пандемия. Работа в агентстве снова почти стояла. Из-за снижения работоспособности я не могла нас куда-то выдернуть, резко спасти, отпустила половину команды, но тут в целом было непросто всем.
После папиной смерти, когда он мне снился, я все спрашивала его, как же так, ведь он умер? Когда умерла мама, почти во всех моих снах она снова была живой. Эти сны мне снятся и по сей день, хотя прошло больше года. В некоторых снах она снова болеет. В других просто почему-то должна уйти в место без связи через пару часов. Скорбь по ней тоже перешла в моем случае в действия, потому что нужно было разбирать ту квартиру, где они с папой прожили почти 18 лет.
Как снится мне мама, так снятся и бесконечные кладовки, чемоданы, шкафы. Я все разбираю и разбираю их в той квартире.
Мне кажется, в этом кроется какое-то медленное отпускание родителей из моей жизни.
Грусть по маме похожа на нее саму. Она бережна ко мне. Как ни странно, ужас от невозможности попасть из-за ковида в Германию, когда мы узнали о том, что маме остались годы, месяцы или даже недели, был сильней той боли, какой-то очень светлой, когда мама ушла. Я часто думаю, что давно не звонила ей. Продолжаю загадывать, чтобы она не болела, когда вижу совпадение цифр на часах. Не перестроиться, что ее уже нет.
Время от времени, когда накатывает осознание, что ее не вернуть, на глаза наворачиваются слезы, но в этот момент я словно чувствую ее рядом, как будто она обнимает.
Тем летом, когда ее не стало, я пару месяцев жила одна в той квартире и плакать себе разрешала. Не боялась никого напугать. Поэтому горе проживалось иначе. Наверное, правильней.
Рыдать, чтобы не разорвало в клочья
Когда на четвертый день после родов я проснулась и стала мамой без малыша, там, у стен реанимации, я взвыла в голос. День за днем я разрешала себе рыдать. Мне казалось, что если это горе я оставлю в себе, то оно разорвет меня в клочья. Рыдать мужу, психологу, рыдать при враче, при друзьях. Я вдруг отпустила свое «а что подумают» — насколько смогла.
Важным советом в одной из книг или статей для меня стала идея признать себя пострадавшей, вместо того, чтобы держать себя молодцом или себя же винить.
Впервые в жизни я смогла войти в острое горе, не пытаясь быть сдержанной, дала себе право быть в нем столько, сколько оно будет просить, и через пару недель поняла, что смогла улыбнуться.
Тогда же или чуть раньше я начала писать. Писать про свою историю, про свои дни, про мысли и про надежды. Это горе стало горем созидательным. Стадия проживания гнева вылилась в злость на то, как бывает, на то, что не принято говорить об утратах, на то, как табуированность темы смерти заставляет людей молчать, а горе разрушает их изнутри. Мне захотелось изменить эту ситуацию.
Дать себе время
Своими примерами я хочу рассказать, что горе бывает разным. Нет «правильного» или «неправильного» пути. Кто-то горюет месяц и снова возвращается в жизнь. Кто-то горюет годами.
Психологи говорят, что первичная адаптация к утрате длится год. После начинается интеграция обратно в окружающий мир, возвращается интерес к жизни. Для полного восстановления потребуется три года. За это время возвращается прежний запас энергии, выстраиваются заново жизненные ценности, затягивается «дыра» в душе. У отдельных людей эта стадия может быть и до пяти лет.
Первый год кого-то уносит в эмоциональную тьму, а у кого-то кончаются силы.
Если горе случилось с вами, дайте себе время. Много времени. Дайте себе годы, в которые важно быть бережными к себе, в которые будет совсем нормально, если у вас вдруг мало сил, если вдруг хочется плакать.
Заботьтесь о своем теле. Не бойтесь обратиться к психологам, особенно к тем, кто умеет работать с утратой. Вы никому не должны — ни быть в форме через месяц или даже год, ни постоянно рыдать. Чужие ожидания происходят тоже от незнания, неумения, непонимания.
Как помочь близкому, у которого случилось горе
Если горе случилось с вашими близкими, будьте рядом с ними. Не бойтесь плакать с ними вместе. Спросите, хотят ли они поговорить о том, кого потеряли. Дайте им возможность выговориться, чтобы они не чувствовали себя в изоляции. Именно изоляция стопорит горе, человек застревает в нем, в своих эмоциях. Не дает себе на них права.
Многие избегают темы разговоров об усопшем, словно боятся ранить горюющих, но обычно горюющим, наоборот, важно поговорить о тех, кого уже нет. Это помогает открывать чувства, освободить слезы или радость, помогает признать, что они важны для нас, что они были, что они оставили след в жизни. Их нельзя отменить.
Если ваш близкий закрывается, избегает общения, то тогда, скорее всего, ему действительно хочется побыть одному. Но важно помнить, что многим сложно просить о помощи.
Если вы хотите позаботиться о близком, спросите его напрямую, можно ли к нему приехать. Предложите конкретную помощь. Фразы «обращайся, если что-то нужно» или «могу ли я тебе чем-то помочь» звучат скорее как проявление вежливости. Требуется большая близость, чтобы обратиться к тем, кто предлагает такое.
Если вы хотите быть действительно полезны человеку, предложите что-то конкретное. «Хочешь, я тебе привезу вкусных домашних котлет?» «Скажи, ты не будешь против, если я тебе закажу фруктов? Каких ты бы хотел?» «Давай я свожу тебя в поликлинику, когда тебе назначено?»
Не торопить людей в проживании горя
В принципе, советов, как поддержать близкого, у которого случилось горе, довольно много в сети и в книгах. Многие уже не раз читали и про стадии горевания, и про то, что они не всегда идут подряд, и могут несколько раз сменять одна другую, и могут быть неравномерны по длительности. То есть информация, чтобы быть «подкованными» в первые моменты, у нас есть. Как правило, сложность возникает чуть позже. И прямо сейчас мы с этим столкнулись сами.
Где-то через 2-3 недели, когда близкие увидели, что мы стали устойчивей, они переключились на свои дела.
И это нормально, у всех своя жизнь, мы не казались больше теми, с кем постоянно надо сидеть, держа за руку. Но они сделали так много для нас, что было очень сложно снова попросить о помощи и внимании.
Если взять весь мой опыт проживания утрат самых близких людей, я бы собрала следующие ловушки, связанные с примерными временными рамками, в которых может оказаться горюющий:
Если трагедия утраты близкого человека коснулась вашего близкого, человека, который вам действительно дорог, то постарайтесь первый год быть ближе, чаще спрашивать, как дела, предлагать встретиться и посидеть вместе, чем-то помочь. Поощряйте его разговоры об ушедшем, говорите о смыслах жизни и смерти, дайте понять, что его эмоции, какими бы они ни были, горестными или счастливыми — совершенно нормальны.
Выяснили, какие чувства могут возникать в этот период и как помочь себе пережить потерю. Для этого мы изучили исследования горевания и поговорили с семейным психотерапевтом Ольгой Шавеко, которая специализируется на работе с травмой и утратой.
С какими чувствами можно столкнуться после утраты?
Переживание утраты зависит от личностных особенностей, социального окружения, отношения к смерти и отношений с мамой. В первые дни и недели после потери многие люди не могут ходить на работу и не справляться с бытовыми делами, потому что это острая фаза горевания.
Исследователь горевания Вильям Ворден пишет, что горевание и другие чувства нужны, чтобы адаптироваться к утрате. Есть ряд ощущений, которые люди обычно называют, описывая свой опыт горевания — любые из них нормальны. Согласно данным благотворительной организации Independent Age, люди после смерти близкого могут испытывать:
Ваш опыт может отличаться. Нормально, если вам сложно определить, какое конкретно чувство вы испытываете. Сильные эмоции могут пугать, но обычно со временем они становятся слабее.
Известны пять стадий, через которые проходит человек во время потери близкого: отрицание, агрессия, торг, депрессия и принятие. Но важно помнить, что процесс горевания не идёт чётко по стадиям. Стадии очень условны, и многое зависит от ситуации, от особенностей человека, от того, какая поддержка есть рядом.
По стадиям обычно проходят много раз, и сила эмоций постепенно снижается. До принятия возможно дойти не всегда. Тогда процесс горевания может становиться хроническим и растягиваться на длительное время.
Что делать, если возникает чувство вины?
Вина возникает, когда человек верит, что его действия или бездействие как-то ухудшили ситуацию. Психолог Эдвард Кубани выявил, что люди, пережившие травмирующее событие, часто искажают свою роль в нём. Например, преувеличивают степень своей ответственности или думают, что поступили неправильно. Это искажения нашего мышления, их можно замечать в процессе самоанализа или разбирать вместе с психологом.
Клинические психологи Мэттью Валлей и Хардип Каур в статье для сайта Psychology Tools предлагают такое упражнение, чтобы справиться с чувством вины:
Женщины часто приходят ко мне с сожалениями о том, что не успели поговорить с мамой, с невысказанными обидами. В этой ситуации помогает написать письмо и высказать в нём всё, что не удалось при жизни. С письмом можно поступить как угодно: оставить, сжечь, порвать. Если почувствуете, что одного письма недостаточно, пишите ещё.
Иногда люди чувствуют вину, потому что думают, что как-то не так ухаживали за больной или недостаточно были рядом. Вина может быть, и это нормально испытывать её, но важно понимать, что она не должна вас захлёстывать. «Если бы я поступила по-другому, всё было бы иначе» — нет. Пока человек себя винит, он не принимает факт потери, прокручивает в голове моменты, как всё можно было бы исправить.
Чтобы не впадать в самообвинение, важно помнить, что вы не знали последствий и не могли поступить по-другому. Даже если вы поругались с мамой накануне, можно взглянуть на это так: решение, которое приняли тогда, было единственно возможным в тех обстоятельствах.
А если нет горя, это нормально?
Иногда бывает, что у матери с ребёнком не сложилось близких отношений. Тогда, хоть мама и родной по крови человек, возможно, её ребёнок может не испытывать горя от смерти матери.
После смерти мамы можно почувствовать облегчение, если отношения были плохими. Тогда можно ощутить, что конфликты и обиды прекратились. Сложно принять чувство облегчения и радости из-за вины. Ведь мама умерла, и в такой ситуации принято скорбеть. Но любые эмоции — нормальны, можно позволить себе чувствовать их.
Также может возникать облегчение, если мама долго болела и за ней было тяжело ухаживать. Когда человек устал и выгорел во время ухода, то он может испытывать облегчение, что тяжёлая работа закончилась. И это тоже нормальное чувство.
Можно ли как-то психологически подготовить себя заранее?
Если вы задумываетесь о том, что почувствуете во время утраты, можно попытаться изучить собственное отношение к смерти. Например, спросить себя, что в ней больше всего пугает. Это поможет постепенно свыкнуться с фактом, что рано или поздно можно столкнуться с потерей близкого человека.
При этом психиатр Эбигейл Бреннер в публикации для сервиса по поиску психотерапевтов подчёркивает, что утрата будет болезненным и тяжёлым переживанием, даже если вы будете готовиться к ней.
Смерть близкого человека — большая потеря, которая может вызвать много изменений в жизни. Горевание не заканчивается быстро, и часто человеку приходится адаптироваться не только к потере близкого, но и к тому, что привычный порядок вещей изменится.
В этот момент можно обращать внимание на своё самочувствие, чтобы не выгореть. Человек с выгоранием часто становится циничным и раздражительным, у него не остаётся сил на эмпатию и общение с мамой. А продолжать общаться, брать за руку, важно, чтобы чтобы задать все вопросы и выразить чувства, пока мама может на них ответить.
В научном журнале «Вестник ТвГУ» приводят результаты сравнительного исследования переживаний людей, столкнувшихся с потерей: у одних близкий ушёл внезапно, у других — медленно, в результате болезни. Выяснилось, что с внезапной смертью сложнее смириться. Столкнувшиеся с такой ситуацией склонны винить себя за прошлые конфликты с близким и за то, что не могли попрощаться.
Но потерявшие близких от длительной болезни острее переживают печаль. Это связано с тем, что они долгое время находились в подавленном состоянии из-за тяжёлого состояния близкого и невозможности помочь ему выздороветь. Поэтому, если вы ухаживаете за мамой во время болезни, важно выкраивать себе время на отдых.
Что я чувствовала? Мне было очень больно. Очень горько. Я не понимала, почему? Как? Почему так рано? Я долго не могла перестать плакать. Я не верила в происходящее. Я и до сих пор, спустя год, не верю. Мне жалко, больно и обидно, что она ушла так рано.
Я тех пор я обратилась за помощью к психологу. И совсем недавно стало чуть легче. Постепенно пропадает ощущение, что она где-то рядом. Она перестала мне часто сниться.
Как попрощаться с мамой?
Во всех культурах есть ритуалы прощания с умершим. Они могут отличаться, но имеют сходное значение — помогают признать факт потери, попрощаться, быть вместе в тяжёлые времена. По словам клинического психолога Кристи Денкла, один из шагов, чтобы смириться с фактом смерти — это увидеть тело умершего. Поэтому многие психотерапевты советуют присутствовать на похоронах.
В России принято прощаться на похоронах, а затем на поминках. Также многие вспоминают умершего в день его рождения и день смерти.
Если у вас не было возможности быть на похоронах, можно попрощаться по-другому. Например, написать прощальное письмо и сжечь, поставить на семейной встрече вашу любимую с мамой песню, отправиться в путешествие в её любимые места. Все эти действия — символические, но они тоже помогают пережить горе.
Ритуалы помогают попрощаться. Бывают ситуации, когда настолько больно, что о маме не получается говорить и вспоминать её. Тогда тема становится табуированной. Похороны и поминки нужны, чтобы собраться всем вместе и попрощаться. Это своеобразный переход в реальность, где человека больше нет рядом с вами.
Дни рождения и дни смерти мамы напоминают, что сейчас время воспоминаний и разговоров о ней. Разговоры нужны, чтобы разделить грусть с другими людьми, признать, что человек был, все его помнят, но теперь его нет. Это те традиции, которые стоит сохранять, потому что они помогают адаптироваться к потере.
Даже если люди не делают специальных ритуалов, они всё равно, как правило, вспоминают умерших в их важные даты. Часто клиенты приходят на терапию именно в годовщины смерти родных.
Что делать, если всё вокруг напоминает о маме?
Бывает такое, что сложно натыкаться на постоянные напоминания о маме. А если вы жили вместе, её вещи будут вообще везде: зубная щётка в ванной, бельё в стирке, кружка на кухне. Но выбросить или убрать вещи бывает ещё сложнее, чем смотреть на них.
Если комната мамы стоит нетронутая много лет после смерти — это может сохранять иллюзию, что ничего не произошло. Это плохо тем, что человек может оставаться в отрицании того, что мама умерла.
Соосновательницы портала о горевании What’s your grief? советуют разбирать вещи так:
Позовите на помощь друзей или членов семьи. Попросите их собрать и выбросить вещи, которые точно не представляют ценности (недоеденная еда, предметы личной гигиены, бельё). Также можно попросить их помочь вам собрать и рассортировать остальные вещи. Например, можно раскладывать вещи по разным коробкам:
Во время сортировки бывает сложно решить, что делать с вещами. Важно делать перерывы, нет необходимости разобрать всё за один раз.
Можно задавать себе вопросы:
Важные для вас вещи, фотографии, письма можно сложить в специальную «коробку памяти». Найдите подходящее место для хранения и определите время, когда вы вспоминаете маму и разглядываете вещи из коробки, например на годовщины смерти и дней рождения.
После потери, особенно в первые недели, может быть сложно возвращаться к занятиям, которые связаны с мамой. Например, поход в ваше кафе, любимое блюдо мамы, велосипедные прогулки по вашему маршруту. Важно постепенно возвращать себе возможность бывать в любимых местах и заниматься любимыми делами в новой реальности, где нет мамы.
Вот способ постепенно сталкиваться с ситуациями, вызывающими воспоминания:
Как поддержать себя после утраты?
В разные отрезки времени после потери могут требоваться разные действия. Клинические психологи Мэтью Валлей и Хардип Каур в статье «Горе, потеря и тяжёлая утрата» рекомендуют:
Чем лучше человек понимает себя, тем легче поддерживать себя в периоды горевания. Поддержка — слово, под которым каждый понимает своё. Понять, какая поддержка нужна вам, можно, вспомнив, какая поддержка была в семье, или спросив себя, какой поддержки я жду. Часто мы не задаём себе подобные вопросы, а ожидаем от близких, что они должны знать, что и когда сказать.
Печалиться, плакать — это нормально и соответствует ситуации. Многим сложно разрешить себе эмоции, потому что возникает ощущение, что если чуть-чуть себя отпустить, то никогда не закончишь рыдать. Процесс горевания проходит волнами, то очень тяжело, то становится полегче.
И часто общество, люди, которые поддерживают, стараются отвлечь, говорят, что жизнь продолжается и надо держаться. Можно стараться уйти от эмоций какое-то время, но они всё равно будут накрывать. Тогда пустяковые ситуации вроде разлитого чая могут вызывать рыдания. В такие моменты помогает пойти к психологу, чтобы создать безопасное пространство для проживания эмоций.
Можно говорить: «Мне важно плакать». Объяснять, что это помогает пережить утрату. Людям сложно просто быть рядом и держать за руку плачущего человека. Хочется что-то сделать и помочь. Но быть рядом — бывает самым важным.
Если близкие нарушают личное пространство и обесценивают ваши чувства, важно найти для себя время и место, где можно проживать эмоции. Например, договориться чаще видеться с подругой, которая поддерживает. Общение, от которого вам плохо, лучше сократить.
Моя мама умерла, когда мне было 12 лет. Я осталась с папой и бабушкой, Это был стрессовый период, начались конфликты в семье, скоро бабушка уехала.
Я долго вытесняла свои чувства по поводу смерти мамы. На похоронах был момент, когда я захотела заплакать и присоединиться к общему чувству горя. Одна из маминых подруг сказала, что я не должна плакать, чтобы не расстраивать бабушку. Мне так и не удалось поплакать, и долго после этого я вообще не плакала. И вытесняла горевание.
Когда я училась в университете, мне становилось всё сложнее и сложнее сдавать работы. Я пришла в терапию с запросом о сложностях в учёбе, и на первом же сеансе стала говорить о смерти мамы и плакать. В терапии мне стало легче, и я стала работать с непрожитыми и заблокированными чувствами.
Как поддержать близких, которые тоже переживают утрату?
Многим сложно подобрать слова, которые будут уместны. Вот фразы, которые приводит психолог Сергей Шефов как пример того, что можно говорить горюющему:
Вы с близкими можете не совпадать по стадиям горевания. Например, один человек в стадии агрессии и протестует против того, что случилось. А другой в печали. И первому кажется, что второму вообще всё равно и он его не поддерживает. Важно понимать, что вы проживаете горе по-разному. Можно искать поддержку у людей, которые не затронуты горем.
Вы можете быть рядом и позволять проявлять эмоции, спрашивать, какая поддержка нужна. Не отгораживать человека от жизни, например, если он чувствует силы выйти на работу — поддержите его решение.
Точно не помогает игнорировать тему утраты и ждать, что после похорон человек будет жить как раньше. Потому что тогда горюющему будет сложно плакать, грустить рядом с вами. Он может собраться, чтобы скрыть эмоции, но от этого только вырастет напряжение между вами.
А если в семье есть маленькие дети? Как не нанести им травму?
Кандидат психологических наук Наталья Нозикова и педагог-психолог Екатерина Колесник утверждают, что ребёнок с большей вероятностью переживёт горе без посттравматического синдрома, если ему можно проявлять чувства. А также если в его жизни остаётся значимый взрослый, который о нём заботится.
Когда мама умерла, моей дочке было меньше двух месяцев. Я не была на похоронах, не смогла её ни с кем оставить. Я думаю, мама бы поняла. У меня нет незакрытого гештальта про прощание.
Я была постоянно в заботах о дочери. Утешала себя мыслями, что это естественно, что мы хороним своих родителей. Мама прожила непростую жизнь, похоронила двух сыновей, но при этом оставалась сильной. Мне хотелось получить от неё поддержку, не верилось, что я не могу ей позвонить. Хоть мне и 36 лет, кажется, что до смерти мамы я была ребёнком, а сейчас стала взрослой.
Ребёнку можно говорить, что бабушка или мама умерла, что мы теперь не будем с ней видеться, но будем её вспоминать. Можно взять ребёнка на похороны, но не вести его, если он не хочет, не подталкивать к активным действиям. Ребёнку, как и взрослому, важно проститься с близким человеком. Само присутствие на похоронах не травматично для него. Напугать ребёнка может истерика взрослого, которую он увидит.
Если чувствуете, что ребёнок тяжело перенесёт известие о смерти, можно почитать сказки, в которых герои теряют кого-то близкого.
Часто клиенты говорят: «Как я могу плакать, ведь рядом дети?» Если человек не бьётся головой об стену, то дети способны выдержать слёзы родителей. Можно говорить ребёнку: «Я грущу, что бабушки нет рядом». Так мы позволяем и ребёнку чувствовать. Дети тоже горюют, но проявлять это могут иначе.
Через какое время получится вернуться к жизни?
Сложно делать прогнозы, потому что люди справляются с горем по-разному. В исследовании Кембриджского университета многие люди описывают первые 4–6 месяцев после утраты как пик горевания. На этом проживание горя не заканчивается, но после этого периода человек может чувствовать себя устойчивее.
У многих клиентов горевание занимает 1,5–2 года.
Можно понять, что процесс горевания завершился, если эмоции стали слабее. Ощущение боли и потери будет накатывать, но это будет скорее печаль и сожаление, а не беспросветное горе.
Есть стереотип, что об ушедших помнят только хорошее. Однако, если мама вспоминается нереалистично хорошей, это может значить, что работа горя ещё не проделана. Когда процесс горевания завершается, воспоминания будут объёмные — и хорошее, и плохое.
В каком случае обратиться за помощью?
В статье для некоммерческой организации HelpGuide называют признаки, при которых нужно обратиться за помощью:
Также можно обращаться за помощью, даже если вы справляетесь: просто для того, чтобы сделать себе легче и комфортнее.
Сама по себе потеря дорогого человека — повод обратиться за помощью. Психолог или психотерапевт создаёт безопасное пространство для проживания эмоций.
Я бы точно советовала начать работу в следующих случаях:
1. Если мама ушла давно, а амплитуда эмоций не уменьшается.
2. Если в разговоре о маме появляются слёзы, сбивается дыхание, сложно говорить.
3. Если процесс горевания не так долог, но он выбивает из жизни совсем, не получается работать, заниматься бытовыми делами.
Можно найти специалиста на сайтах и в соцсетях по сообществам психологов: подойдёт гештальт-подход, когнитивный подход, системная семейная терапия.
Если нет денег на дорогого специалиста, можно обратиться к магистрантам. Это люди на последней ступени образования, они тоже ходят на личную терапию и супервизию и могут оказать квалифицированную помощь.
